местных убивали из оружия корпов. Обугленные дыры в груди, с кулак размером, оторванные конечности…
Устав стоять неподвижно у дерева, я переступил с ноги на ногу, и под правой ногой что-то хрустнуло. Твою же в прямую кишку, да по локоть! Откуда здесь ветка? Ведь специально осматривал позицию на наличие вот таких сюрпризов!
Краснокожий, проверявший очередное тело, замер. Обведя тяжёлым взглядом окрестности, он почти сразу, с невероятной точностью определил моё место нахождения. Поднявшись в полный рост, абориген уставился своими кровавыми буркалами прямо мне в прицел. И было в его глазах нечто такое, от чего меня пробрало до печени. Указательный палец сам лёг на спусковой крючок.
А в следующий миг некоши сорвался с места, рванув ко мне навстречу.
Глава 28 Кругом сплошная ложь
Я даже не подумал прятаться, или пытаться застрелить аборигена из винтовки. Вся моя чуйка просто кричала — не дёргайся, парень! Твои спицы только разозлят этого краснокожего, и тогда всё точно пойдёт по плохому сценарию.
Закинув винтовку за спину, шагнул на открытое место, и замер, ухватив рукоятку шайтана. Чёрт, что я делаю?! Он же сейчас прикончит меня! Просто махнёт своим каменным топором, и всё…
Красный остановился в двух метрах от меня и уставился свирепым взглядом мне в переносицу. Знаю я этот взгляд, у нас комбат так смотрел на проштрафившегося подчинённого. Куда этому красноглазому до ледяного, вымораживающего саму душу взора полковника Алексеева…
— Я не могу понять, кто ты такой. — хриплым, словно прокуренным голосом произнёс абориген, двинувшись по кругу. — Чужак, но отмечен Эмао, как приёмный ребёнок. Заражённый чёрным Даггаром, но связан с душой старшего брата. Молод, но старше любого старейшины перворожденных. Кто ты такой, чужак? И что делаешь на пепелище моего горя?
— Я никто. Осколок далёкого прошлого, желающий выбраться отсюда и найти того, кто засунул меня в эту аномалию.
— Ты ищешь мести? Или ответы на свои вопросы? — абориген прекратил двигаться, оказавшись за моей спиной.
— Я ищу ответы. Мне слишком мало известно, чтобы решать, есть виновные в том, что произошло со мной и сотнями моих соотечественников.
— Твой мир захватили чужаки? Он разрушен? Я чувствую в тебе боль. Тебя предали, как сотни твоих братьев и сестёр. Мы с тобой очень похожи. Ты воин, я охотник. Ты потерял всё, и я лишился своей семьи. Ты ищешь виноватых, а я жажду мести.
— Кто напал на вас? — спросил я. — Корпорация? Вольные? Заключённые?
— Эти несчастные рабы чужаков? Нет, странный человек, мой дом сожгли не они, и даже не чужаки, которые ушли отсюда час назад. Мой дом приказали сжечь те, кто никогда не появится в Эмао. И я хочу отомстить им.
— Отомстить корпорации? В одиночку? Покинуть аномалию сложно, и не известно, возможно ли это сделать местному. Кем будешь ты там, за пределами своего дома? — я развёл руками.
— Эмао одобрила моё желание. Приёмный, ты тоже против чужаков, я знаю. У тебя свои причины, у меня свои, но первоначальная цель одна — выбраться из под влияния чёрного Даггара, и найти тех, кто принимает решения. Думаю, мы ещё не раз встретимся.
Повернувшись ко мне спиной, краснокожий направился к своему селению. Вернее к пепелищу, что осталось от недавно наполненной жизнью деревни. Я стоял и смотрел вслед удаляющемуся человеку, у которого только что сгорел весь мир. Ещё не остыл пепел, ещё тлели остатки хижин, а этот абориген уже всё решил для себя.
— Ей, красный! Моё имя Аудрэй!
— Сан! — охотник остановился. Повернулся ко мне, окинул ещё одним взглядом, и добавил: — Поможешь приготовить погребальный костёр? Один я могу не успеть. Здесь скоро должны появиться чужаки, они выжгут окрестности, и построят свои мёртвые хижины.
— Помогу. Но, у меня тоже будет к тебе просьба. — ответил я, и двинулся к сожжённой деревне.
* * *
— Сколько их было, Кэп? — Спросила меня Галина, глядя в пламя костра.
— Больше семидесяти. Сану повезло, сегодня был на охоте. Или не повезло, тут как посмотреть.
— Мой искин утверждает, что боевики корпорации не нападают на аборигенов. Но сейчас я вижу противоположное.
— Я думаю, корпы убирают всех, кто им хоть как-то мешает. — сказал одно, а в мыслях тем временем было совсем другое. Корпы убивали аборигенов по конкретной причине — это была карательная акция. Мутанты уничтожили базу? Держите ответку! Здесь, под прикрытием сбора мутагена, идёт грязная, кровавая война. И мои земляки, что живут здесь уже сотню лет, похоже солгали мне о проблемах корпорации и их успешной борьбе. Чёрт, да я больше склонен поверить вот этому краснокожему аборигену, чем тому же Саяну. Стремления Сана просты и понятны. А вот земляк, живущий здесь уже сотню лет, мне многое не рассказал, представив себя и своих товарищей в выгодном свете. Ложь, кругом сплошная ложь.
— Кэп, ты меня слышишь? — похоже девушка уже не первый раз пыталась что-то сказать мне.
— Извини, задумался. — я повернулся к Галине. — Ты что-то хотела спросить?
— Я говорю — твой питомец что, разумный? Как человек?
— Скорее всего он по-сообразительнее будет. Понимаешь, элитных мутантов объединяет нечто, похожее на коллективную память. И Драк ей весьма ловко пользуется. Правда, с ним промашка была, и теперь… Впрочем, тебе это лучше не знать. Думаю, нам пора уходить отсюда. Сан! — я помахал аборигену рукой. Краснокожий стоял предельно близко от погребального костра, сложенного на скорую руку. Да и погребальным его сложно было назвать — много ли успеешь собрать сушняка за пару часов? Сан сказал, что этого достаточно, дальше Эмао сама позаботится о своих детях, чтобы их сосуды не достались чёрному Даггару. Ох уж эти поверья аборигенов…
— Уже уходите? — спросил краснокожий, не отворачиваясь от почти прогоревшего костра. — Не советую сейчас посещать мёртвые крепости чужаков, лучше посетите одно из селений их рабов. И не беспокойся, Аудрэй, я присмотрю за старшим до твоего возвращения.
— Аудрэй. — прозвучал в моей голове голос Дракота. — Я тоже присмотрю за перворожденным. Спокойно решай свои дела с чужаками, пристраивай самку, и возвращайся. Да, не забывай, пока жив Аудрэй, жив и Дракот.
— Мы вернёмся сюда через одну малую ночь — ответил я одновременно и аборигену, и питомцу. — Будем искать вас у реки, на границе с жёлтой зоной.
— Мне спешить некуда, друг. — ответил Сан. — Возвращайся с хорошими новостями. И свою спутницу не потеряй. Мы со старшим братом тоже уйдем отсюда на некоторое время. Очень скоро сюда придут чужаки.
Краснокожий оказался прав.
* * *
Мы прошагали около часа,
