С тех пор спать в одиночестве крыс не рисковал, хоть Рыска и отбрыкивалась, не понимая, чего эту тварь так тянет к ней за пазуху. Из вредности, не иначе. Возможно, если бы Альк поговорил с девушкой начистоту… Нет, пусть лучше злится.
Под утро Рыске приснился кошмар.
Та же поляна — но словно затопленная темным, вязким киселем, где даже мысль о движении отзывается болью в суставах. А вот разбойникам он почему-то не мешает, они скользят в нем хищными острозубыми рыбинами. На этот раз их много, огромная стая, против которой нет ни единого шанса даже у Алька.
И Алька тоже нет. Только лежит на траве коса, поблескивая ножом, как упавшим с неба месяцем. А рядом серым размытым пятном распростерто чье-то тело, и лишь кровь на бессильно протянутой к косовищу руке почему-то яркая-яркая…
Под ногой главаря «месяц» ломается с тонким жалобным звоном, как льдинка.
— А-а-альк!
Рыска не может даже попятиться, а разбойник кидается на нее, валит на землю, подминая длиннющим и тяжеленным, как два мешка с мукой, телом; под таким не то что шелохнуться — не вздохнуть толком.
Девушка вплотную видит его лицо — и захлебывается от ужаса. Глаза главаря подернуты мутной голубоватой пленкой, рот приоткрыт, и в нем сплошь копошатся мохнатые гусеницы бабочек-падальщиц…
…Поляна сменилась кухней, земля — постелью, и только страшная тяжесть никуда не исчезла.
— И-и-и! — отчаянно затрепыхалась Рыска, благо наяву это удавалось куда лучше. Хоть и ненамного успешнее.
— Ну чего ты орешь? — злобно поинтересовался Альк, приподымаясь на руках. Дышать сразу стало легче. Распущенные волосы саврянина белым пологом свисали по сторонам лица до самой подушки, не оставляя Рыске выбора, куда смотреть.
Девушка зажмурилась и выставила колени, пытаясь хоть так отгородиться от Алька.
— Ты чего делаешь?!
— Сплю… Спал. Завизжала в самое ухо, как резаная…
— Слезь с меня немедленно!!!
Но саврянин уже и сам отодвинулся — пряди крысиными хвостами мазнули Рыску по лицу, — спустил ноги с постели. Девушка украдкой перевела дух. Не то чтобы она вообразила, будто Альк собирался сделать с ней что-то нехорошее (по сравнению с тем кошмаром на что угодно согласишься!). Но лучше пусть все-таки уйдет! Недалеко, а то Рыску все еще потряхивало.
— Эй, что случилось?! — донесся из-за двери встревоженный окрик Жара. — Кто-то кричал?!
— Все в порядке, — дрожащим, исключительно неубедительным голосом отозвалась девушка. — Просто Альк…
— Кто бы сомневался, что Альк! Чего он опять выкинул? Пристает к тебе, что ли?! — Заскрипели кроватные доски: Жар не собирался спускать такого безобразия.
— А тебе завидно? — огрызнулся саврянин, — Иди присоединяйся, девка не против.
— Против! — тут же возмутилась Рыска. А если бы он еще за пазуху залез и там превратился?! Рубашка в клочья, телом к телу… Брр! — Пошел вон отсюда, крыса несчастная! И чтоб больше не смел на мне дрыхнуть!
Но пока Жар, спросонья спотыкаясь и натыкаясь на все подряд, добрался до места, Альк уже скрылся за печкой.
Вор посмотрел на смущенную, натянувшую покрывало по самые глаза подругу, потом на печь.
— Я вам чего, помешал? — сморщив нос, недоверчивым шепотом поинтересовался он у Рыски.
— Нет! — еще больше зарделась девушка. — Это… другое. Мы уже сами разобрались.
Во взгляде Жара только добавилось сомнения.
— Хочешь, давай местами поменяемся, — предложил он. — Я здесь лягу, а ты в комнате на кровати.
— Нет! — так же поспешно вырвалось у Рыски. Спать одной, за закрытой дверью?! Лучше уж с Альком вместо одеяла!
— Ну давай этого, — кивнул вор, — в комнату прогоним.
— Размечтался, — проворчало с печи. — Сам сейчас в сенях ляжешь. В свином корыте.
— А ты вообще заткнись, развратник!
— Неудачник, — презрительно отгавкнулся саврянин.
— Жар, иди спать! — взмолилась девушка, ловя за штанину всерьез нацелившегося на печь друга. Только ночной драки им для полного счастья не хватало! Хозяйка же за стенкой, если еще и она проснется, то все на улице окажутся. — Честное слово, все в порядке, никто меня не обижал!
— А почему ты меня, а не его останавливаешь? — возмутился друг.
— Потому что его бесполезно, а ты умный и добрый! Ну пожалуйста!
Польщенный вор еще немного поворчал, но отступил. Дверь, впрочем, подпер поленом, чтобы не закрывалась.
Рыска долго ворочалась, пытаясь стряхнуть воспоминание о навалившемся на нее теле (оно даже кошмарный сон вытеснило!) и проклиная вреднющего крыса, пока неожиданно не поняла что ей больше хочется не злиться, а хихикать. Альк, видать, тоже такой подлянки не ожидал, ну и лицо у него было!
— Мне в этом доме вообще дадут поспать?! — мрачно и зло спросил из подпотолочной темноты саврянин. — То визжала, то хрюкает… Что ей там такое снится — будто в свинью превратилась?
— Ей, по крайней мере, только снится! — немедленно отозвался с противоположной стороны Жар. — А кое-кто по жизни кабан!
— От борова[7] слышу.
— Скажи спасибо, что сейчас ночь и люди кругом спят, а то я бы тебе за такие слова!
— Спасибо, что ты такой трус и только языком махать и умеешь.
— Ах так?! Ну пошли за сарай выйдем!
— Ну пошли, — согласился Альк, но пол ни в комнате, ни у печи так и не заскрипел. Вылезать из-под покрывал не хотелось, оба спорщика втайне надеялись, что противник наконец заткнется и можно будет спать дальше. Но не оставлять же за ним, подлецом, последнее слово!
— Что, струсил?
— А смысл? Все равно ж тебя не дождусь.
Рыска поспешно накрыла голову подушкой, чтобы отсмеяться в свое удовольствие — к досаде мужчин, наконец сообразивших, что девушка не спит и это над ними.
ГЛАВА 17
В выборе самцов крысихи очень придирчивы.
Там же
— А обратно — когда это кстати Рыске, — уверенно сказал Альк утром. Настроение у саврянина резко улучшилось, позволяя необычайно покладисто терпеть ворчание не выспавшегося вора. Когда знаешь, кто твой враг, бороться с ним уже вполовину легче. — Даже если опасность ей только мерещится.
Жар подкрался к Рыске сзади и ткнул ее пальцами в бока. Девушка взвизгнула, обернулась и от души треснула друга полотенцем по шее.
— Вот так? — невинно поинтересовался вор. Рыска обиженно шлепнула его еще раз:
— Он же сейчас и так человек, нашел чем проверять!
— Ну зато я повеселился, — невозмутимо заметил Жар. Девушка снова замахнулась, но друг успел с хохотом отпрыгнуть.
— Думаю, нужно что-нибудь пострашнее, — серьезно сказал Альк, потирая совершенно здоровое, но словно чешущееся под кожей правое плечо. — И не такое внезапное, девчонка должна осознать надвигающуюся беду и прибегнуть к дару.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
