- Пожалуй, хватит, чтобы разнести островок в клочья, - офицер поиграл фугасом, подбрасывая его на руке. - Порох не отсырел, я проверил.
- Вы на самом деле им воспользуетесь? - недоверчиво произнёс Гибсон, косясь на страшное оружие.
- В зависимости от сговорчивости жабы, - пояснил Хэмптон. - Если Горан не захочет общаться, я подпалю шнур и устрою здесь тарарамчик.
- Может не стоит? - Гибсон вопросительно посмотрел в глаза командира, но тот, прищурившись, усмехнулся:
- Стоит, друг мой, ещё как стоит. Я уже давно одержим идеей большого богатства, как все поколения Хэмптонов до меня. И как все Хэмптоны, я добиваюсь того, что мне хочется.
Он достало кресало, щёлкнул колёсиком, извлекая обильный сноп искр, и немного подождал.
- Горан, где ты шляешься, жабья морда? Иди сюда, я хочу с тобой поговорить.
Ничего не последовало.
- Не хочет, - грустно вздохнул Хэмптон. - Пробуем ещё раз. Выходи жаба, если не хочешь, чтобы я намотал твои кишки на кулак.
Гибсон не знал есть ли у лягушек и тем более духов кишки, однако смолчал.
Солдаты обступили офицеров полукругом, послышался характерный лязг ружейных затворов. В ответ на острове наступила громкая, даже пронзительная тишина. Казалось, жизнь замерла.
- Кажется, жабу не интересуют незваные гости, - ухмыльнулся Хэмптон. - Ладно, я знаю другой способ, как её расшевелить.
Он взял пистолет у капрала и окрикнул проводника.
- В чём дело? - Хелф приподнял голову, распрямился и в этот момент офицер нажал на курок.
Пуля ударила жреца в грудь, он замахал руками и упал, сражённый, прямо перед истуканом. Потекли ручейки крови. Удивительно, но все они устремились к изваянию. Казалось, оно впитывало кровь, будто губка.
- Так, не подействовало. Что бы ещё такого придумать, - нахмурил лоб Хэмптон.
И тотчас грянул гром. Между кучкой людей и каменным столбом с сухим треском врезалась ослепительная молния такой яркости, что вторгшиеся на остров пришельцы на миг потеряли зрение. Гибсон завопил так, что едва не оглох, его голос раздирал барабанные перепонки. Он не знал, что рядом кричат другие, попадавшие на сухой дёрн, скорчившиеся, словно терзаемые страшными муками. И лишь на одно человека могущество болотного духа не подействовало.
- А ну встаньте, - властный голос Хэмптона, казалось, мог поднять мёртвого из могилы.
Гибсон протёр глаза, обнаружил, что они хоть и слезятся, но всё же видят, и, оторвавшись от земли, стал рядом с начальником.
- Сработало, - радостно сказал Хэмптон. - Я же говорил, что ради нас Горан сделает исключение.
Гибсон проследил взгляд командира и понял причину его ликования: вместо каменного столба на том месте находилась огромная, высотой с одноэтажный дом, лягушка, раздувавшая щёки, будто пламя в горниле.
- Это Горан? - отшатнувшись, произнес он.
Хэмптон кивнул:
- Кто же ещё. Я его вызвал. Тварь не смогла устоять.
- Зачем ты пришёл сюда, смертный? - голос Горана походил на услышанный во сне, как две капли воды.
- Глупый вопрос. Я пришёл за желанием, - гордо расправив плечи, ответил Хэмптон. - И никуда не уйду, пока ты не подчинишься моей воле.
- Ты глуп и самонадеян, смертный, - рассержено проревел дух.
- Не тебе судить, жаба. Я стеру тебя с лица земли, если не выполнишь наши желания.
- Ты забываешься, человек, - лягушка сделала гигантский прыжок.
В мгновение ока она приземлилась рядом с людьми.
- Смотри, как я поступаю с теми, кто мне докучает, - угрожающе прошипела тварь.
- Что вы стоите, делайте что-нибудь, - закричал Хэмптон солдатам, понимая, что сейчас произойдёт нечто страшное.
Солдаты попытались оттолкнуть создание ружьями, но лягушка досадливо повела лапой, и головы бедолаг с хрустом развалились, будто спелый арбуз.
- Ты по-прежнему хочешь у меня что-то попросить? - насмешливо спросил дух.
Поседевший на глазах Крепс, выпалил в неё из запасного пистолета, но пули не причинили твари ни малейшего вреда. Лягушка высунула длинный шершавый язык и смахнула капрала в рот словно мошку.
- Теперь твоя очередь, глупец. Почему ты не внял моему предупреждению?
- Потому что в моих жилах течёт благородная кровь Хэмптонов, - офицер чиркнул кресалом. - Всё, гадина, получай, - Хэмптон зажёг огнепроводный шнур и метнул фугас прямо в открытую пасть чудовища. - Против прогресса не попрёшь!
Горан, не успел понять, что произошло. Болотный дух никогда не встречался со столь разрушительной силой. Он проглотил взрывчатку, отвратительно рыгнул и тут же разлетелся на тысячи мелких комков слизи, облепивших выживших офицеров с ног до головы.
- Скотина, я так на неё надеялся, - в сердцах выругался Хэмптон. - Получается всё зря. Пропали мои мечты.
- Пора уносить ноги, - озираясь по сторонам, произнёс Гибсон. - Не нравится мне здесь что-то.
- Я убил жабу, нечего опасаться, - беззаботно сказал Хэмптон.
- Ошибаешься, - проводник, о котором успели забыть, вырос, словно из-под земли.
Глаза его горели фиолетовым огнём, из открытого рта показались белые, изгибающиеся клыки. С неимоверной силой, он схватил Хэмптона и потянул к себе.
- Ты лишил меня привычной оболочки и за это умрёшь.
- Стой, гад, - опомнившийся Гибсон рубанул мечом по рукам чудовища.
Из открывшейся раны полетела чёрная жижа.
- Аааа, - два голоса проводника и Горана слились в один. - Я проклинаю вас на века вечные.
Чудовище отпустило жертву и закрутилось на месте.
- Бежим, - крикнул Хэмптон, в два прыжка достиг тропы и помчался не оглядываясь.
Гибсон кинулся за ним, но не успел. Когтистая лапа поймала его на бегу, развернула. Офицер увидел огромные в пол лица глаза с бешено вращающими зрачками. Тварь вцепилась ему в руки.
- Месть, ты станешь орудием моей мести, - произнёс шипящий, клокочущий голос.
- Я… я не хочу, я не буду, - попытался вырваться Гибсон и заорал от дикой боли: кисти рук будто обожгло огненной лавой.
- Ты отомстишь! - устало повторило существо. - Станешь моим рабом, будешь выполнять все мои приказы. Твой друг ушёл, бросил тебя, но от нас ему не скрыться. Мы найдём его хоть на краю света. И самое главное - я не буду убивать его сразу… Я продлю удовольствие. Твой друг будет долго мучиться, всю оставшуюся жизнь.
- Я… я, - пролепетал Гибсон и, вдруг, с ужасом ощутил, как его рот произносит покорную фразу:
- Как скажете, мой господин.
И тотчас же страшные муки прекратились. Он посмотрел на свои руки и ужаснулся, они горели тем же фиолетовым пламенем, что и глаза проводника.
- Да, всё будет, как я скажу, - кивнуло существо. - Ты ранил меня, я буду копить силы и ждать, когда рана затянется.
- Простите, мой господин, я не хотел этого.
- Теперь это не имеет смысла. Кто открыл ему мой секрет?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
