адвокатом.
Ответная реакция была странной, Василиса не поняла, что там у них творится, но была польщена тем, что как только заявились в управление, все коллеги восхищенно на неё смотрели, улыбались, хлопали. Кто-то ее даже героем назвал! Василиса смотрела на все это с недоумением. И лишь через несколько минут по возгласам до нее дошло, что восхваляют ее не только в качестве извинений за ложные обвинения, но за пожар, в котором она героически спасла человечку и попыталась спасти собственного мужа, ринувшись обратно в огонь.
Признание было приятным. Особенно радовало то, что обвинений против нее и Тео больше никаких не было. Адвокат оказался лишним, но в данном случае не просто лишним, а самой незаметной фигурой, которая тихонько могла подойти к столу Делса и поискать нужный предмет.
Василиса и господин Рэхтон заранее предусмотрели, что ее могут окружить нежелательным вниманием, не рассчитали настроение того внимания, но то что у нее самой не будет шанса подойти к рабочему месту бывшего коллеги слишком близко — было очевидно, а потому Василиса просветила адвоката, где именно находится нужный стол.
Никогда ранее она не считала себя тщеславной, но сегодня ей было приятно получать признание от коллег. Правда и в облаках не витала, понимала, что ведут они себя так только потому, что им самим в первую очередь стыдно за то, что думали о ней плохо.
— Дэр`Кволь! — вдруг раздался такой строгий и холодный возглас, что все вздрогнули, вжав головы в плечи. — Ко мне в кабинет! Шевелись!
— Иду, иду… — испуганно посеменила она в кабинет начальника, не особенно понимая, почему он, как и все, не стелится перед ней.
Мог бы… Думал-то о ней плохо, как и все, и корона бы с головы не слетела, если бы извинился. Надо ему, в конце концов, делать вид, что он никаким боком не причастен к ее проблемам или нет, а?! Хотя это он, может, так перед всеми рычит, а сейчас они одни в кабинете останутся и услышит она то, что хотелось.
— Ну что? — неприятно скривился он, когда Василиса закрыла за собой дверь. — Довольна?
— Ммм… — потупилась она. — Вы о чём?
— А ты, значит, не понимаешь?
— Ну… — протянула Василиса. — Не особо…
— Я несколько месяцев убил на то, чтобы вычислить крысу в управлении и поймать с поличным, а благодаря тебе крысеныш смылся со своей подружкой. Молодец! — гаркнул господин Слайши. — Что дальше планируешь делать?
— Искать… — пожала Василиса плечами, понимая, что извинений не дождется. Не в этой жизни, как минимум. — Как говорится, кто ищет, тот всегда найдет.
— Игм, точно. И как? Как ты собираешься искать?
— Еще пока не знаю, — не решилась она говорить правду.
Вот если бы он повел себя так, как она ждала, может быть, и не стала бы лукавить, а так… Меньше знает, больше нервничает. Добро пожаловать в ее мир!
— Меня, между прочим, чуть не убили, пока вы тянули со своей операцией захвата. Если вы еще неделю назад знали, что Делс преступник, почему сразу его не замели?
— Не твоего ума дело!.. Когда он пришел ко мне на тебя жаловаться, я как знал, что один из вас убьет другого. И пытался это предотвратить, отправив тебя в отпуск, а ты рогами уперлась! Нет, надо было тебе остаться и все испортить! Ну, так как? Довольна?!
— Ну, не особо… — повторилась она вслед за ним, прекрасно видя, как сильно бесит его одним присутствием.
Фёрхи сказал, что ее начальник ни в чем преступном замешан не был. Ну, секта… Ну, язычник… И что?.. На самом деле ничего на начальника не было, однако Василиса все равно не знала можно ли ему доверять. Все-таки… Эулат какие-то темные делишки проводил с кем-то из совета, это как пить дать, а он, Слайши, сама невинность?.. Да ладно…
— А вы знали, что Тиливиэль Сиэль не настоящая эльфийка?
— Я пытался вычислить всех помощников Делса. Но я только узнал, что он стоит во главе какой-то шайки, а Сиэль была его правой рукой, но среди них, — начальник ткнул пальцем за стенку, указывая на других работников управления, — есть ещё его глаза и уши.
— Нет, Делс пешка, — высказала Василиса свое мнение вслух, и заметила, как начальник напряженно дернулся. Так же не ускользнуло от нее и то, что начальнику «не настоящая эльфийка» — сказало о многом, только он решил не заострять на этом внимание. — Филис недостаточно умен, чтобы стоять во главе чего-то. Я больше недели продержала его без еды и питья, а он и слова лишнего не проронил. Это психология преданного пса. Был бы он главой, то, как минимум, подался бы разводить демагогии о сущности своего бытия и о том, какой он умный и крутой, и кто под ним подвязан. Главы — они такие разговорчивые… Любят потрещать о своих планах, как птички заливистые, и лишь исполнительные и надежные пешки мужественно хранят молчание.
— Пока тебя не было, я успел забыть какая ты умница, — с интересом уставился на нее господин Слайши. — Вот только… Я искренне считаю, что жертвовать такими кадрами как ты не имею права. Ты слишком много перенесла за последние месяцы, даже годы. Тебе нужен отпуск, длительный.
— Я уже говорила, что не надо, — улыбнулась Василиса. — Обойдусь.
— Ты вышла замуж, — подметил он ее тату-рукава. — Как же медовый месяц?
— Еще успеем.
— Если ты будешь так рисковать собой, то уже никуда не успеешь, а сейчас ты должна отвечать не только за себя, но и за того, кто тебе дорог. Тео Салер не выглядит тем, кто способен себя защищать.
— Вы его плохо знаете, — ответила на это Василиса, даже не зная как ей принимать все его слова. Это забота или угрозы?
— И неужели любой риск оправдан? Ты действительно готова пожертвовать своим мужем? — холодно и серьезно спросил он.
«Пошли-ка ты его подальше! — услышала Василиса голос мужа, она и забыла, что в ухе осталась прослушка,
