- А что мы теперь будем делать?
- Я не знаю, милая.
Или, может быть, его подстерегла стайка нимф? И сейчас они наслаждались телами друг друга под дождем? Его великолепное влажное тело, полное силы, извивающееся в приступе страсти...
- Я придумаю что-нибудь, пока мы будем болтать, - солгала она.
- А что, если он не вернется? - спросила Руби.
Тогда он точно пропали, окончательно и бесповоротно. Кэрроу могла бы попытаться найти Реджин или Ланте, но тогда ей пришлось бы взять Руби с собой в горы. Или, что еще хуже, оставить её здесь. А что если я уже никогда не смогу за ней вернуться?
- Я не знаю. Тогда нам, скорее всего, не позавидуешь.
Прошлой ночью Кэрроу уже было думала, что могла бы привыкнуть к тому, что демон постоянно рядом и помогает им. Тенерь же ее приводило в неистовство то, насколько они стали зависимы от него. Уже наверное в тысячный раз она сжала свое ожерелье. Ей нужны были магические силы прямо сейчас!
- Я должна быть с ним милой?
- Тебе бы следовало получше к нему относиться, потому что он хороший парень.
Кэрроу вздохнула. Он и правда был замечательным, великодушным и гордым демоном. Она знала это настолько хорошо, что не верила, будто он способен бросить их или оставить без защиты, пока обхаживает нимф. Что, в свою очередь, означало... он мог быть ранен.
- Может быть, он в уже в хижине и ждет нас.
Демона не было в хижине. Теперь её беспокойство достигло наивысшей точки.
Только она отдала Руби последний энергетический батончик, чтобы та подкрепилась, и с тревогой подумала о том, что ей придется идти на рыбалку, как дверь распахнулась. Он был цел и невредим! Она вскочила на ноги, бросаясь к нему.
Он бросил взгляд через плечо на Кэрроу и повернулся к ней, нахмурившись.
- Что?
Ты жив и здоров.
- Я волновалась. Куда ты ходил?
Она уставилась на него, пытаясь вникнуть в то, что он говорит. С ним всё в порядке. Он с нами.
- Искал место получше. - Он насквозь промок, но уже не выглядел таким мрачным, губы его не были сжаты в тонкую линию.
Кэрроу наклонила голову. Я думаю, ему тут нравится. Хвала богине за это.
Пройдя как можно дальше от неё, он положил свои находки - веревки и лопату. После чего демон тряхнул волосами, как животное, от чего Руби захихикала, размазав вокруг рта шоколадную крошку.
Он что, едва улыбнулся, прежде чем лицо его опять приняло суровое выражение?
- Вы останетесь здесь, - сказал он. - Тут наиболее безопасно.
- Хорошо, раз ты так думаешь.
- Но другие могут прийти. Я поставлю ловушки, которые заблокируют эту часть острова.
- Полуостров, - рассеянно поправила Кэрроу, после чего пожалела об этом. - Эээ, это полуостров, часть суши.
- Ты собираешься делать ловушки? - Спросила Руби, широко распахнув глаза. - Можно мне посмотреть?
- Дорогая, я уверена, что он будет очень занят.
- Ребенок может пойти со мной.
- Ей не следует идти, Мальком. Это может быть опасно.
Он сердито посмотрел на неё.
- Я никогда не позволю причинить ей вред.
- Я знаю. - Она безоговорочно доверяла ему, особенно после того, как Мальком вернул ей девочку целой и невредимой прошлой ночью, что само по себе чудо. - Я просто...
- Мы вернемся через час или около того. - Он жестом подозвал Руби, которая побежала к нему так быстро, что едва не забыла свою куртку.
Кэрроу не пригласили? Маленькую леди отослали назад на ферму? Типун тебе на язык. Она выдавила из себя улыбку, от чего он вновь нахмурился.
В дверях Мальком остановился и спросил через плечо:
- Тебе что-нибудь нужно?
Ты. Снова быть любимой тобой.
- Нет, пока ничего, всё в порядке.
Когда они ушли, она обвела взглядом хижину.
Интересно, смогу ли я поместиться в этой ванне?
Глава 37
Информация. Ему нужна информация и он думал, что девочка сможет дать ему её - хотя он не встречался с детьми столетия, и понятия не имел, как нужно с ними себя вести.
Но насколько это может быть сложно?
Он свернул на тропинку, она старалась идти с ним в ногу, задыхаясь, но продолжала болтать. Она напомнила ему ведьму в Обливионе, когда та разговаривала сама с собой, поднимаясь вместе с ним в его шахту.
А что мне не напоминает о ведьме? Он провел утро в поисках более укромного убежища, все это время Кэрроу не выходила у него из головы, демон уже стал думать, не сойдет ли он от этого с ума.
В своей сырой шахте Мальком часами смотрел на нее, пытаясь понять, о чем она думает, когда ее взгляд смягчается. Он находил, что быть с нею чертовски интересно. Награда.
Теперь то, что он чувствовал к ней, было таким живым, что это пугало.
- Найди место, чтобы сесть, - сказал он девочке, - Я буду рыть здесь.
Было бы хорошо иметь яму-ловушку в этой части.
Если бы не высокая концентрирация бессмертных врагов, он бы рассматривал этот остров, как хорошее место для жизни. Туман скрывал солнце, и даже если оно появлялось, как в день, когда его захватили, Мальком может укрыться под покровом деревьев. Обширный лес вокруг кишел животными, медлительными существами, которые, казалось, напрашивались на то, чтобы их поймали. Многие даже прыгали в воде, дразня его.
Он уже выпил больше крови, чем это было возможно за несколько дней в Обливионе.
Ребенок уселся на корень, который возвышался над землей.
- Почему ты копаешь там?
- Хорошее место для ловушки. Так другие не смогут попасть на… полуостров.
- Почему?
- Любой, кто захочет добраться до дома, должен будет пройти по этому пути, либо еще по одному.
- Почему?
Проигнорировав ее вопрос, он начал копать.
- Итак, расскажи мне о Кэрроу...
- Ты правда не умеешь плавать? Где ты работаешь? Ты выглядишь как пожарный, - ее глаза загорелись, - У пожарных есть глухие собаки, - она вздохнула, - Я хочу собаку.
Она должна перевести дыхание. Мальком пытался поспевать за ее словами, с каждой секундой все больше тревожась.
- Руби, - произнес он, добавляя строгие нотки в свой голос, - Я хочу, чтобы ты ответила на несколько вопросов о Кэрроу. У нее есть мужчина?
- Как бойфренд? У Кроу тонны бойфрендов. Они вечно ошиваются вокруг ковена.
Он сжал ручку лопаты, сдерживаясь, чтобы не превратить ее в пыль. Я насажу их головы на колья.
- Кроу одна из самых красивых ведьм в нашем ковене, - бросив хитрый взгляд, произнесла Руби – Ты тоже думаешь, что она хорошенькая?
- Она, – вне конкуренции, - Довольно привлекательная, - произнес он, - Другие хорошо о ней думают? – или ее ненавидят, как его?
- Ее все любят, потому что она веселая. Все хотят дружить с нею.
