Система сетчатых метеоритных заплаток Мелодиста «запечатала» пробоину на вершине Кулака Господа. Поэтому Луису пришлось подниматься через краевую стену. После этого он пролетел чуть больше полумиллиона миль до Карты Марса. Активность солнца вновь возросла.
Неожиданно вверх ударил искровой разряд: это был очередной старт через кратер на Олимпе. Луис моментально повел корабль вниз по траектории «противометеоритных заплат». Ведь вряд ли Мелодист настроил Метеоритную защиту так, чтобы сжигать все подряд! Он снизил скорость, спустился через кратер и перевел корабль в режим парения.
Почти наполовину высунувшись из корабля, Луис крикнул вниз:
– Хайндмост! Закрывай!
Колпак кратера начал задвигаться.
Луис занялся управлением силовыми полями «Рыбы-луны».
Камера интенсивного лечения поднялась, закружилась в воздухе и, чуть подергиваясь, направилась в один из отсеков «Большого риска». За ней последовала сервисная стенка и свободно болтающиеся кабели, а затем и другие, более мелкие, узлы и компоненты. И под конец - «спасательная шлюпка».
Затем последовал бак-резервуар, который Луис давно взял на заметку.
Находившийся внизу кукольник что-то кричал:
– … надо ли связать?
Луис пристроил бак рядом с деталями автодока. Затем опустил «Рыбу-луну» вниз и вышел из нее.
Хайндмост заторопился ему навстречу.
– Как ты будешь закреплять всю эту мелочь от сотрясений при взлете? - спросил он.
– У Мелодиста был бак с пенным пластиком. Так что сейчас начинаем и закроем отсек, а затем отправимся на борт.
Когда бак-резервуар начал разбрасывать пенящийся пластик, Луис закрыл крышку отсека. Затем без лишних слов занял место пилота. Ого, да оно было подстроено под людей.
– А разве нам не следует вновь открыть кратер? - спросил Хайндмост.
– Нет, Хайндмост, мы попытаемся использовать кое-что другое. - Луис запустил гиперпривод. Пещера исчезла. Корабль с «К-II» погрузился прямо в море кипящих красок.
Карта Земли. Вскоре после наступления вечера Причетник испросил аудиенции у Чмии.
Один из стражей усмехнулся и сказал:
– Поиграй где-нибудь в другом месте, малыш, твой отец очень занят.
– Я принес сообщение от Мелодиста.
– Очень странное имя.
– Чмии должен знать его. Это тот Мелодист, который живет под Картой Марса.
Страж скучал и поэтому еще какое-то время пытал Причетника вопросами. Затем отправился в шатер. Когда он вышел оттуда, то спросил:
– Как оно оказалось здесь, это сообщение?
– На горных вершинах со стороны правого края Мира-кольца появились вспышки света.
Причетнику позволили войти. Он пал ниц перед отцом, и тот осведомился:
– Это тот самый Мелодист, который хочет отдать мне Карту Земли? Я ничего не слышал о нем с тех пор, как ты передал мне его послание.
– Он говорит, что теперь ты сам можешь забрать Карту, после того как другие прайды лишатся рассудка.
Это смягчило обстановку: придворные Чмии даже взглянули на Причетчика.
– Лишатся рассудка? - удивился Чмии и начал изучать своего сына, чье раболепие, казалось, было исключительно показным. - Просвети меня.
– Мелодист инструктирует нас два полных дня укрываться от неба. Мы должны находиться под тентом или под крышей, все без исключения, даже женские особи и киски. И спать, если сможем. Всем обязательно сидеть в укрытии или ходить с повязками на глазах, пока тень не освободит солнце.
– Это наступит так скоро? И как я должен все это организовать?
Причетник отважился на улыбку.
– А что обычно говорит Луис Ву?
– «Вот потому-то этим занимаюсь я». Что же все-таки должно случиться с небом?
– А вот этого он не сказал. Ты же видел корабль, оставляющий светящийся след на небосклоне. Слышал разговоры о Пограничной войне. Я сам наблюдал ее в Зале Метеоритной защиты, у Мелодиста. Говорят, Мелодист хочет покончить с ней.
Чмии кивнул.
– Ты готов действовать? Это хорошо. - Его голос поднялся до дикого рева. - Все, кто слышит меня, с этой минуты каждый из вас мой посланец и отправится в мои самые дальние провинции! Поделите меж собой все, что есть на моей кухне, и сытно поешьте. И отправляйтесь туда, куда я пошлю вас. Имейте при себе повязку для глаз. Глупцы же либо ослепнут, либо сойдут с ума.
Каждый из вас для меня более ценен, чем те, с кем вам предстоит говорить, поэтому вы должны оказаться в укрытиях, прежде чем исчезнут теневые квадраты. Те из нас, кто уцелеет, смогут захватить Карту Земли, если такова будет наша воля.
Малыш Казарф, разинув рот, уставился в небо. Тень накрыла солнце, но теневые квадраты сверкали так, как ему никогда не доводилось видеть. Вскоре он поднял инструмент и заиграл.
Сквозь музыку он ощутил скрытую перемену в окружающем, слишком мягкую для присутствия чужака, и произнес:
– Я знаю, что ты там.
– Не поворачивайся. Я превратился в вашништа.
Его отец исчез много фаланов назад, а теперь вот: мистическое, недоступное фантазии явление, приводящее в ужас. Казарф не повернулся.
– Отец? А мама знает?
– Ты должен сам сказать ей. Только сделай это осторожно и ласково. И добавь, что она должна прятаться от неба целых два дня, и то же самое должен сделать ты, иначе вы рискуете сойти с ума. Передайте эту весть другим. Для этой цели нора годится больше, чем крыша. А потом вокруг будет мир безумных, требующих заботы и ухода, и куда более гостеприимный, чем хотел бы наш народ.
– Ты погостишь?
– Не сейчас. Я приду потом, когда будет можно.
Кабина «Большого риска» располагалась на самом дне сферы, между четырьмя соплами термоядерных двигателей. Гиперпривод же мог отправить корабль в любом направлении, в том числе кормой к неизвестному. Луис стартовал прямо вниз, сквозь основание Мира-кольца - почти физически ощущая «продирание» через сверхплотный скрит, - и вышел в космос.
Он двигался в сторону от солнца, прямиком в самое плотное сборище кораблей, участвующих в Пограничной войне. Но это не имело никакого значения. Все эти корабли находились в эйнштейновом пространстве и слишком близко к большой массе. Разумеется, через гиперпространство Луис летел вслепую. И надеялся только на то, что его более быстрый корабль опередит прожорливых обитателей звезд.
Кукольник скрутился в плотный узел. От него было мало толку.
Как быстро мог двигаться «Большой риск» вблизи огромной массы звезды? Луису было любопытно, превысил ли он хотя бы световую скорость. Мелодист мог усовершенствовать и систему «К-II», но тут Луис удалялся в область предположений. Но узнал об этом, и достаточно скоро. Когда сферический кристалл, который выполнял функции детектора масс, начал действовать, они были за пределами сингулярности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
