потребность. Удовлетворение этой потребности – одно из основных наслаждений человеческой жизни. И не только от самореализации (это как раз производное, вторичное), а от остроты чувствования себя Автором, от чисто человеческого кипения любой авторской жизни, самой низкой или самой высокой.
Авторское Я необходимо в Структуре человека для того, чтобы тратить творческую энергию филической души. Любой приток дополнительной филической энергии требуют от авторского Я незамедлительного использования. Удовлетворение этого требования сопровождается наградой, удовольствием.
Сила влюбления и ее наслаждения не столько в «гормонах» и «любовном огниве», сколько в восторге самочувствования Автора своей возвышенной жизни, проистекающего от безмерности владения энергией Света филической Любви.
Не менее остро переживается доходящая, бывает, до исступления интеллектуальная страсть, то есть авторское переживание Света филического Разума.
Авторская жизнь, в лучшем случае, ассистирует реализации эденских Светов в человеке. Но сама их реализация сопровождается разного рода духовными наслаждениями.
Между человеком и его посмертным плодом в Филиоэдене есть каналы прямой связи, по которым от него во внутренний мир человека поступают струйками или каплями энергии эденских Светов. Но для принятия и реализации их человеку надо совершать усилия свободной воли: усилия воспитания ли в известном направлении, или самовоспитания по определенному образу жизни или целенаправленного самосовершенствования.
Капилляры эденских Светов легко закрываются, шлакуются, но, когда они открыты, человек испытывает надплотское и надпсихическое удовольствие, а то и усладу. Совершать мелкие добрые дела, быть необременительно любезным, предупредительным, обходительным в быту доставляет удовольствие тому, кто их совершает. Родник наслаждения благом эденской Любви можно вскрыть – воспитанием или собственными усилиями. Можно его и забить. У кого-то он сам бьет фонтаном.
Наслаждение добром от эденской Любви вызывается самим движением высшей души от себя к другому человеку. При этом самому можно быть и оставаться человеком эгоцентричным, плохо чувствовать другого. Важен не адресат добра, а возможность явить из себя добро, свою эденскую энергию Любви.
По требованию эденского Света Жизненности в себе человек посвящает себя помощи людям, и это определяет его образ жизни. Но не в силу любви к ним как к себе, а благодаря властной и неустранимой потребности духовного наслаждения от реализации в себе Света Доброты-Жалости. При этом он испытывает духовное наслаждение, да такое, без которого не мыслит свое существование. Не потому, что вырабатывает вещество вроде адреналина, а потому что получает от реализации эденской энергии радость блага и вдохновение блага. Испытав это неземное наслаждение, человек предлагает его людям. В малых пределах оно воспитуемо или самовоспитуемо.
Человек испытывает острейшее наслаждение от зарождения мысли-мудрости, вызванного напором эденского Разума в себе. Эденский Свет Разума, особенно если поддержан ростом своей истины, требует соответственного образа жизни и сам организует его.
В любом движении личнодуховной жизни должно участвовать Четвертое Лицо, сочлененное с эденским Светом Разума, или Восьмое Лицо, сочлененное с эденским Светом Жизненности. Божественное Лицо не появляется в Структуре без эденского Света и эденский Свет без Божественного Лица. Но иногда надо уметь различать проявление эденского Света и пришествие Лица.
Серафическое, керувическое, сарическое восхождение всегда сопровождается духовными страданиями. Своя совесть, своя истина, своя любовь вытруживаются в трудной работе восхождения человека и мучают неудовлетворенностью своей высоты, своим стремлением ввысь.
Эденскими Светами человек пользуется; и это доставляет ему наслаждение.
Духовные страдания труда восхождения своей совести вполне сопоставимы с другими муками, которые человеку доводится испытать в жизни. Наслаждения от траты энергии эденской Жизненности не конкурируют с другими наслаждениями человека, но при известном напоре Света бывают не менее острые, чем психические наслаждения от страсти.
Восьмое Лицо может переживаться человеком само по себе без эденского света Жизненности (доброты-жалости), просто как переживание своей совести. И доброта-жалость может овладеть человеком, не знающим свободного нравственного чувства. В первом случае это духовная мука, во втором род духовного наслаждения никак не меньше, чем наслаждение творчеством или нежностью.
Человек может слыть нравственным проповедником, искренне верить в свои провозглашения, переживать духовную чистоту этических постулатов и при этом не знать муки совести и не быть человеком Восьмого Лица. Человек Восьмого Лица не может не быть добрым человеком, но Восьмое Лицо в нем выражается не удовлетворением стремления (под давлением жалости), а удовлетворением укора от страданий своей совести.
Человек может понимать и любить мудрость, приобщиться к ней, но при этом не быть человеком Четвертого Лица. Человек Четвертого Лица это не мудрец в стандартном понимании, а тот, кому знакомы духовные страдания своей истины.
Сераф и человек серафической навигации не односторонние существа. Человеку Четвертого Лица в той или иной мере знакомо Восьмое Лицо. Переживание эденского Света Любви всегда знакомо человеку Восьмого Лица и может быть знакомо человеку Четвертого Лица. Но муки своей истины незнакомы человеку Восьмого Лица.
* * *
Надо различать духовную Доброту-Жалость, как конституционное свойство высшей души человека (вернее, серафической личности Структуры) и ее назначающее действие на весь внутренний мир человека от какого-либо рода любви к этому человеку – и любого рода любви на стороне Встречи и агапической любви.
Агапическая любовь – равная и ровная любовь ко всем и каждому. Предмет приложения ей не нужен. Агапия не порождаема им. Человеку Восьмого Лица предмет нужен, но его духовная Доброта, как и агапия, порождаема не им, а на нем зримо выявляется. Действие по Доброте-Жалости не выбирает, а берет то, что в поле деятельности поставляет жизнь.
Агапическое восхождение и восхождение к Восьмому Лицу – это движения, не скажу в противоположных, но разных направлениях.
Одухотворенность Доброты – не надмирное и не трансперсональное состояние. Одухотворение Доброты и Жалости – личное одухотворение человека от Восьмого Лица. Человек Восьмого Лица внедрен в сферу земной человеческой жизни и вовсе не стремится выйти из нее. Он погружен в земную человеческую жизнь, напряженно переживает ее (чего нет, скажем, в агапическом состоянии) и, как всякий живущий личнодуховной жизнью, создает мощное Произведение жизни.
Человек Восьмого Лица делает добро не по любви, а по Доброте и Жалости. Заповедь любви к ближнему как к самому себе имеет сторгиообщедушевный смысл, но не смысл духовной Доброты. Она дается для общедушевной жизни и для Встреч. Для личнодушевной и личнодуховной жизни заповедовать ничего нельзя, в том числе доброту и любовь. Заставить себя стремиться делать добро людям, быть предельно благожелательным к ним можно, но от этого не станешь человеком Восьмого Лица, человеком личнодуховной Доброты.
Духовная Доброта и духовная Жалость не на стороне Встречи, а в личнодуховной стороне Структуры человека. Поэтому человек Восьмого Лица делает добро людям для себя, по глубинной сердечной потребности. Конечно, востребовавший его Доброту человек не безразличен ему. Он проникается им, когда в общении с ним живет личнодуховной жизнью серафа совести.
Про «свою истину» или «свою совесть» не скажешь: дар,
