её ладони. В знак повиновения, как объяснила Тамина. Затем ехидна заставила мантикор облизать и наши руки. Ну, точно пёсики. Только морды страшные.
– Теперь вы можете управлять ими, не опасаясь за свои жизни, – заявила Тамина.
Последними Аша высвободила големов. Впервые я увидел их во время сражения с войском Грозного Рыка и Искара. Тогда меня с големами разделяло немалое расстояние: они казались каменными статуями. Теперь же я лицезрел их вблизи и понял, что ошибался. Воины целиком и полностью состояли из тёмно-коричневой глины. Нет, не подумайте, что их легко развалить – с виду големы ничем не уступали людям или оркам. Возможно, даже превосходили.
Как выяснилось, боевые куклы имели своего командира, имя которому Авсон. Здесь ехидна власти не имела. Наоборот: големы относились к Тамине и другим с нескрываемой осторожностью – именно с таким врагом они воевали раньше.
С големом разговаривали я и Жора, хотя обычной беседой это сложно назвать. Авсон вёл себя, будто робот из фантастических фильмов, у него даже тональность в голосе не менялась, словно не было никаких эмоций.
– Наш создатель – великий мастер Симураги отправил нас в Ластион, чтобы мы отбили атаку тёмной армии. Но мы попали под заклятие. С тех пор мы выполняем приказы того, кто вызвал. Мы не в силах противиться его желаниям. Раньше нашей единственной целью существования являлась борьба с властелином Нигтхиса.
– Что будете делать, если я верну вам свободу? – поинтересовался я.
– Мы вернёмся к начальной цели.
– А готовы ли твои бойцы выполнять наши команды, если мы выступим против Мрака вместе с вами? – спросил Фонарь, завистливо смотря на непомерно огромные кулаки голема.
– Дайте мне подумать. – И сразу же: – Такая возможность для нас вполне допустима.
Дело сделано. В общем, три статуэтки мы уничтожили, ещё столько же возьмём с собой. До того, как ехидны вернулись в заточение, Тамина подошла ко мне и предупредила:
– Попроси орков усилить стражу. Ночью что-то случится.
– Как это понимать? – напрягся я.
– Не доверяй всем, кого освободили сегодня, – заговорщически прошептала она.
– Хм… Вас так волнует дракон? В нём я уверен не меньше, чем в вашем племени.
– Я не сомневаюсь в нём. Его глаза полны искренности, он не способен на хитрость или предательство. Пожелай ящер пойти против вас, уже бы дрался.
– Големы? – растерялся я.
Тамина провела рукой по моей шее. Словно сосульку приложили. Страшно представить, какая у ехидн температура тела.
– Брось, граф Девиер, они будут мирно спать в статуэтке. Заставь свои ленивые извилины хоть немного работать.
И в самом деле! Филя, не тормози! Мантикоры те же звери, а недалёкие огры отправятся в статуэтку. Остались гарпии.
– Кто-то из них? – я глянул через плечо на крылатых.
– Да, – подтвердила Тамина, хитро осклабившись. – Гарпии коварные и жестокие создания. На Нигтхисе их всегда держали в узде.
***
Улучив момент, я поделился с Железным Кулаком опасениями Тамины.
– Железный Кулак считает: не стоит пренебрегать советом, – подумав, объявил сын вождя.
Мои друзья разбрелись по комнатам, чтобы поспать хотя бы пару часов. Я же понимал, мне уже не уснуть – мозг перевозбуждён. Оттого дежурил вместе с отрядом орков.
Я сидел у бойницы и смотрел на окутанное чёрной мглой небо. Размышлял о прошлом, настоящем и будущем. Что меня ждёт впереди? Получится ли собрать браслет и уберечь патриум? Если да, то хочу ли я возвращаться домой после этого? Или теперь мой дом здесь? Будет ли передо мной стоять выбор?
Изредка я проходился по коридорам, чтобы размять затёкшие ноги и перекинуться парочкой слов с командиром отряда. Затем возвращался к той же бойнице. И снова думал.
Тамина была права. Ближе к рассвету с десяток гарпий попытались незаметно улизнуть из крепости. Но предупреждённые арбалетчики и шаманы помешали.
Во время короткого боя двум крылатым всё же удалось вырваться. Полетел бы за ними на мантикоре, но под стенами Зелёной Берлоги проснулся Огн Метт. Услышав о бегстве гарпий, дракон предложил:
– Позволь мне наказать их за предательство, граф Девиер.
Не замышляет ли он чего? Особо не раздумывая, я выдвинул условие.
– Если разрешишь прокатиться на тебе.
– Не доверяешь? – догадался он и обиженно хмыкнул, чуть не опрокинув меня потоком воздуха.
– Доверяй, но проверяй, – улыбнулся я. Но когда понял, что дракон воспринял шутку всерьёз, исправился: – Посмотрим на тебя в деле. Видишь ли, когда ты крушил орков и гоблинов, я не мог оценить твои боевые способности.
Он вынудил меня солгать. Я прекрасно видел, как дракон расправлялся с мятежниками. В оправдание скажу, моя ложь была во благо: Огн Метт стал союзником лишь вчера. Вдруг гарпии предложат что-то, от чего он не сможет отказаться! А при мне дракон вряд ли начнёт с ними разговаривать.
Конечно, риск лететь с ним огромен. Вдруг сожрёт или того хуже – продаст властелину Нигтхиса в обмен на благополучие крылатого народа. Сказал ведь, что я – избранник Ока Судьбы… Филя, что за дурные мысли?! А ну, прочь из головы! Тамина же тебе говорила, Огн Метт не из таких!
– О-о-о, – произнёс огнедышащий, возвращая меня к реальности, – поверь, тебе понравится.
Огн Метт протянул ко мне хвост. Изогнутый, сверху он казался горкой из парка аттракционов. Правда, прокатиться по нему не представлялось возможным, слишком уж много шипов. Я крепко ухватился за широкий кончик хвоста. Ноги оторвались от пола, и я повис на руках. Дракон медленно опустил меня на пластинчатую спину.
Перед взлётом он предупредил:
– Держись как можно крепче, граф Девиер, и не смотри вниз. Сегодня ночью сильный ветер – слижет в мгновение.
– Хорошо. Тогда в погоню?
– В погоню!
Высоты я не боялся. Всё-таки трижды прыгал с парашютом в студенческие годы, да и недавняя пляска на бешеной пчеле имелась в активе. Но полёт на драконе совсем другое. Вы точно в лифте, в котором нет ни стенок, ни крыши. И высока вероятность вылететь из него при остановке на последнем этаже.
Вот меня и бросило в пот. Когда набирали скорость, прижался к костяному шипу так сильно, что пальцы побелели. Здесь-то ко мне и заглянула на огонёк госпожа паника. И зачем я вызвался? Он и сам неплохо бы справился с гарпиями. К счастью, осколок не подавал сигнала об опасности. Благодаря этому я немного успокоился, да и летели мы ровно.
Уже через пять минут я оглядывал горизонт. Где-то вдалеке горел одинокий огонь, а так – кромешная тьма, на фоне которой тускло светился полнеющий с каждой ночью месяц. Каким образом Огн Метт собирался увидеть тварей – ума не приложу.
