Шаман вновь усмехнулся. «Конечно, вы на это надеетесь. Ведь теперь Некромосов стало много меньше, это должно сделать их гораздо сговорчивее. А нам предлагается подождать всего-то лет десять, после чего милостивые Дети Богов вновь обратят свой взор на варварский Эфрикк. Впрочем, если к’Зирды победят в великой войне, к тому времени он действительно может стать таким. Ну уж нет, Эльф! Кое-что тебе придется сделать прямо сейчас».
— Это весьма благородно со стороны Детей Богов, — лишенным каких-либо эмоций голосом оценил Трэрг, — не забывать о наших бедах даже через столь долгий по меркам Эфрикка срок! — Он бросил мимолетный взгляд на одного из эльфийских магов.
Тот исподволь направлял на шамана волшебные потоки странного артефакта, что держал в руках. Его магия пыталась захватить вибрации потоков мозга Трэрга, дабы определить, говорит ли он правду и не испытывает ли враждебных эмоций. Шаман с неприкрытой насмешкой посмотрел на мага, и в следующее мгновение тот вскрикнул, роняя на пол артефакт, в мгновение ока ставший вдруг раскаленным. Раздался треск, и закурившийся легким дымком артефакт покрылся трещинами, сообщая о своей смерти. Трэрг придал своему лицу крайне обеспокоенное выражение, разглядывая трясущего обожженными руками Эльфа.
— Волшебные артефакты везде одинаковы! — сочувственно заявил шаман, вторя встревоженным вопросам обескураженных эльфийских старцев. — Капризные вещицы, от которых никогда не знаешь, чего ожидать. В любой миг могут лопнуть от переполняющих их чар. Разумеется, мудрым Эльфам более не придется заботиться о подобном, ведь вся излишня энергия будет направлена на поддержание магических барьеров. Мне весьма печально оттого, что ваши сердца наполнены болью из-за невозможности помочь нашим народам. И потому я с радостью сообщаю вам, что оказать помощь вы все-таки сможете. Ради этого, собственно, я сюда и пришел.
— Могу ли я просить вас, МОГУЩЕСТВЕННЫЙ ТРЭРГ, — Великий Князь выделил обращение, показывая, что прекрасно понимает, что именно произошло с магическим артефактом. Стоило отдать ему должное, Элефендил был прекрасным дипломатом. Ни один мускул на лице, ни единая нотка в его голосе не давали понять, какие именно эмоции он сейчас испытывает. Седобородый Эльф был, как всегда, сама вежливость и обходительность, — объяснить, что же в наших силах предпринять теперь, в условиях столь безжалостной нехватки волшебной энергии?
— Разумеется, можешь, Сын Богов! — радушно улыбнулся шаман. — И я почту за честь выполнить эту просьбу. На самом деле это не составит для вас особого труда. Как вы, я надеюсь, помните, — Трэрг не удержался от издевки, — Ругодар, земля народа Орков, отделена от великой пустыни Ратхаш и человеческих королевств водами могучей реки, именуемой нами Симилла. Наступившее лето слишком жаркое, и река сильно обмелела. Ее ширина уменьшилась во много раз. Армии к’Зирдов легко переправляются через нее, и нам придется держать все свои силы вдоль Симиллы, чтобы противостоять им. Мы не сможем помочь Людям, и все это закончится тем, что бесконечные полчища змеиных языков уничтожат всех поодиночке. Я не могу допустить гибели своего народа так же, как ты не можешь допустить гибели своего. Дабы не утруждать Детей Богов подробностями, объясню кратко: мне необходимо половодье Симиллы. Настолько великое, насколько это вообще возможно. Чтобы к’Зирды не смогли преодолеть ее воды. Это все, что я хочу получить от вас, мудрые Эльфы.
Элефендил несколько мгновений совещался со своими советниками, разглядывая появляющиеся в волшебных окнах письмена, после чего ответил:
— Мы можем перенаправить всю облачность к перевалам Доргалинда, где берут начало истоки Симиллы. Это вызовет обильные дожди, но не явится достаточным для обширного половодья. Чтобы достичь столь грандиозного результата, потребуются столь же грандиозные осадки спровоцировать которые может лишь таяние снежных шапок. Но для свершения подобного требуются весьма крупные затраты волшебной энергии.
— Устройте дожди, — произнес Трэрг, — остальное я беру на себя. Шапки начнут таять, но для этого мне надо оказаться в горах. Другой помощи нам не требуется, и Дети Богов могут спокойно посвятить себя дальнейшей торговле с Некросом. — Шаман едва заметно усмехнулся. — Если вы организуете все необходимое немедленно, вы окажете всем нам огромную услугу. Я уверен, что Белый Маг, выбивающаяся сейчас из сил в попытках спасти свой народ от гибели в к’Зирдском рабстве, по достоинству оценит этот воистину широкий и благородный жест Эльфов!
— Мы предоставим для этих целей флаер. — Великий Князь сделал вид, что не услышал столь явной насмешки. — К моменту вашего возвращения с гор вы сможете сами убедиться в том, что дожди начались.
* * *
Летающий Голем завис на огромной высоте, и сопровождающий Трэрга Эльф протянул руку к мерцающему прямо в воздухе магическому окну из чистой энергии, вместо изображения усыпанного письменами. Он коснулся одного из невесомых прозрачных символов, и в чреве Голема разверзлись двери. Холодный ветер немедленно ворвался внутрь, приятно освежая лишенный всяких ароматов воздух. Голем издал предупреждающий звук и принялся нагревать свое чрево, поддерживая тепло. Пол под ногами сделался прозрачным, и закованный в волшебный доспех Эльф бросил взгляд вниз, инстинктивно хватаясь рукой за поручень.
Трэрг подошел к двери и несколько мгновений разглядывал расстилающийся вокруг пейзаж, наслаждаясь струями ледяного ветра, бьющего в лицо. Голем замер среди исполинских горных вершин, укрытых вековыми шапками из толщ льда и снега. Справа, где-то далеко внизу, виднелась тонкая лента Симиллы, теряющаяся вдали. Исполинская река с такой высоты выглядела подобно узкой меже, отделяющей цветущие просторы Ругодара от бескрайнего песочного океана Ратхаш. Слева, насколько хватало взора, до самого горизонта простирались обрывистые хребты Доргалинда, застывшие в камне ослепительно белым гигантским штормом. Шаман проводил взглядом огромный грозовой фронт, под действием эльфийских чар смещающийся к истокам Симиллы. Двигаясь к оговоренному месту, он вбирал в себя все облака, висящие в округе, и с каждой минутой чернел все сильнее, наливаясь колоссальными водными массами.
Обернувшись к Эльфу, Трэрг сверился с мерцающим посреди чрева голема волшебным окном. Оно превратилось в маленькое прозрачное подобие части Доргалинда, простирающейся сейчас под ними, вокруг них и над ними. На этом призрачном подобии мягким красным свечением пульсировали сделанные эльфийскими учеными отметки. Они обозначали те хребты и горные склоны, чье таяние ледяных доспехов вызовет наиболее быстрое и обширное половодье. Сверив волшебное подобие с окружающим пейзажем, шаман крепче уперся ногами в пол Голема, сопротивляясь бьющим в грудь потокам горного ветра, развевающего ему плащ, и поднял руки к заснеженным пикам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
