Читаем без скачивания Низвергающий в бездну - Анна Одувалова

Ксари кивнул с отсутствующим видом, и Стик, совсем не уверенный в том, что друг его слышал, решил пояснить:

– Из гробниц ничего не берем, потому что в усыпальницах Великих лежат не простые смертные, а вожди, короли, принцы и принцессы, великие воины. А это значит, что на их гробницы, скорее всего, наложены заклятия как раз вот от таких охотников до чужого добра. Я понимаю, что тебя, Лайтнинг, никакое колдовство, по большей части, не берет. Но вспомни ту же русалку и подумай. К тому же есть еще и яды, убивающие мгновенно. А если вдруг тебе, как всегда, повезет и ты не столкнешься ни с ядом, ни с магией, то, я уверен, к тебе обязательно привяжется кладбищенский глызень. Этих тварей здесь просто не может не быть.

– Стик, ну что ты разошелся? – лениво поинтересовался Дерри, разглядывая конусообразный свод потолка. – Понял я все.

Герцог выругался и махнул на ксари рукой. Этого не могло пронять ничего. Если уж Дерри что-нибудь приглянется, его не напугаешь ни ядами, ни магией, ни тем более каким-то кладбищенским глызнем.

Длинный коридор вывел в первый погребальный зал. Все оказалось не так страшно, как это представляла себе Анет. Всего лишь достаточно большая квадратная комната, в центре которой, воздев руки к каменному потолку, возвышалась каменная статуя существа неопределенного пола. По одеждам вроде бы женщина, а по страшной угрюмой роже – чистый мужик.

– Нам повезло, – тихо сказал Стик, подходя почти вплотную к статуе. – Это Кентамаш, в переводе с гномьего – горная мать смерти. Мы в усыпальницах горных королей, значит, эльфийские залы где-то рядом.

– Дерри, – дернула Анет за рукав молодого человека, – я опять с глупым вопросом. Скажи мне, зачем нужны решетки на входах в гробницы? Это ведь гробницы? – Девушка показала рукой на ряд дверей по стенам зала. На самом деле арочные проходы в сами усыпальницы с саркофагами были плотно закрыты толстенными железными решетками, на которых не было даже замков.

– Не знаю, – пожал плечами ксари. – Так принято. За решеткой находится небольшая комната, в центре которой на постаменте стоит гроб с телом. Решеткой проход загораживают во время захоронения. Зачем? Не имею не малейшего представления, наверное, существует какая-нибудь традиция. Если хочешь, пойдем поглядим поближе?

– Ну не знаю, – неуверенно отозвалась Анет. – Сомневаюсь, что хочу смотреть ближе на чьи-либо усыпальницы.

– Пойдем, а то так и будешь до Крута вечности дергаться. Там за решеткой обычный каменный ящик, вот увидишь. – Лайтнинг уверенно потащил упирающуюся Анет к ближайшему склепу.

– Дерри, а это так и должно быть? – поинтересовалась она, тыкая пальцем в решетку, привлекая внимание молодого человека к чему-то находящемуся внутри склепа.

– Что? – не понял ксари и посветил себе факелом, пытаясь выяснить, что опять удивило такую впечатлительную Анет, и замер. Тяжелая каменная крышка саркофага была сдвинута. Можно было, конечно, наивно понадеяться на то, что это дело рук кладбищенских воров, но Дерри понимал, что, во-первых, у гномов и брать-то нечего, они известные скупердяи, которые норовят своих усопших отправить в последний путь практически раздетыми. Об этом знают все уважающие себя грабители. А во-вторых, у разграбленной гробницы в первую очередь страдает решетка, которая в данном случае была цела. – Нет, Анет, так быть не должно, – прикрывая девушку своим телом, пробормотал Лайтнинг.

– Он что, ушел погулять, да? – пропищала она, испуганно косясь в сторону склепа. – Что же мне так на трупов-то живых везет? Сейчас вылезет! Прямо самой своей важной частью тела чувствую, что вылезет!

– Не нагнетай обстановку, – посоветовал ей Дерри и сам едва не заорал от неожиданности и резво отпрыгнул в сторону. Между прутьями решетки появились два горящих глаза на удивительно уродливом, полуистлевшем гномьем лице. Гномы-то и при жизни красавцами никогда не были, а уж лет этак через триста после смерти… и сказать нечего. Небольшая фигурка, едва достающая до плеча Дерри, с остервенением билась о прутья клетки, пытаясь выгрызть их наполовину вывалившимися зубами. Решетка не поддавалась. Тварь злилась и скоблила ее когтями, но выйти все равно не могла.

– Все-таки вышел погулять, – уныло констатировала факт Анет, которая находилась в каком-то отрешенном, полуобморочном состоянии. – А этот вроде посимпатичнее будет, – ни с того ни с сего добавила она.

– Анет, ты чего? – испуганно поинтересовался Дерри. – Ты все-таки сошла с ума? Кто кого посимпатичнее будет?

– Ну этот зомбяк будет посимпатичнее, чем все остальные, виденные мной на Арм-Дамаше.

– Чем? – тупо спросил ксари, понимая, что разговор становится на редкость идиотским.

– Ну воняет не так гадко, кожи на нем побольше, чем на всех остальных, и червяки по нему не ползают.

– А… – отозвался Дерри, недоумевая, что делать с зомби дальше. Вроде бы, с одной стороны, сидит в своей клетке и не трогает никого, а с другой – нежить как-никак, надо бы и уничтожить. Размышления Лайтнинга прервал появившийся рядом Стик.

– Что вы так долго здесь торчите? – спросил герцог. – Что интересного увидели? Только ведь вас двоих ждем.

Дерри молча ткнул пальцем в решетку и стал ждать реакции друга.

– Вот загреба![9] Вечно вы найдете какую-нибудь дрянь! – выдал Стик, зло глянув на Дерри и Анет, как будто в появлении очередного мертвяка были целиком и полностью виноваты они. – Дирри, иди сюда! – крикнул герцог раздраженным голосом. – Тут нашлась работа как раз по твоей части. Еще один живой мертвяк. Что с ним делать?

– Э… да тут все, похоже, такие! – отозвался вместо мага Калларион, который двигался по противоположной стене и заглядывал поочередно в каждый склеп.

– Да? – меланхолично отозвался подходящий к Стикуру Дир. – Они вам что, мешают?

– Да нет, – пожал плечами Дерри. – Выбраться из своих клеток они все равно вряд ли смогут.

– Что же тогда вы от меня хотите? Зачем я буду тратить свои силы! Мне кажется, это не последние зомби, с которыми нам придется столкнуться в гробницах. Судя по всему, таким обилием нежити мы обязаны Хакисе. Ведьма расстаралась на славу. Я не знаю, есть ли здесь хоть один нормальный, спокойно лежащий труп.

– Есть, наверное, – с сомнением в голосе отозвался эльф. – Если душа усопшего все еще присутствует в нашем мире.

– То есть, ты хочешь сказать, если мы встретим призрака, то можно с уверенностью сказать, что его тело не бегает вслед за неприкаянной душей по подземельям?

– Да, – согласился Келл. – Тело же еще не совсем свободно, его душа где-то рядом и не позволит никаким силам завладеть тем, что по праву принадлежит ей.

– Может, хватит дискутировать на серьезные магические темы? – раздраженно поинтересовался Стикур. – Пора идти. И запомните, если у гномов брать нечего, и об этом знают все, поэтому все их гробницы не тронуты, то у эльфов и ксари принято хоронить высокородных с почестями. Многие могилы в следующих секторах могут быть разграблены, а значит, на дверях решеток уже не будет. Всем понятно или особо глупым пояснить, что дальше следует быть осторожнее, живые мертвецы будут свободно шататься по коридорам и могут напасть.

Гномьи усыпальницы закончились достаточно быстро и без приключений. Анет постоянно дергалась, когда слышала противное звяканье когтей зомби по металлу, но и она часа через два перестала обращать на это внимание. Недовольный гхырх то прыгал впереди отряда, то плелся в самом хвосте. Зверек топорщил розовую шерстку и клацал зубами на каждого посмевшего приблизиться к решетке мертвеца.

Отдохнули в каком-то относительно спокойном закутке. Там было всего четыре гробницы, а следовательно, четыре не очень приятных соседа. Это было наиболее удачное место для ночлега. Все-таки четыре оживших трупа гораздо лучше, чем десяток. Правда, Анет сначала кричала, что не сможет уснуть с такими соседями, но бессонная ночь и утомительный день пути сделали свое дело. Девушка самая первая вырубилась и проспала дольше всех. Предварительно, правда, заставив Каллариона и Дира привести в порядок ее голову. Черный цвет волос Анет порядком надоел.

Девушка медленно открыла глаза, постепенно вырывая себя из сна. Ей было очень интересно, что сейчас: утро, день, вечер или ночь? Она даже примерно не могла представить, какое время суток сейчас там, на поверхности. Девушка сначала хотела пристать с этим вопросом к кому-нибудь из ребят, но потом передумала. В конце концов, это было не принципиально. Все равно через несколько часов пути она снова перестанет ориентироваться во времени.

Эльфийские гробницы разительно отличались от усыпальниц гномов. Вместо небольших комнат с узкими зарешеченными дверями несколько огромных, величиной с футбольное поле, залов, в которых хаотично были разбросаны, словно небольшие домики или часовни, склепы. Некоторые усыпальницы были совсем маленькими, рассчитанными, так сказать, на одного постояльца, а некоторые напоминали величественные дворцы и лишь немногим уступали им в размерах. Анет осторожно подошла к одному, самому маленькому из склепов и с облегчением вздохнула, увидев вместо двери привычную решетку. Она поняла и оценила замысел древних. С такими беспокойными умершими действительно стоило держать ухо востро и, чтобы дорогие родственники после смерти не убежали, заделывать дверь в их последнее пристанище решеткой попрочнее.