Читаем без скачивания Ломбард в Хамовниках - Михаил Николаевич Кубеев

А главное, все жаждали поживиться на его заманчивом предложении – ограбить железнодорожные кассы.

Трепалова мучили сомнения. Ему хотелось дать знать охране, что пора, налетай, у самого руки чесались. Был бы у него в руках револьвер, так и кончил бы это представление несколькими выстрелами. Но силы не равны. В комнате собралось слишком много людей. Он один среди врагов. Завязалась бы перестрелка, его едва ли выпустили бы живым. Нельзя рисковать. Хватит пока и того, что наружка видела всех приглашенных. Ножки потопают за главарями, найдут их адреса проживания…

Поначалу атмосфера за столом не сулила ничего хорошего. Бандиты переговаривались только между собой, на питерца лишь изредка косились. Но вот все оживились: две девки мадам Савостьяновой торжественно принесли на подносе самовар с водкой. Потом на столе появились два небольших бочоночка с черной и красной икрой, которые, как мадам во всеуслышание заявила, для питерского гостя специально заказал Отрыжка. Разговор сразу оживился, начались шутки. Трепалов не стеснялся, тоже подключился к общему веселью, сам сыпал остротами и сумел растопить лед недоверия. А когда выпили по одной, второй и третьей, он вкратце посвятил всех в суть предполагаемого дела.

Все с ним разом согласились, как будто заранее договорились. Это насторожило. Но тут Отрыжка неожиданно для Трепалова, который собирался прояснить некоторые детали, прервал его и предложил раскинуть карты, питерский против московского – кто кого. Остановили на самом интересном месте, подумал Трепалов, что бы это значило?

Идею карточной игры дружно все подхватили, и Трепалов понял, что бандиты спланировали весь ход переговоров, решили сразу показать заезжему его место и испытать. Карты у них наверняка крапленые. У такой оравы обученных мастеров метания на зеленое сукно ему не выиграть. Но выхода не было. Он вытащил из кармана брюк свою колоду. Новенькую, еще не распечатанную. Кинул ее на стол.

– Попробуем. Но прошу вас, милостивые государи, уважить желание приезжего гостя с Севера, посланца питерских ребят. – Трепалов обвел всех взглядом. – Они не простят мне проигрыш. – При этих словах он улыбнулся и пожал плечами. – Я согласен начать игру только с этой колодой. Она чистая, можете проверить. Играем в очко, один на один. Правильно я рассуждаю?

– Правильно, правильно, – раздались голоса.

Глаз у бандитов наметанный, они сразу поняли, что питерский не шутит, хочет играть своими. Какой-то парень, лысый, со шрамам ожога на левой щеке, кажется, по кличке Паленый, кинул на стол еще одну нераспечатанную колоду.

– Вот, наша московская. Она тоже чистая. Начнем с нее. Таково правило. А потом уже пойдет в дело твоя.

– Согласен. Тогда следующий кон с моей, по очереди, – пошел на компромисс Трепалов. – Это будет по справедливости.

И снова блатняки согласно закивали головами.

– Так, во что играем, люди московские? В штосс, баккара, – начал Паленый.

– Можно и в баккара, и в штосс, – поддержал его Трепалов, – и еще в железку, буру, в очко.

– Ого, ты карты метать, я смотрю, мастак. – Делано покачал головой Паленый. Он явно играл на публику. – Давай в очко. Простая народная игра, хочешь? – Паленый усмехнулся.

Трепалов потер подбородок и вздохнул.

– В очко так в очко. Только в твое.

Раздался ядовитый смешок.

– А твое очко при этом не сожмется?

И снова, теперь уже все разом, загоготали. Народу спектакль явно нравился.

– Не волнуйся, у меня там запор.

Опять громоподобный взрыв смеха.

– Ну, питерский, ну, дает, – раздались возгласы одобрения.

Трепалов понял, что взял инициативу в свои руки. Паленый не стал отвечать и только быстро распечатал колоду. Торопился. Это было заметно по его дрожавшим пальцам, по заходившим на скулах желвакам. Он тоже понял, что перед ним парень не промах. Такому палец в рот не клади – откусит всю руку. Да и вообще по части ума, как сказал накануне Отрыжка, очень сметливый. Пожалуй, даже слишком.

В комнате возникла тишина. Трепалов заметил, что Сабан, Адвокат, Чума и еще трое вышли из комнаты. Игра их не интересовала. Пошли совещаться.

Трепалов не сводил глаз с рук Паленого. Замелькали на зеленом столе красные с золотом «рубашки». Скинулись по рублику на банк. Для смеха. Трепалов вытащил золотой червонец, стукнул им по столу. Паленый оглядел публику. И вытащил снова только рубль.

– А я поставлю один временный ферт против твоего царского двуглавого! Посмотрим, кто кого!

И снова раздались одобрительные возгласы. Трепалов снял пиджак. Он вспотел от напряжения. И вообще всем своим видом показывал, что его охватил азарт. Некоторые последовали его примеру. Выпили по чарке. Закусили икоркой. Все чин по чину. Парни должны были убедиться, что перед ними не просто свой, а настоящий мастер большого дела, туз, что называется. Трепалов не стеснялся своего умения играть в карты. Он никогда не блефовал, хотя умел делать это тоже неплохо, просто понимал: его преимущество в том, что умеет не уходить с головой в игру, не теряет трезвого рассудка, знает все основные карточные фокусы. Такого обмануть сложно.

Паленый моментально перетасовал новенькую колоду. Карты так и мелькали в его руках. Уж он старался: сделал ручеек – пустил пружинистую колоду из одной ладони в другую, затем раскрыл ее в двух руках двумя веерами. Бандиты одобрительно потирали руки, улыбались, щелкали пальцами, предвкушали интересный поединок. И под конец Паленый выбросил на стол «рубашкой» вверх одну карту, затем вторую и застыл, внимательно уставившись немигающими глазами в лицо приезжего.

– Хватит или еще?

Трепалов взял, посмотрел, задумался, наморщил лоб.

– Давай еще одну, – процедил он сквозь зубы, изображая напряжение. Осторожно потянул карту к себе, ловко повернул, зажал все карты, потом неожиданно резко дунул на них, раскрыл и выложил перед собой. – Очко! Тройка, семерка, туз! – рявкнул он.

– Ха, вот те на, прыткий какой, наш северный олень, но и я не пень, – недовольно протянул Паленый. Он зашуршал своими картами, делано выпучил глаза и кинул их на стол. – Опа, Америка – Европа, а наша не отстает! – на зеленом сукне красовались туз трефовый и десятка червей. – И у нас очко! Даешь воздаяние!

Со всех сторон послышались возгласы восхищения. Довольный Паленый потирал ладони. Трепалов заметил его фокус. У Паленого были еще карты из той самой первой колоды. Приготовлены заранее. Трюк не новый. Трепалов выжидал время. Эффект тогда достигает своего результата, когда он неожиданный. И он решил ошарашить всех.

– Этот номер не пройдет! – Трепалов чуть приподнялся со стула. – А ну-ка, все карты на стол! Карты на стол, я сказал! – жестко повторил он и изобразил на лице злобную гримасу. – Меня за тетю принимаешь! Давай считать, сколько карт в колоде и