– Убейте их всех! – крикнул Моссимо.
Брэнди нацелила на него пистолет, потому что сейчас у нее не было выбора.
Но сзади кто-то схватил ее за волосы.
Брэнди упала на одно колено, и на глазах у нее выступили слезы от боли.
– Я держу ее, – закричат парень и потянул ее за волосы.
Шапка съехала ему на глаза.
Брэнди сдвинула ее.
Джозеф. Это был Джозеф, убивший владельца ломбарда. Ничтожный мерзавец, пытавшийся убить ее и Роберто.
Но как этот подонок оказался здесь? И где сейчас Тайлер? Что он сделал с матерью?
Брэнди с силой топнула ногой, вонзив в ступню Джозефа шпильку. Каблук проткнул ботинок и глубоко вошел в ногу Джозефа.
Взвывший от боли бандит разжал руку.
– Брэнди, пригнись! – крикнул Роберто. – Падай на пол!
Чтобы ее прикончил Джозеф? Ни за что!
– Сука! Я убью тебя! – Джозеф снова схватил ее.
И тогда балерина Брэнди совершила грандиозное Jete[23], от которого бы пришел в восторг Жорж Баланчип. На шпильках-то! Удар пришелся Джозефу прямо в грудь.
Он замолотил руками в воздухе и осел на пол.
Но в результате своего броска Брэнди потеряла равновесие и ударилась о прилавок. Она попыталась удержаться самостоятельно и перенесла центр тяжести на ногу, но неожиданно подвернула лодыжку.
Брэнди взглянула вниз. Каблук! Когда она лягнула Джозефа, у нее сломался каблук. Это были любимые туфли матери! В бешенстве она снова повернулась к Джозефу.
В «Собачьей голове» творился кромешный ад. В стену полетело еще одно кресло. Слышались удары кулаков – драка была в самом разгаре. Хрустели кости. Мужские и женские голоса кричали:
– Прекратите! Перестаньте!
Джозеф повернулся к Роберто и остановил на нем озлобленный взгляд. Затем поднял нож, нацеливая его с ловкостью профессионального киллера. Брэнди спустила курок.
Из-за отдачи от пистолета она ушибла локоть о прилавок. В ушах прогремело эхо выстрела и одновременно раздался свистящий звук.
Нож пролетел так близко, что срезал часть ее освесленных и прекрасно подстриженных волос.
Джозеф закричал. Он продолжал кричать подобно маленькой девочке, корчась на полу и схватившись за бедро. Джинсы его пропитались кровью.
Брэнди в ярости подняла оружие и повернулась назад.
Она увидела, что сцена в комнате полностью изменилась.
У женщины в обтрепанной одежде теперь появился пистолет, только не такой маленький, как у Брэнди, а длинноствольный полицейский пистолет. И направлен он был на Моссимо Фоссера.
Официантка держала в руках дробовик.
Двое посетителей наставили свое оружие на молодых Фоссера, заставив их осторожно положить на пол свои пистолеты.
Между тем с улицы и с черного хода в ресторан прибывали новые вооруженные люди, одни с легким, другие с крупнокалиберным стрелковым оружием.
Роберто стоял, прислонившись к столу, и тряс рукой, как будто у него была повреждена кисть. Он гневно сверкнул глазами, взглянув на Данте, распластанного на полу и державшегося за свой разбитый нос.
Брэнди была смышленая девушка. И в данном случае не требовалось большой хитрости, чтобы понять, что для Роберто здесь изначально не было никакой опасности. Большей безопасности не могло быть даже в монастыре.
В комнату вошел дежуривший в отеле агент – мужчина, которого завлекала Тиффани. Он недовольно посмотрел на Брэнди.
– Вы с вашей матерью – пара самоуверенных всезнаек.
Из этого следовало, что у Тиффани все закончилось прекрасно. Слава Богу! Брэнди вздохнула с облегчением.
Роберто поднял глаза на нее и наконец расслабился. Но потом выражение его лица изменилось. Он нахмурился, и в глазах у него снова вспыхнул огонь.
Брэнди была готова поспорить, что он взбешен из-за нее. Своим вмешательством она испортила ему всю эту героическую операцию.
Не хорошо. Черт побери, мог бы, наверное, сам все рассказать! И довериться ей, как он много раз призывал ее верить ему.
– Шельмец.
В общем шуме Роберто не мог ее слышать, но прочитал по ее губам ругательство и направился к ней.
– Ты меня обманул! – крикнул ему Моссимо, прижимая к груди бриллиант. – Ты – поганый сын итальянской шлюхи! Ты подставил меня!
Роберто остановился и резко повернулся. Все произошло так быстро, что Брэнди даже не успела уследить за его ударом, сбившим Моссимо с ног. Весь ресторан содрогнулся, когда тот приземлился на спину.
– Сейчас эти замечательные ребята из ФБР уведут тебя, Моссимо, – сказал Роберто, наклонившись над тяжело дышавшим бандитом. – И вряд ли ты будешь счастлив отправиться в тюрьму на две сотни лет. Зато я знаю, что среди Фоссера есть один человек, который будет рад от тебя избавиться.
– Фико, – сказал Моссимо. – Этот перебежчик Фико.
– Нет, – сказал Роберто. – Я говорю о твоей жене.
Агенты ФБР дружно засмеялись, Брэнди – нет.
– А ты знаешь, что это за кубик у тебя в руке? – продолжал Роберто. – Это цирконий. Настоящий «Блеск Романовых» покинул страну три дня назад.
Моссимо раскрыл мешочек и поднес фальшивый бриллиант к свету. Сверкающий камень предстал во всем блеске, насмехаясь всеми своими гранями. Насмехаясь над Моссимо. Насмехаясь над Брэнди.
Моссимо что было сил швырнул камень в Роберто.
Роберто перехватил его и подкинул вверх, празднуя триумф. Потом поймал в открытую ладонь и зажал в кулаке.
Брэнди видела, как он довольно ухмыляется.
Празднует победу? Еще бы! На его месте она тоже праздновала бы. Провернув эту сложную операцию с инсценировкой похищения знаменитого русского бриллианта, Роберто низверг целый клан врагов своего дедушки.
Теперь Брэнди поняла, что все это время, начиная с момента их знакомства, Роберто работал в связке с ФБР. Кража «Блеска Романовых» была задумана ими как ловушка, чтобы навечно упрятать в тюрьму Моссимо Фоссера вместе с его парнями.
А она впуталась в эту интригу, точно кошка, попавшая в привод вентилятора.
Тогда зачем были нужны все те потуги с ее работой, парадные шествия с Роберто и общение с неприятными лицами? Зачем было переживать по поводу ее неэтичного и совершенно великолепного секса с клиентом и страх за него? Чего ради было устраивать эту безумную ночную гонку через весь Чикаго с пистолетом в руках? Спасать Роберто от его собственного безумия? Все это, включая сломанную туфлю матери, ровно ничего не стоило. Все это было сделано ради хитроумного трюка.
Проклятый бриллиант! Чтобы его уберечь, она рисковала жизнью! А он, оказывается, даже не был настоящим.
Этой ночью, когда Роберто исчез, Брэнди чувствовала себя одураченной. Он обещал ей больше никогда не воровать, а сам отправился за «Блеском Романовых». Теперь Брэнди поняла, что то обещание, заставившее трепетать ее сердце, было не более чем фальшь, равно как и этот кубик циркония у него руке. Как можно было украсть из Чикагского художественного института тот злосчастный бриллиант, если его уже три дня не было в стране?
