правду о высшем ранге, победа должна была достаться ему. Многие считали, что Том просчитался и оказался обманут Рэйком, но Лакс знал, что это все неправда. Брат Дэниела хоть и призывал нелюдей идти за собой, на самом деле лишь хотел исполнить мечту того единственного, кто признал его самого и его силу. Добившись этого, Том потерял всякий смысл продолжать свое существование. Скорее всего, он хотел, чтобы Рост впитал в себя всю силу нелюдей высшего ранга, какие были на материке. Брат Алисы мог стать чем-то большим, вознестись над остальными нелюдями, но он уже никогда не сможет осуществить это. Надежда потеряна.
Лишь Лаксу и Филу Том открыл правду о нелюдях, которую вычитал в древних книгах. Лакс уважал Рэйка, но глава Теней даже не представлял об истинной силе высшего ранга. Фил убедил Тома, что Лаксу можно доверять, поэтому ему тоже открылось тайное знание, которое произвело на него такое сильное впечатление, что даже убедило предать Агалию и Рэйка. Взамен на свою верность Лакс взял с Тома обещание не трогать их, и, к удивлению, брат Дэниела сдержал это обещание.
За дверью послышались шаги, после чего тонкая полоска света попала на лицо Лакса, из щели на него с недоверием смотрела исхудавшая женщина.
– Кто вы? Что вам нужно?
Лакс слегка оторопел, он не знал, что стоит сказать.
– Зачем вы пришли?
Женщина была напугана, и это неудивительно, по землям прошлись войска нелюдей, а они не отличались милосердием. В итоге война лишь проявление жестокости, ради какой бы великой цели она не начиналась.
– Мне нужно отдать вам письмо, – сказал Лакс.
– Письмо? – Любопытство победило страх, и женщина шире открыла дверь. – Какое письмо? От кого?
– От вашего сына.
Лакс протянул женщине сверток бумаги, который носил с собой с тех пор, как они с Филом пообещали навестить семьи друг друга в случае смерти одного из них. Оба парня давно написали все, что хотели сказать своим родным, потому что боялись, что не смогу сделать это лично. К сожалению, опасения Фила оказались не напрасными, но Лакс выполнил обещание.
– С ним что-то случилось? – Женщина не сжала бумагу в руке и с заплаканными глазами посмотрела на Лакса. – А с мужем моим что? Говорила я им не ходить на войну…
– От другого сына, полагаю, – не дал ей договорить Лакс.
– Другого?
– От Фила.
Женщина замерла. Вероятно, это имя не произносилось в их доме много лет.
– Он погиб незадолго до начала войны.
– Почему? – Женщине было стыдно смотреть в глаза Лаксу, когда она спрашивала о Филе, будто это было чем–то неприемлемым. – Что с ним случилось?
Лакс чуть не сказал, что Фил хотел убить нынешнюю Правительницу, в последний момент он передумал.
– Погиб, сражаясь с другими нелюдями.
Не ложь, но и не правда, которая выставила бы Фила не в лучшем свете. Он хоть и не был образцом для подражания, однако достоин прощения своей семьи. Каждый заслуживал этого.
Лакс больше не мог выносить взгляд печальных глаз матери Фила, ему совсем не хотелось отвечать на ее вопросы и видеть, как она плачет. Парень оставил ее наедине со своим горем, бесшумно исчезнув в темноте. Его ждала собственная семья.
***
Агалия сидела за столом у окна, наблюдая за заходящим солнцем. В ожидании своего ужина, она обдумывала дальнейший маршрут. Много лет ей пришлось потратить на благо материка, и теперь впервые она освободилась от этого бремени. Появилась возможность построить свою жизнь так, как Агалии всегда хотелось, это было давней мечтой.
Оставить Рэйка и Ваал оказалось очень тяжело, она очень сильно их любила, но не могла больше находиться рядом. Когда столько лет приходилось следовать за братом, сложно привыкнуть к полной самостоятельности.
Лакса она не видела с того дня, как они покинули Сантрап. Ей не хватило бы сил простить его, хотя Агалия могла понять, что им двигало, это не оправдывало поступок Лакса. Предательство навсегда перечеркивает все, что было до него, потому что такой поступок невозможно забыть. Агалия понимала, что Лаксу нельзя было оставаться в столице, и помогла ему покинуть город. Вина и стыд перед Рэйком подтолкнули ее сбежать, момент был наиболее подходящий. Если бы Агалии пришлось прощаться со всеми лицом к лицу, она не смогла бы уехать и отложила бы это на неопределенный срок.
Будущее теперь в ее руках. Агалия хотела когда-нибудь вернуться в родные места, но сейчас она жаждала нового. Письма Рэйку, Ваал и Оливии уже были отправлены. Впереди лишь новые земли, и она была к этому готова.
