руки в стороны, зависли парализованными куклами. Одновременно с этим другие золотые отростки добрались до лиловых кристаллов магов и заблокировали подачу маны в их энергоструктуры.
В глазах убийц плескался ужас и боль. Оружие выпало из их рук. Головы слегка запрокинулись. Тела била сильная дрожь. Думаю, жути этой картинке добавляло еще то, что все происходило практически в полной тишине. Не считая, конечно, слабых шорохов, доносившихся со стороны бьющейся в агонии наемницы с пронзенным горлом.
Не прошло и минуты, как сердца страйкеров одно за другим начали останавливаться. Авант, продержавшийся немного дольше, умер последним.
— Вот и все, — произнес я, отзывая золотые щупальца.
Тела убийц рухнули на пол, заставив Верену вздрогнуть и приглушенно пискнуть.
Повернувшись к девушке, я снял лисью маску и произнес с поклоном:
— Приветствую вас, ваше высочество. Надеюсь, вы простите меня за то, что так долго медлил с вашим освобождением. Признаться, вы вместе с моей тетушкой и сестрой задали мне задачку. Пришлось даже немного освоить театральное искусство.
Сказав это, я протянул Верене руку, помогая подняться. Та, ошарашенно раскрыв рот, смотрела на меня во все глаза. Мою помощь она приняла безропотно.
— Вижу, вам немного досталось, — сказал я, указывая на ее шею. — Вы позволите?
Верена, продолжая молчать, несмело кивнула, и я, специально не торопясь, сформировал из алой маны заклинание лечения и легонько толкнул его в сторону девушки.
Когда плетение встроилось в ее энергосистему, из горла Верены вырвался вздох облегчения.
— О пресветлая! — прошептала она, и в ее глазах появились слезы. — Максимилиан, это точно вы⁈
— Да, ваше высочество, — улыбнулся я в ответ и слегка склонил голову.
Верена было открыла рот, но я ее мягко прервал:
— Прошу простить мне мою бестактность, но с минуты на минуту здесь появятся королевские гвардейцы. Если вы хотите покинуть дворец, нам нужно торопиться. Мы должны обговорить план дальнейших действий.
Пока я говорил, в глазах Верены одновременно вспыхнули радость и неверие. Она даже подалась вперед, но в следующее мгновение она, словно вспомнив о чем-то, сделала решительный шаг назад.
— В одном из наших фургонов есть тайная ниша, куда вы сможете поместиться и… — тем временем говорил я, но, заметив реакцию Верены, прервал свою речь на полуслове.
— Ваше высочество? — спросил я.
Верена тяжело вздохнула и начала говорить. Сперва негромко, но потом с каждым словом ее голос звучал увереннее.
— Максимилиан… О пресветлая! Как же это тяжело! Макс… Я… Я… Ты снова спас меня.
Она обвела взглядом комнату. По ее щекам текли слезы. А я, кажется, начал догадываться, о чем сейчас пойдет речь.
— Я не могу уйти, понимаешь? — заглядывая мне в глаза, произнесла она, полностью подтверждая мою догадку. — Я знаю, ты рисковал своей жизнью, чтобы прийти сюда. И я всегда буду помнить обо всем, что ты сделал для меня… Но я не могу… Не могу оставить людей, доверившихся мне. Только не сейчас. Во имя памяти о моей семье… Их смерть не должна быть напрасной. Я не могу просто так забыть о том, кто я есть. В моих жилах течет кровь древних королей. Снова стать беглянкой и предать надежды моих подданных? Нет… Я так не смогу… Если я сейчас смалодушничаю и снова сбегу, то буду всю жизнь жалеть об этом.
Верена замолчала, внимательно следя за моей реакцией.
Бездна! Столько трудов, и все напрасно. Похоже, Верена вовсе не пленница, и все происходящее во дворце: приезд сторонников Конрада Пятого, призывы свергнуть Оттона Второго, разговоры о походе в Астландию — всё это совершается и по ее воле тоже.
— Вы уверены? — спросил я. — Это ведь только начало. Оттон не остановится. Впереди тяжелая и кровопролитная война, в которой погибнут тысячи людей.
— Да, я уверена! — слегка приподняв подбородок, с нажимом ответила Верена. — Мой долг, как будущей королевы, позаботиться о том, чтобы свергнуть узурпатора с трона моего отца!
Я внутренне поразился. И куда подевалась та спокойная Верена, которая любила проводить все свои дни в библиотеке. А все те разговоры о тихой жизни вдали от политики… М-да… Похоже, Карл и остальные неплохо потрудились, промывая ей мозги. Хотя, о чем это я? Верена ведь права. Она — принцесса. Она рождена, чтобы править. И, по сути, не важно, какой правительницей она станет. В любом случае, ради этого должны будут умереть простые люди. Много людей.
— Что же, — произнес я. — Как вам будет угодно, ваше высочество. Я уважаю ваш выбор. Уверен, вы станете справедливой и мудрой королевой.
— Макс… — произнесла она, делая шаг вперед. Ее тонкая ладошка легла на мою руку. — Весь последний год до нас доходили вести о выигранных тобой сражениях. С таким воином и полководцем у нас будет больше шансов на победу. Я…
— Мне пора, ваше высочество, — произнес я, мягко отстраняясь. — Окажите мне услугу напоследок. Лягте на пол у стены и сделайте вид, что вы потеряли сознание. Когда вас приведут в чувство, скажите всем, что на вас напали и вы лишились чувств, а что было дальше, вы не знаете.
Я пожал плечами и добавил:
— И мне придется собрать все круды с тел убийц. На них могли остаться следы моей маны. Мне, как вы понимаете, нужно продолжать оставаться в моей марке. Заранее прошу простить меня за это неприятное зрелище.
Все это время Верена смотрела на меня так, словно пыталась заглянуть ко мне в душу, но я был учтив и не показывал свои чувства. Здесь наши пути расходятся. Похоже, она все поняла, и ее это сильно задело.
— Вот и все, — сказал я через две минуты, пряча последний круд в карман. — Искренне желаю вам удачи, ваше высочество. Пусть боги хранят вас. Прощайте.
— Я буду молиться за вас пресветлой, мессир, — твердо произнесла Верена. — Прощайте…
Я видел, что мое поведение ее огорчает и удручает. Но это уже не мои проблемы. Ты сделала свой выбор, а я — свой. Уже когда выходил из комнаты, я внезапно ощутил слабенькие эманации чужой силы, явно ведьмачьей природы. Видимо, Верена напоследок попыталась просканировать меня своим даром. Хех… Удачи тебе.
Перешагнув порог, я уже собирался прикрыть за собой створку, но тут почувствовал знакомую вибрацию на груди. На мгновение мне показалось, что все происходящее — плод моего воображения. Но, увы, настойчивая
