Короче, проявив себя чело… существом предусмотрительным и прикинув возможности Теффора в плане простейшего, силового прощупывания меня и Схетты, я получил несложный ответ: Лугэз, проекция Меча Тени, свора ищеек – на территории удалённого домена. Встречу можно считать скорой и неизбежной, потому что сидеть в "родном" домене я не намерен: есть как минимум одно дело, которое потребует вылазки на нейтральную территорию.
- И что ты намерен предпринять? – поинтересовалась Схетта, когда я выложил ей свои нехитрые соображения.
- Нас назвали "хорошей парой". Надо соответствовать.
- Ну, я тоже не прочь потренироваться в совместном плетении заклятий, сочетающих твою Силу с моей. Дай угадаю… Квитаг?
- Он самый. Раз под боком хороший полигон, это надо использовать. Кроме того, есть ещё кое-что, требующее изучения. Но об этом – когда мы доберёмся до "полигона".
- Дай снова угадаю. Это – М…
- Схетта!
- Молчу-молчу, – а ухмылка прехитрая, с ленивым прищуром. Не ты один тут из умных, м… муженёк любимый.
- А куда ты дела Тимура?
Вместо ответа словами или мыслями жена распахнула окно в хаос Дороги Сна, наплевав с высокой горы на то, что в Хуммедо это вообще-то возможно только на самом дне Глубины. Мало ли что там возможно и невозможно! Схетта сама себе портал на Дорогу и её часть… причём едва ли не в буквальном смысле.
В распахнувшемся окне с головокружительной быстротой промелькнуло несколько сотен странных картин, даже для меня слившихся в пёстрое мерцание на грани восприятия: это к первому окну добавлялись новые, уже не из Пестроты на Дорогу, а из одной области Дороги через барьеры пространства, времени и переменчивой магии – в следующую область. Каждое новое окно служило ретранслятором для всей цепочки. А закончилось всё открытием окна с Дороги Сна в Сущее. Конкретно – на хорошо знакомую мне веранду коттеджа, числящегося на балансе тайной службы Энгасти. Тимур сонно жмурился и помавал ручками на коленях у сидящей Хиари, а рядом с классическим выражением на простоватой мордашке замерла Фэлле Хиорм и ничуть не менее классическим манером шевелила ушами молодая лиловоглазая тианка.
- Счастливчик, – хмыкнул я. – Столько внимания…
Но стоило мне поймать краем глаза ревнивую тоску в дымном серебре глаз Схетты, как шутить моментально расхотелось.
- В Квитаг? – спросила она уверенным, ничуть не грустным голосом, гася окно.
- Да. Раньше начнём… -…быстрее вернёмся. К мирной жизни.
"Эх! Да настанет ли она вообще когда-нибудь – мирная?" Реверс в пространстве много времени не занял. И домен риллу-безумца предстал перед нами… в совершенно новом виде. По крайней мере, мне. Я в буквальном смысле увидел причину, из-за которой другие риллу не хотели с ним связываться. Даже две причины.
Сеть власти. И яд порчи.
Насколько я успел понять, обычный риллу, вроде того же Теффора, плетёт свою сеть, ту, что даёт его домену стабильность, по принципам, в основе своей сходным с основополагающими принципами магии. Иначе говоря, сеть власти – это именно сеть, причём суммируемая, как мозаика матриц с типовыми элементами симметрии. Удобно… хотя бы потому, что позволяет балансировать конструкцию в рамках общей системы глобальных заклятий.
В пространстве риллу ориентируют домены по иерархиям Света и Мрака – то есть по физическим отпечаткам Реки Щедрости и Реки Голода; точная дополнительная стабилизация обеспечивается Небесной Пестротой. Избыток энергии, уходящей на поддержание Середины, поглощается Мечом Тени (хотя эта, пусть и самая вероятная, гипотеза ещё требует проверки). А вот поддержание тонкого баланса, – скажем, комплекса условий для существования белковой жизни – это уже дело индивидуальное, причём настраиваемое независимо. Я немало слышал про домены, куда человеку лучше не соваться, ибо жизнь там есть – но больше подобная тварям Света и Мрака, чем тараканам, фиррасам и людям. Одно хорошо: тамошние обитатели точно так же не рвутся на чужую территорию. А если рвутся… глубоководных рыб, поднятых на уровень моря, разрывает внутреннее давление. Аналогия шаткая, дело с небелковыми существами редко сводится именно к давлению – но зато достаточно понятная.
Так вот: Квитаг сетей не плёл. Вообще. И глобальные заклятья не поддерживал – кроме двух Рек, к которым он, напротив, охотно присосался… напрямую. Вряд ли какое разумное создание смогло бы выдержать, послужив проводником для "короткого замыкания" между ТАКИМИ разноимёнными полюсами. Это всё равно, что лечь на глыбу сухого льда, "для сугрева" положив на грудь докрасна раскалённую решётку с горящими на ней дровами; всё равно, что закоротить в мозгу разом центр удовольствия и центр, отвечающий за восприятие болевых импульсов.
Но для Квитага эти мелочи ничего не значили. Что возьмёшь с безумца?! Он пил мощь Реки Щедрости, сливая излишки в Реку Голода, и в неистовстве своём не знал удержу. Обычного буйного психопата не всегда бывает возможно унять вдесятером; а теперь представьте себе даже не мага-психопата, а психопата-риллу! У которого приступ буйства сменяется разве что приступами полного бешенства! К счастью, даже для Квитага существовал некий предел, которого он перейти не мог: Силы у него в распоряжении имелось не больше, чем даровали две Реки в сумме с его личным потенциалом, обеспеченным Тихими Крыльями, не то его домен мог бы расползтись на весь Лепесток…
"Постоянство" своего домена риллу обеспечивал не нормальной сетью, а чем-то, очень отдалённо смахивающим на отростки моей Голодной Плети. Не по сути, конечно, – по форме. Прямо Ёроол-гуй какой-то, только частично нематериальный и не ограниченный в пределах своего ленного владения вообще ничем. Или, если брать пример из греческой мифологии, Квитага можно уподобить гекатонхейру. То бишь одному из Сторуких: хтоническому чудищу, чья силища не знала бы удержу, если бы не отсутствие разума, и для которого что бездны Тартара, что выси Олимпа – всё едино. А "руки" риллу – отростки воли, которыми Квитаг перемешивал хаос своего домена, – покрывал ясно видимый и омерзительный, как открытая гнойная язва, слой порчи.
Впрочем, "покрывал" – не то слово. Порча въелась в его суть, она искажала своей печатью тварей Квитага, тлетворным маревом висела в "воздухе", пропитывала его волю и всё, чего эта воля касалась. Тошно было даже помыслить о приближении к этой сверхъестественной дряни.
- Рин.
- Да?
- Напомни мне, чтобы я никогда, никогда, никогда не злила Сьолвэн.
- Если ты окажешь мне аналогичную услугу.
- Договорились.
На этом мы всё-таки нырнули в месиво домена-ублюдка. Ключей к проклятию, как во время первого визита, у нас не осталось – но теперь мы не очень-то и нуждались в них. Мой Ореол Значений вполне мог стерилизовать чужую заразу, да и Схетта…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
