По той невеселой усмешке Чезаре понял, что омега не поверил ему ни на секунду. Ну что ж… У него будет еще много времени, чтобы это исправить.
- Я… всегда должен буду… целовать тебя на людях? - негромко спросил Эдмунд.
- Отнюдь. Сегодняшний эпизод - простая деревенская традиция. И потом, - тут мужчина лукаво улыбнулся, - неужели целоваться со мной так уж неприятно?
- Не знаю. Я не успел ничего понять, - попытался сострить парень.
Чезаре широко улыбнулся, затем легко поцеловал омегу в шею, чуть прикусил кожу, и вновь поцеловал, потом прошествовал губами до самого уха, обвел трогательную раковинку языком и подул, заставив Эдмунда пригнуть голову к шее. Но альфа был неумолим, он невесомо прикасался к ушку, к коже за ним, пока омега не вскрикнул, не в силах терпеть щекотку. Он быстро закрыл уши руками, но мужчина не отчаялся, пальцы быстро прошлись по ребрам, дразнясь. Эдмунд согнулся пополам, кусая губы. Тут Чезаре подсек его под коленки, стал быстро-быстро щекотать ямочки под коленями сквозь ткань брюк. Эдмунд не выдержал и рассмеялся, его смех отразился от стен комнаты серебряным колокольчиком. Чезаре притворно зарычал и защекотал мужа с удвоенной силой. Он делал это до тех пор, пока тот не запросил пощады сквозь смех и тихое икание. Тогда альфа обнял вздрагивающего от смеха парня и прижал к себе.
- Спи давай, - проговорил он. - Иначе я за себя не ручаюсь.
Эдмунд быстро глянул на него и отстранился, откатившись немного. Он забрался под одеяло и закрыл глаза. Тело требовало сна, не смотря на встряску от альфы. Она сняла только нервное напряжение, которое не давало расслабиться. Теперь стало полегче, страх куда-то отступил, тело иногда слегка вздрагивало, будто все еще ощущая щекотку.
Но Эдмунду было все равно. Он не соврал, говоря, что устал. Он вымотался так, будто не спал неделю и все это время таскал тяжеленные баулы. Не было никаких сил. Вообще ни на что. Только спать. Запоздало омега подумал, что куда-то запропастился его зверек. Но спросить мужчину он уже не смог.
========== Глава 19 ==========
Эдмунд проснулся от того, что по нему кто-то ходил. В прямом смысле слова. Этот кто-то был с мягкими лапами и очень гладкой шерстью. Стоило омеге открыть глаза, как прямо перед ним оказалась черная шерстистая морда с голубыми глазищами. Розовый шершавый язык тут же коснулся щек и подбородка, зверек лег хозяину на грудь, по привычке обнял за шею бархатными лапами и, тихо урча, стал ластиться. Он терся мордой о шею, лизался, прося ласки. Эдмунд стал чесать его за ушком, звереныш скатился с него, опрокинулся на спину и раскинул лапы, показывая розовое пузо. Его язык буквально вывалился из пасти, глаза стали закатываться. Эдмунд засмеялся.
- Ты мой дорогой, мой маленький, - приговаривал омега, почесывая пузико котенка, - мой дорогой, mon cher*… Ма Шер… Ма Шер, - повторил Эдмунд, будто пробуя слова на вкус. - Ма Шер…
Зверек повернул голову и лизнул ладонь Эдмунда. Тот вновь засмеялся.
- Тебя хоть кормили, Ма Шер? М? Или голодным оставили? Где ты был, кстати? - задумчиво спросил парень у котенка. У него как-то вылетело из головы, что рядом лежит Чезаре и все слышит.
- Я его покормил, - потягиваясь отозвался альфа. Он сел на кровати. Весь взъерошенный и какой-то помятый. Сонные глаза смотрели совсем расфокусировано. - Отвечая на твой последний вопрос, его принесли от Клары. Честно говоря, я думал, что ты его возьмешь. Забыл? - ласково спросил мужчина, поцеловав голое плечо мужа.
- Забыл, - тихо отозвался парень.
Чезаре осторожно обнял его сзади и чуть повалил на себя. Эдмунд не сопротивлялся, он опять замерз, а этот человек был очень теплым. Всегда. Альфа его чуть покачал словно ребенка.
- Как спалось? - спросил он куда-то в шею.
- Спал как убитый, - отозвался омега. Большие пальцы мозолистых рук слегка поглаживали кожу предплечий. - А ты?
- Прекрасно. Но с рассветом твой звереныш есть захотел. Пришлось кормить.
- Интересно, где ты еду достал? - хмыкнул Эдмунд, слегка расслабляясь.
Мужчина ничего не делал, только легко гладил кожу. Странно, но ненависть к прикосновения куда-то ушла. Больше не было неприятно или противно, Эдмунд снова чувствовал само прикосновение, его тепло и едва заметный нажим, а не собственные чувства от этого. И это было подлинным облегчением.
- Внизу. Никто ничего еще не убрал. Все отсыпаются, - ответил Чезаре, едва касаясь губами маленького ушка. Очень хотелось поцеловать молодого супруга, но альфа твердо решил его не трогать, пока тот не привыкнет к нему.
Иначе ничего не получится. Это будет только одно сплошное моральное насилие, которое в конце концов сломает омегу, превратит его в тень себя самого. Этого Чезаре не то что не хотел, откровенно боялся. Ему не нужна кукла или игрушка, по этой причине шлюхи его мало привлекали, разве что самым очевидным. Мужчина хотел видеть рядом с собой живого человека. А для этого нужно дать мужу время освоиться, привыкнуть к нему и своему положению, к его рукам и голосу, к тому, что он спит рядом.
- Я есть хочу, - пробормотал Эдмунд, отстраняясь от альфы.
- Тогда посиди здесь, - ответил Чезаре, соскакивая с кровати.
Он вышел, даже не надев рубашку, так и отправился в поисках пропитания с голым торсом. Как дикарь. Эдмунд усмехнулся. Этот человек действительно дикарь, просто с тонким налетом цивилизации.
Тут Ма Шер недовольно мяукнул. Конечно же, внимание было переключено не на него. Эдмунд упал на спину, утягивая за собой зверька. Тот тут же примостился на груди, затем вытянулся на всю длину. Оказалось, что он довольно большой. Задние лапы уже доставали до кромки брюк омеги.
И это он еще очень маленький, по голубым глазам видно. А что из него вырастет? Вернее сказать, Эдмунда беспокоило, каких размеров будет животное. До его талии? До плеча? И куда деть такого зверя?
Но тут дверь открылась, и на пороге показался Чезаре. Его вид заставил омегу зажать рот ладонью, чтобы не рассмеяться. В руках у альфы было по здоровенному блюду, на шее болталась связка рогаликов, а на голове… стояла ваза с фруктами. В зубах мужчина пытался удержать флягу с вином. Его глаза улыбались, но засмеяться он был не в силах, иначе все бы посыпалось но пол.
С гордым видом Чезаре прошествовал к кровати, ваза на голове угрожающе покачивалась в такт его шагам. Когда мужчина чуть присел, омега поспешно снял ее с его головы, а затем вытащил флягу из зубов.
- Кажется, теперь любая барышня, увидев мою походку, удавится от зависти, - заметил альфа, отправляя в рот виноград.
- О да, - хмыкнул Эдмунд, снимая рогалики с мужа. Они оказались с кремом внутри.
- А тебя так заставляли ходить? - поинтересовался Чезаре, укладываясь на спину. Теперь он смотрел на омегу снизу вверх.
- Даже танцевать.
- Это невозможно, - помотал головой мужчина.
- Все альфы в этом уверены. Уверяю тебя, если проводить за этим занятием по четыре часа в день, то возможно.
- Тебя заставляли так ходить четыре часа? - охнул мужчина.
Он решительно не понимал, как можно убивать на такую ерунду с явными садистскими наклонностями четыре часа к ряду. Да еще в течение нескольких дней. Или лет.
- Ну да, - пожал плечами Эдмунд, будто не видел в этом ничего криминального.
- Это же издевательство.
- Это только часть того, что приходится терпеть омеге из благородной семьи, чьи родители твердо решили выдать его замуж едва ли не за короля, - покачал головой омега. - Танцы, письмо, изящная словесность, бесконечные уроки этикета разных стран, языки, пение, верховая езда. С последними двумя пунктами лично у меня как-то не сложилось.
- Почему? - приподнял брови Чезаре.
- У меня совсем нет слуха. А лошадей я не люблю, - пояснил Эдмунд, отпивая вина из фляги. Бордовая капля покатилась по подбородку, Чезаре усилием воли заставил себя отвести взгляд от этой картины.
- А почему лошадей не любишь? - с удивлением спросил альфа. - По-моему, люди достойны меньшей любви, чем эти умные животные.
