жалко. Не факт, что пересаженное додзюцу заработает полноценно без генома Учиха. Иначе Орочимару глаза бы себе забрать захотел, а не тебе пересаживать.
Вот прям с новой стороны сегодня подругу узнаю, такие умные мысли излагает. Не, я знала, что моя дурында совсем не тупая, упертая только. Но вот прямо приятно в этом лишний раз убедиться.
С Фумито еще переговорила – он слегонца обиделся, что позвала на махач Наоми, а не его. Оправдываться не стала. Всё я правильно сделала.
Вон и Коноха впереди, выглядящая с высоты, как забавное скопление огоньков на фоне темнеющих вокруг густых лесов. Уличное освещение в скрытой деревне круглосуточное далеко не везде, и, несмотря на это, мне показалось, что клановый квартал Учиха какой-то излишне темный. Как будто совсем отрезанный от электричества. Неужели опоздала?
Глава 30
Всё-таки ограда вокруг скрытых деревень – это полная фигня. Ооноки-сама походу это просёк, так как Ивагакуре забором не обнесли, в отличие от Конохи, что не иначе как за традиции цепляется.
Простейший дельтаплан – и вся их огороженность идет к биджу под хвост. Вопрос был только в том, куда лететь. В резиденцию хокаге? Сразу в квартал Учиха?
Интуиция подтолкнула именно туда. Спланировала прямо к домику старухи, приютившей братьев Чико.
Я к ним заглядывала во время визита на свадьбу к Хатиро и бабка уже совсем плоха была из-за преклонного возраста. Теперь не она о детях заботится, а наоборот. Да и не считают молодых двенадцатилетних генинов детьми. Протектор получил – значит, взрослый шиноби со всеми вытекающими правами и обязанностями.
Короче, приземлилась в огороде, за которым обычно ухаживали пацанчики. Тихо. Ненормальная царит тишина, будто бы все вокруг умерли. Тут же потянулась к татуировке-контракту, чтобы инициировать призыв Кагемару-сана. Именно за него должна держаться Чи-тян в волчьем логове.
Легкий хлопок, характерный для появления призыва, прозвучал в звенящей тиши, как большой взрыв-сама от техники разрушения деревень.
– Тшш, – не забыла я прижать палец к губам, показывая лихорадочно озирающейся дурынде Чико не шуметь. Какое-то большое дерьмо уже произошло или в разгаре процесса.
– Кровь, я чую кррровь, – прорычал Кагемару, от чего моя подруга вздрогнула.
– Да тихо ты! – придержала ее, готовую рвануться в дом. Надо бы натренироваться передавать слова сразу в ухо акустической техникой, чтобы общаться в таких ситуациях. – Заходим, как шиноби – без звука.
Задняя дверь дома оказалась незаперта. Ну да, кого бояться в квартале, полном легавых? Распахнула и буквально дохнуло смертью. Когда день за днем варишься среди, по сути своей, убийц, и самая являешься такой же, как они – уже чувствуешь смерть. Не мифического Шинигами, а естественную спутницу жизни. Да и запах крови такой, что не нужно обладать чувствительным волчьим носом, чтобы его почуять. Я что, опоздала?
Чико рядом издала сдавленный рык. Не тот момент, чтобы подтрунивать и иронизировать, но, походу, это она волчью стаю копировать начала.
Попытка заглянуть дальше эхолокацией принесла мне только секундное помутнение, похожее на сенсорный шок. Проблемы с контролем после применения биджевой ядовитой чакры меня в некоторой степени ослепили. Смогу ли я вообще теперь восстановиться?
Чико не стала ждать сигнала от меня и рванула вперед. Молча двинула вслед, чтобы прикрыть ей спину. И Кагемару, оскаливший клыки, рядом со мной.
– Сэйджи, Рейген! – позвала дурында.
Тишина. Нет ответа. Еще несколько шагов, общая комната и запах свежей крови стал совсем уж нестерпимым. Ох, биджу, это было в некотором роде ожидаемым. По центру небольшой комнаты в традиционном стиле тело старой женщины с отрубленной головой. Кровищи натекло так много, что удивительно, откуда в этом сухоньком теле столько поместилось.
– Сэйджи, Рейген! – на этот раз буквально заорала Чико. Не думаю, что мне в этой жизни доводилось слышать крик, в котором было больше боли и отчаяния, чем у нее в данный момент. Казалось, эмоции переполнили мою подругу точно так же, как у меня совсем недавно через край хлестала ядовитая чакра треххвостого.
– Не ори, еще ничего не…
В не таком и громком сдавленном шипении-рычании Чико читалась какая-то совершенно первобытная нечеловеческая ярость, больше похожая на рык дикого зверя. Не цивилизованного призыва, такого, как Кагемару, а животного, страдающего от бешенства. Того и гляди, пена изо рта полезет. Более того, колени девушки подкосились и она рухнула бы мордой в кровь, если бы я вовремя не подхватила. Но и так в кровище вся перепачкалась. Слезы, сопли, рыдания. Отвесила ей пару жестких пощечин.
– Слышь, ты, тупорылая, ты че тут, тела видишь? – грубость и хамство иногда позволяют успокоить получше, чем деликатность.
– Я…
– Биджу! Что у тебя, биджу, с глазами?
В темноте дома, ставшего местом преступления, ее зрачки полыхнули алым. Вместо привычного узора с тремя черными запятыми, сейчас я видела три черных чуть закрученных лепестка, похожих на лопасти пропеллера или гребного винта.
Подруга попыталась что-то ответить, но попросту рухнула на меня, едва не отрубившись. Из-под ее сомкнутых век потекли тонкие, наверняка алые, но кажущиеся черными струйки. Еще и этого мне не хватало.
Диагностическое дзюцу рефлекторно получилось. Жива и в целом здорова, хотя энергетическая активность вокруг глазных яблок проглядывается ненормальная.
– Оками-химе, я чувствую… ррр… запах того, кто это сделал, убил старую самку. Я могу встать на его след, – прорычал волк.
– Пошли! – Чико-тян выпрямилась полная решимости. Как будто не было этих мгновений слабости.
– Нет тела, нет дела. Они могут быть живы, – повторила для упертой дуры очевидную мысль.
– И это не повод не прикончить ублюдка, который убил Тори-сан, – Чико поклонилась свежему трупу. И часа не прошло с момента смерти старушки, насколько вижу. Может, и того меньше.
– Так что у тебя с глазами, – повторила я вопрос, шагая за взявшим след Кагемару. Очень четко волк направление почувствовал.
– Четвертое томоэ. Думаю, в прошлый раз так же дерьмово себя чувствовала, – пожала плечами Учиха. – Я, правда, не знала, что так бывает. Наверное, клановый секрет.
– Там, я чую, близко, – волк вдруг сделал стойку, похожую на ту, что ожидаешь от обученной охотничьей собаки, показывая на ближайший дом.
– Как близко? – не могла не уточнить я.
– Ближе, чем вы думаете, Умино-сан, – послышалось с кровли жилого здания.
На
