— А что бы ты сделал на моем месте? — поинтересовался Хауз.
— Оставь меня пока в покое, — попросил Пауэлл, — Потому что мысленно я уже уволился… Но одно я знаю наверняка. Все это спровоцировал Карстен. Я не опущусь перед ним даже на одно колено. У меня есть план, который должен сработать. Я завершу "Шах и мат". Я заставлю его работать. А затем либо найду другую работу в Орегоне в Intel, либо в Орегоне, но не в Intel, либо организую новую компанию.
Шесть месяцев спустя Пауэлл получил "эндиграмму" — небольшое поздравительное письмо, написанное красными чернилами мягким, почти женским, президентским почерком, с его личным клише с инициалами "ЭГ" внизу.
"В тот роковой день я сомневался в тебе, — писал Гроув. — Ты был прав, а я нет. Теперь ты доказал, что все, сказанное тобой, было правдой".
Пауэлл отнесся к этому письму как к выездной визе: "Теперь, зная, что он признал мою правоту, я могу уйти. Это дает мне разрешение. Я ни от чего не убегал. Я не ушел в трудное для компании время".
Через несколько дней он вошел в кабинет Дэйва Хауза и подал заявление об увольнении. Но Кейси Пауэлл хорошо помнил урок Горди Кэмпбелла и создания Seeq. Он позвонил адвокату, защищавшему Кэмпбелла на процессе по иску Intel, объяснил, кто он такой, и сказал, что намерен уйти из компании.
"Было такое чувство, будто знаешь, что тебя будут проверять, поэтому говоришь: "Я просто хочу заполнить налоговую декларацию и не собираюсь делать ничего противозаконного".
Адвокат подробно проинструктировал его. При организации своего дела не используй никакого имущества компании, даже карандаша. Ничего не делай в рабочее время. Не пиши бизнес-плана, пока не уйдешь с работы. Если необходимо, бери с собой людей, но не встречайтесь в помещениях компании. И если забираешь людей, забирай всех одновременно, потому что, если ты вернешься за второй порцией, они сочтут это опасным и решат возбудить дело.
В точности следуя инструкциям, Пауэлл оставил работу в Intel. Он увел с собой семнадцать человек из филиала Intel в Орегоне, и все они подали заявления об увольнении в один день. Когда его спрашивали в Intel, что он собирается делать, Пауэлл ничего не отвечал. Он не исключал возможности что-либо делать в конкуренции с Intel, но в настоящее время у него не было таких планов.
Энди Гроув был взбешен. Он хотел подать в суд — на том основании, что Кейси Пауэлл должен был воспользоваться внутренней информацией, чтобы узнать, кто эти семнадцать человек и чего они стоят.
"Энди, это недостаточный повод. Нужно что-нибудь посерьезнее, — отвечал Роджер Боровой, генеральный юрисконсульт компании, — Нельзя делать из этого центр тяжести, иначе суд поднимет тебя на смех". Однако Боровой не смог отговорить Гроува от того, чтобы направить юристов опрашивать всех в компании, кто имел контакты с Пауэллом и семнадцатью его коллегами за последние шесть месяцев. К тому же юристы не имели права брать показания у самих ренегатов, поскольку иск против них не был подан.
Боровой советовал Гроуву не заходить слишком далеко. "Многие в компании симпатизируют этим людям, — говорил он, — Если ты будешь чересчур агрессивен, это может вызвать раздражение".
Спустя много месяцев еще один сотрудник Intel попросил принять его на работу в новую компанию Пауэлла. К тому времени компания определила свой бизнес как производство мощных компьютеров и получила название Sequent. Вначале Пауэлл хотел назвать компанию Sequel (продолжение. — Прим. пер.), но возникли препятствия с регистрацией этого имени, так как его уже использовала компания Hawker-Siddeley для своего газотурбинного продукта. Как только этот восемнадцатый сотрудник Intel подал заявление об увольнении, Пауэллу позвонил Эд Гелбах и тоже попросил принять его в Sequent.
Гелбах вошел в кабинет бывшего коллеги и бросил на его стол два проекта исков. Один — на возмещение фактических затрат и издержек Intel в связи с уходом Пауэлла на сумму около 432 тыс. дол., что выглядело довольно забавно, если учитывать участие Пауэлла в проекте iAPX432.
Второй требовал возмещения дисциплинарного ущерба на общую сумму в миллионы долларов. Оба иска в качестве ответчика называли Пауэлла, а не его компанию.
— Слушай, — сказал Гелбах, — они хотят подать на тебя в суд. Я пытаюсь их остановить. Я пришел, чтобы заключить сделку.
— Я не хочу заключать с тобой никаких сделок, — ответил Пауэлл. — Но я скажу тебе, что не собираюсь больше никого принимать на работу. Хотите судиться, пожалуйста. Сделайте из меня мученика. Давайте.
Между тем Энди Гроув никак не мог успокоиться. Первые продукты Sequent базировались на процессорах, изготовленных National Semiconductor, и производитель чипов, готовый использовать против лидера рынка любые "боевые" средства, помещал в своей коммерческой рекламе броские фотографии продуктов Sequent. Однажды Гроув увидел рекламу National с фотографией Пауэлла прямо напротив рекламы Intel. Он поместил улыбающуюся физиономию внутри своего личного клише и послал по почте Пауэллу, подписав: "К.П.! Я всегда знал, что твое сердце в нужном месте". Смысл послания был ясен: "Ты не ушел от Intel. Мы победили".
Через некоторое время Пауэлл остыл и решил, что архитектура Intel больше подходит для машин Sequent. Он связался с Гроувом, чтобы организовать встречу.
— Что было, то прошло, — начал он. — Я не сделал компании ничего дурного и хотел бы с вами работать.
— Отлично, — сказал Гроув.
Спустя несколько лет Пауэлл столкнулся с Гроувом на одном из отраслевых мероприятий. "Пауэлл, — сказал тот с улыбкой на лице и все еще заметным венгерским акцентом в голосе, — лучшее из того, что ты когда-либо сделал, — это то, что ты вернулся к Intel".
25. Микрокод
К 1982 году из основателей AMD в компании оставались только Свен Симонсен и Джерри Сандерс. Лэрри Стенджер всегда говорил друзьям, что уйдет, как только стоимость его доли акций вырастет до миллиона долларов, и в 1976 году, когда это произошло, он с радостью распрощался с AMD. Джим Джиле, блестящий разработчик аналоговых схем, никогда не стремился руководить другими, как Сандерс, и, будучи верным себе, оставался просто "индивидуальным участником", посвящая свободное время фотографии и уходу за больным ребенком. Предпоследним ушел Джон Кэри. В 1978 году, когда Сандерс вносил последние штрихи в сделку с Siemens, во время коллективного выхода в Мюнхенскую оперу у Кэри случился небольшой коллапс. Он покрылся потом, почувствовал тошноту и головокружение. Его коллегам было очевидно, что болезнь является следствием стресса, а возможно, и натянутых отношений с Сандерсом. Не прошло и года, как он уволился из AMD, посвятив себя уходу за садом и коллекционированию старых автомобилей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
