Электрические вспышки в руках Висентии уступили место языкам пламени. Огненный поток уже собрался вырваться из её ладоней, когда паук резко встрепенулся и внезапно исчез во тьме трубы.
— А ну, стой! — не своим голосом прорычала Висентия. Досада разорвала ей грудь, ведь уже второй раз она упускала шанс добить поверженного Астерса.
Опёршись ногой о стол, она пружинисто подскочила вверх и оказалась прямо напротив разорванной решётки. Подобно баскетболисту, забрасывающему мяч в корзину, Висентия буквально засунула огненный шар в вентиляционную трубу. Пламя вырвалось из тёмной бездны вентиляции и потухло так же быстро, как и появилось. Любопытство мучило рассвирепевшую воительницу. Образовав в левой руке катану, она вскочила на стену. Выставив вперёд себя клинок, правой рукой Висентия схватилась за выступ. Её взгляд направился в пустоту, а металл лезвия моментально раскалился и покраснел. Свет заполнил трубу, в которой не было видно ничего, что могло бы остаться от трупа паука. Погасив свечение, Висентия спрыгнула на пол.
— Ушёл, — раздосадовано покачала головой она, убрав оружие, — этот выскочка скоро выведет меня из себя.
— Да уж, — улыбнулся один из солдат, — наверное, не каждый день пауки признаются вам в любви.
Бойцы разразились громким хохотом, который тут же затих, как только Висентия крепко схватила шутника за горло:
— Если я ещё хоть раз услышу от тебя слово "любовь", — спокойно проговорила она скорчившемуся от боли солдату, — то ногами разобью твою милую мордашку и заставлю слизывать кровь с моих сапог. Я ясно выразилась?
— Д-да, — робко проговорил солдат, нервно двигая мускулами вспотевшего от страха лица, — отпустите меня п-пожалуйста, г-госпожа.
— И ещё одна фраза…
— Простите меня п-пожалуйста.
— Молодец, — Висентия разжала хватку и обратилась ко всем, — вас это тоже касается! Забудьте всё, что слышали от айсерийца. Это приказ!
Грозно стуча стальными каблуками по каменному полу, Висентия быстро покинула комнату. Следом за ней красной рекой утекли солдаты.
***
Астерс полз по трубе и благодарил судьбу за то, что две передние конечности всё-таки остались подвижными после попадания молнии Висентии. Всё тело сковал паралич, и лишь одна пара лап давала ему возможность пермещаться. Успев уйти в боковой проход и избежав встречи с огненным шаром, что запустила ему вдогонку безумная садистка, Астерс начал перебирать лапами медленно и почти бесшумно.
Время от времени он останавливался напротив других вентиляционных решёток и пристально смотрел сквозь них наружу. Алькатрас переполошился не на шутку. Фигуры в балахонах быстро, но вместе с тем очень организовано и без каких-либо признаков суеты, перемещались в одном направлении. Судя по всему, именно к генератору помех. Кругом слышались крики "Диверсант! На базе Айсерийский диверсант! Быстрее, к генератору! Приказ Висентии!". Но Астерс не имел права надолго задерживаться. На каждую вентиляционную решётку он тратил всего лишь несколько секунд и продолжал движение.
"Только бы Дин ещё был жив, — твердил про себя Асерс, — интересно, какое место он назвал, что граксы снова поверили? Ему же известно только про Вьетнам. О Японии он ничего не знает. Странно. Зачем они вообще его пытали? Для чего командор лично, чёрт возьми, лично приказал первым делом спасать какого-то стрейтера? Пусть даже с гипнотическими способностями. Не такая это и важная фигура. Операция по поимке Кристаса подтвердила, что мы вполне можем обойтись и без него. А если массовый гипноз всё-таки понадобится, к счастью, Дин – далеко не единственный гипнотизёр в огромной Айсерии. В качестве подкрепления вполне возможно прислать и другого. Да и сведения, которыми Дин, возможно, обладает… Что он может такого знать? Неужели граксы так крепко за него взялись лишь для того, чтобы добраться до Сейны? Как-то глупо. Не верю".
Уродливый ожёг от молнии напоминал о себе всё чаще, заставляя Астерса повиноваться природным инстинктам и задуматься о добыче. Его паучье тело могло быстро регенерировать, но для этого была необходима кровь и плоть другого существа.
Постепенно крики начали стихать. Жуткие ощущения один за другим начали охватывать душу Астерса. Давящая всем своим весом тишина душила. Паук вползал в вентиляционную систему пустых тюремных помещений. И вот среди общего безмолвия он услышал мужской голос:
— Нет, убивать я тебя не буду! Даже не надейся! Я нарушил прямой приказ Висентии и направился сюда не для того, чтобы избавить пленника от мучений. Необходимо срочно просканировать твой мозг, пока ты слаб, но не мёртв.
Астерс подполз к вырезу трубы, откуда доносился голос, и аккуратно выглянул наружу. Камера представляла из себя поистине ужасающее зрелище. К противоположной стене за руки и за ноги было приковано окровавленное тело молодого мужчины. Да, Астерс поймал себя на мысли, что назвал это именно телом, ибо по первому взгляду невозможно было судить, жив ли он или нет. Руки, ноги и торс полностью покрывали глубокие шрамы, от одного вида которых любого бросило бы в дрожь. Свисавшая вниз давно не стриженая чёлка скрывала лицо страдальца. Зловещие пятна красной крови покрывали чёрную холодную стену позади пленника. Прямо под вентиляционной трубой стоял гракс в красном балахоне и оценивающе смотрел на него, образовывая между ладоней прозрачный шар.
— Я знаю, что тебе известно больше! — сказал он, выпустив из сферы широкий фиолетовый луч и направив его прямо в голову узнику. — Намного больше! Проклятый айсериец! Я не уйду отсюда, пока не получу содержимое твоего разума! И никакая букашка меня не напугает! Ха! С таким ожогом он далеко не уползёт!
Вот оно – вкусное, сочное, свежее мясо, пропитанное солёной человеческой кровью. Высунувшись полностью, Астерс собрал воедино всю силу, что у него осталась, и вложил её в молниеносный прыжок вниз. Вертикальные челюсти пронзили шею, и два тела, подобно мешкам с песком, глухо рухнули на пол. Фиолетовый луч исчез, заставив узника медленно поднять голову. Перед Астерсом, израненный и окровавленный, висел Дин. Кожа его лица имела какой-то сине-фиолетовый оттенок, а глаза налились кровью. Но как только его взгляд коснулся паука, на измученном лице появилась улыбка:
— Астерс! — из последних сил простонал гипнотизёр, — вот уж не думал, что ещё когда-нибудь увижу тебя. Да ещё и в истинном облике.
Паук оставил тело солдата и так быстро, насколько позволяли две целые лапы, подполз к Дину. Он уже намеревался освободить друга от оков, когда услышал:
— Не надо, Астерс, я всё равно скоро умру. Но прежде позволь поблагодарить тебя. Только что ты спас от врагов одну из самых важных тайн Айсерии. Мой организм ослаб после пыток и теперь он уже не в состоянии полностью поддерживать ту защиту моего мозга от сканирования, которую я создавал десятками лет. Этот солдатик вовремя сообразил. Но твоими усилиями теперь это ничего не значит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
