спрыгнуть с пирса в море, но я её отмёл ещё на ходу. Если уж песок не смог потушить магическое пламя, вода с ним тем более не справится.
Нужен чистый вакуум, только где его найдёшь?
Похожим образом погиб отец Авери — его так и не смогли спасти, посчитав этот феномен божественной карой. Ведь Гастор был пирокинетиком вне категорий, и всё равно сгорел как спичка. Может быть, у божеств и впрямь имелись к нему претензии, да и я сам успел набедокурить, но небожителей никак не могла прогневать бывшая работница академии. Масштаб не тот. Её именно убрали, как опасного свидетеля.
А теперь очередь дошла и до меня…
Со всей возможной скоростью я нёсся вперёд, чувствуя всей кожей нарастающее жжение. И это ещё мягко сказано. Другой на моём месте уже выл бы от боли, катаясь по земле в попытках сбить пламя. Даже с моим опытом и высоким болевым порогом терпеть удавалось всё труднее. Говорят, на воре и шапка горит, только вот я чужого не брал! Полыхала именно кожа, как будто меня окатили с головы до ног бензином. Или чем покрепче. Одежда подозрительно быстро сдалась, включая огнеупорную куртку.
Чёрт, как же больно!
Последний отрезок пришлось преодолевать вслепую, на голом упрямстве. Со стороны меня можно было принять за пылающий метеор, так что портовая охрана порядком напугалась, когда я притормозил возле них. Добраться до постоялого двора уже никак не успевал — там полно поворотов, да и расстояние слишком большое.
Разум застилала боль, но я всё равно успел указать направление, где догорала предательница. Скорее всего убийцы там и след простыл, но предупредить стоило. Один живой факел — странность, а вот двое уже инцидент. Стражи после такого зрелища точно забьют тревогу, и выскользнуть из города будет гораздо сложнее.
А вот на помощь я почти не надеялся. Будь тут Криста, ещё можно было попробовать закатать меня в лёд. Или хотя бы попрощаться…
Сквозь раздирающую боль я чувствовал, что меня поливают водой и пытаются закутать в тряпки, чтобы хоть как-то сбить чёртово пламя, но это лишь растягивало мою агонию. В какой-то момент жар стал настолько невыносимым, что тело против моей воли выгнуло дугой. Навалившееся следом беспамятство я принял даже с некоторым облегчением.
Однако и там, посреди бесконечной пустоты, мне никто не дал покоя.
«Ты готов?»
Голос, раздавшийся ниоткуда, больше не разрывал мысли своим грохотом. Наконец-то, он смог сразу правильно настроить громкость…
«Нет! У меня ещё куча незавершённых дел!»
«Ты даже не уточнил, к чему тебе готовиться», — укоризненно произнёс феникс, вспыхнув перед моими глазами.
Мы с горящей птицей снова были наедине. Божества не соизволили явиться, включая «вражеское», что совсем не удивительно. На меня всем плевать.
«Тут не особо много вариантов, знаешь ли», — поморщился я мысленно, не имея возможности сделать это вживую.
«Однако тебе всё равно придётся выбирать».
«Между чем?»
«Идти дальше или повернуть вспять», — не слишком понятно ответил феникс.
«Дальше, это в смысле с вещами на выход из этого мира? Переродиться где-нибудь ещё?»
«Не совсем. И ты не переродился здесь, для этого нужно полностью очиститься от прошлого. Но у тебя ещё есть шанс».
«Быть стёртым как личность? Вот уж спасибо…»
«Какая-то частичка тебя всё же останется», — возразил мой пылающий собеседник. — «В противном случае ты не сможешь больше уйти отсюда и сгинешь полностью».
«Ух ты, жуть какая! Только я никогда и не думал жить вечно».
«Даже если станешь… Кормом?»
«Думаю, мы все так или иначе подходим под эту категорию. Но я предпочитаю быть вредной пищей».
«Рад, что не ошибся в тебе», — кивнул он. — «А теперь внимай. Огонь всегда был с тобой, он всегда был в тебе и не может тебе навредить».
«Вообще-то я сгорел. Вот буквально только что».
«Еще нет. Ты должен подчинить себе огонь».
«Каким образом?»
«Просто почувствуй его».
«Не поверишь, но я вполне…»
«Не так!», — перебила меня птица, расправив пылающие крылья. — «Ты ведь видишь огонь не только глазами. Так почувствуй его не телом, а душой. Сроднись, стань им. Иначе он тебя пожрёт и ты исчезнешь навсегда».
«Ещё один вопрос можно?»
«Нет».
«Это боги наградили меня огнём или ты сам?» — решил я уточнить наудачу.
Феникс в ответ обнял меня крыльями, но напоследок всё-таки шепнул мне прямо в обугленное ухо:
«Никто. Ты и есть… Огонь».
Глава 29
Видимо у меня судьба такая — валяться обугленным куском мяса по всяким госпиталям. Хотя стоит отдать должное местной медицине. Те ещё кудесники. Меня не только вытащили с того света, но и понемногу приводили в чувство. Вроде бы костлявая отступила окончательно, только… Чувствовал я себя неважно, мягко говоря. На троечку с большим минусом.
С другой стороны, жаловаться всё равно грех. После подобной прожарки даже выносливые одарённые умирают в девяносто пяти процентах случаев. Разумеется, если под рукой нет мощного целителя и лечебного саркофага в придачу. Медики не стеснялись удивляться моей живучести, а рядом со мной постоянно кто-нибудь крутился из персонала. Как будто я в любой момент мог передумать и скопытиться во славу статистике.
Посетителей ко мне, к сожалению, не пускали. Лишь Иолай заглянул на часок, уточнив кое-какие вопросы. Большей частью формальные. Я и сам уже всё сопоставил в голове и пришёл к выводу, что предательница сгорела по моей вине. Тот поджигатель меня узнал, что немудрено, учитывая смерть Гастора Дутвайна. Глава «Фениксов» выглядел неважно в свои последние минуты, он явно с кем-то сражался. Раньше я считал, что с подкупленными охранниками, но похоже, что нет. Если бы Авери тогда не сиганул в окно…
Мы бы к папаше присоединились, прямо там, в гостинице. Спасибо киллеру, что он не стал применять свою жуткую способность и одолжил у кого-то из погибших боевой жезл. Эта заминка позволила мне скрыться.
Так что моё лицо ему очень даже знакомо. Он понял, что я узнал бывшую кураторшу соискателей, после чего выманил нас обоих в безлюдное место. В идеале всё выглядело бы как очередная божья «кара», постигшая пироманта после убийства бывшей работницы академии. Оказывается, Дары иногда всё-таки выходят из-под контроля владельца, но происходит это крайне редко. Гранд-магистр упомянул этот феномен с нескрываемым скепсисом, и после случившегося его вполне можно понять.
Как отличить несчастный случай от козней более искушённого в магии противника? Та же Рина благодаря подарку Друга может теперь брать под контроль
