Я тоже с выдохом откладываю телефон на мраморную столешницу рядом со снятым недавно кольцом.
Поднимаю взгляд и смотрю на себя в зеркало.
Завтра я стану его женой.
По слогам шепчу:
– Тар. Нав. Ска. Я. – Звучит, как что-то запретное. Сладкое. Пьянею. Губы улыбаются. Хочется еще: – Тар. Нав. Ска. Я.
Мотаю головой, чтобы стряхнуть наваждение. Как дождаться? А спать как?
Хотя мы вряд ли сегодня уснем.
Обычно жених с невестой последнюю холостяцкую ночь проводят порознь. Но мы со Славой не устраивали ни девичник, ни мальчишник.
Кого мне звать? Лизу, чей отец в эти минуты, скорее всего, утопает в куче связанных с нами проблем? Да и зачем это? Я не чувствую, что что-то теряю. И собираюсь всю себя посвятить тому, чтобы он тоже не считал наш брак потерей.
От мысли, что Слава ждет меня в спальне, мурашит сильнее. Живот изнутри щекочут бабочки.
Мы с Милой сегодня купили несколько нарядных комплектов нижнего белья. Формально это все для будущего медового месяца, который мы проведем в Альпах. Но один из них, понравившийся больше всего, я надела уже сегодня.
Не хочу откладывать ни на завтра, ни на любой другой повод.
Хочу отдавать ему лучшее в моменте. Себе отдавать без остатка столько, сколько будем жить.
Тянусь за блистером начатой упаковки противозачаточных и выдавливаю очередную.
Включаю воду.
Нужно забросить в рот и быстро запить. Схема проста и выученная на зубок.
Но сегодня меня ужасно тормозит.
Перекатываю между пальцами и смотрю на маленькую таблетку в ладони с улыбкой. Изучаю впервые так дотошно.
Страшно ли мне стать мамой в двадцать три? Нет. Ни капли. Я заметила по себе, что даже на младенцев начала заглядываться. С легкой завистью. С большим желанием.
Зная, что это желание не только мое. Слава тоже хочет детей, а не откладывать.
Наклоняю ладонь, позволяя таблетке слететь в раковину. Вода смывает ее в слив. Я переживаю всплеск эйфории.
Взяв блистер, отщелкиваю вслед за первой оставшиеся. Чувствую себя свободной. Абсолютно свободной в своем счастье.
Это больше не нужно.
– Простите, девочки. Планы меняются.
Выбросив опустевший блистер, открываю ведущую в спальню дверь и тут же ловлю на себе взгляд. Слава сидит на углу кровати. Его локти уперты в колени. Глаза жгут кожу и липнут к ней печатями.
Воздух кажется вязким и слишком плотным. Его тяжело вдохнуть. Он набухает и изнутри разрывает легкие. Купленный четко по размеру бюстгальтер вдруг становится тесным. Моим чувствам и желаниям не хватает места в теле.
Ничего не сказав, Слава садится ровнее и вытягивает руку мне навстречу. Делаю несколько шагов и вкладываю свою.
Позволяю затянуть себя в пространство между колен. Он сжимает своими коленями мои. Ведет кончиками пальцев по бедрам вверх. Приспускает кружевные стринги. Живот греет дыханием. Касается пирсинга губами. Все такой же тяжеловесный взгляд поднимается вверх.
– Шлюху заказывали для жениха? Простите, что без банта.
Моя острая шуточка попадает в цель. Уголки любимых губ вздергиваются и опускаются. Взгляд вспыхивает и снова становится серьезным.
Тарнавский медленно переводит голову из стороны в сторону и отвечает:
– Не заказывали. Невесту хочу выебать. Такая услуга есть?
Киваю.
– Сколько?
– Дорого.
– Цену озвучь. Я заплачу.
– Вам доллары или евро? Через крипту не работаем. Только кэш.
– Похуй. В любой валюте.
– Верность. На всю жизнь. Что бы ни случилось. Верность. И честность.
Требую серьезно и вижу, как глаза Славы темнеют. По коже вновь бегут мурашки, но уже как будто от страха. Моя вроде как шутка перерастает в слишком серьезный разговор. И мне очень нужен серьезный ответ.
Гладившие мои бедра пальцы сжимают сильнее и тянут ближе.
Он рвет контакт первым. Целует под пупком. Ведет по коже носом. Прижимается сначала к одной бедренной косточке, потом ко второй.
Я упираюсь в его плечи, не зная даже: толкаю, держусь или удерживаю.
Воздух вокруг нас накаляется и звенит. Я вскрикиваю, когда Слава резко разворачивает меня. В считанные секунды оказываюсь на покрывале, а он сверху.
Впивается в губы и без намека на нежность начинает их терзать. Грубо забрасывает мою ногу к себе на бедро. Сжимает ягодицу. Совершает сокрушительные толчки языком. Нетерпеливо бьется пахом о мою промежность. Я сдаюсь. Оплетаю его шею. Ныряю в волосы. Тяну на себя.
Подставляю шею. Дрожу, когда сгоняет бретели с плеч и прижимается губами к груди.
Приподнимаю бедра, чтобы снял такие шикарные и вообще не впечатлившие, кажется, трусики.
Чувствую давление набухшей головки. Ловлю глазами его взгляд и понимаю, что хочу забеременеть сегодня.
Слава бодает своим носом кончик моего и отвечает, хотя я уже почти забыла:
– Договорились. Плачу.
Глава 49
Глава 49
Юля
Прическа и макияж готовы. Я чувствую неназойливое давление гребня фаты в кожу на затылке. Можно было бы попросить вставить удобней, но я решила, что быстро привыкну.
Хотя к своему виду привыкнуть никак не могу.
Кто эта рыжеволосая невеста? Почему у нее так блестит взгляд, что даже из зеркала слепит?
Мне сложно описать, что я ощущаю сейчас.
Невероятный подъем. А еще огромнейший страх. Счастье и стыд.
Я одна в роскошном номере. Скоро за мной придет Мила или распорядитель нашей со Славой свадьбы и поможет спуститься в зал.
Церемония будет выездной. Возможно, в загородный комплекс уже даже начали съезжаться гости, большинство из которых я не знаю.
Я решила, что для своих сделаю отдельный праздник. Не хочу смешивать два мира в один, где всем будет неуютно.
Мысли о том, что утро невесты я не разделяю с мамой, что к арке меня не поведет папа, гложут ужасно.
Наверное, только они и гложут.
Я могла бы попросить Славу притормозить. Настоять на том, что правильно будет иначе. Но я же знаю в глубине души, что он и сам в курсе. Сам мог предложить подняться в родительскую квартиру. Сам мог задержаться в моем городе.
Не захотел. Ему всё нужно быстрей и быстрей. И я не могу сопротивляться. Я всей душой разделяю его темп. Остальное… Потом.
Глубоко вдохнув, захожу в перечень избранных номеров своей телефонной книги и набираю Влада.
Это мой компромисс с совестью. Второй – это обещание себе же, что завтра утром мы поедем к родителям. Просто будем уже мужем и женой. Я буду уже Тарнавской.
– Алло, малая… Почему вдруг?
– Привет, Владь… – Обращаюсь и вдруг торможу. Я вроде бы готовила речь, но сейчас она кажется нелепой. Не знаю, все ли невесты нервничают так же, но я как будто не до конца осознаю: сплю или нет. Происходящее – логично или глупость?
Куча вопросов, которые я игнорировала все эти дни, вдруг всплывают в залитой лаком голове.
Насколько это нормально, даже не поинтересоваться списком гостей? А как он своим родителям сказал обо мне? О свадьбе? А они хоть будут? А захотят меня вообще?
Ох…
– Ты чего молчишь, мелкая? Проблемы, что ли? – Тон Влада меняется. В нем слышна проснувшаяся тревога. Я снова вздыхаю и мотаю головой.
Смотрю на себя, улыбаюсь.
– Нет, Владь. Не проблемы. Просто… Пообещай, что не будешь кричать и отговаривать…
– Юль… – Звучит предупреждающе. Я осознаю, что нахожусь на грани истерики. То ли плакать, то ли смеяться?
Запрокидываю голову, чтобы влага из глаз не пролилась на идеальный макияж. Моргаю и улыбаюсь.
Как мне мамы не хватает!!!
Но это не отменяет тот факт, что я очень-очень-очень люблю Славу. Со всеми его особенностями.
– Всё хорошо, Вадь. Но я тут замуж выхожу. – Брат молчит. Я снова смеюсь. Влажно-влажно.
– Ты шутишь?
– Нет, – опускаю взгляд в зеркало. – Правда выхожу. За Славу. – В ответ – тишина. – Скажи что-то…
Прошу особенно ранимо. Мне нужно, пожалуйста.
– Я в шоке, Юль.
