Воины человечества яростно сражались с ордами нечестивых сил. Еретики напирали со всех сторон. Отвернувшиеся от света Императора гвардейцы, легионы предателей Астартес, безумные механизмы темных механикум, орды демонов и ужасного вида мутантов. Буквально всё, что могли позволить себе использовать тёмные боги, было спущено на одну единственную Имперскую звездную систему, что уже тысячи лет сдерживала бесчисленные орды кровожадных тварей. Мир крепость, что несмотря ни на что стоит под напором темных богов. Кадия горела в огне битвы всепланетарного масштаба. Война в космосе была уже проиграна, тогда, как на планете сражение только набирало свои обороты.
Огромные имперские титаны, всесокрушающие боевые машины падали под напором нечестивцев, что с большими потерями ценой множества жизней добирались до боевых машин. Орды потусторонних созданий отсекали прикрытие гигантов, в виде имперских рыцарей и множества пехотных полков. Последняя атака командующего сил хаоса смела выстроенную защиту Кадианцев и только ценой множества потерь люди смогли остановить прущую на них лавину предателей Астартес.
Ефримия стояла посреди ведущейся бойни, видела поднимающихся в атаку еретиков, смотрела на космодесантников черного легиона, что продавливали силы верных бойцов Империума. Женщина со скорбью смотрела на не сдавшихся перед лицом первозданного ужаса солдат, до последнего исполнявших свой долг. Она хотела помочь лояльным императору солдатам, но не могла пошевелиться, что-то сковывало её движения. Она могла только смотреть на сражавшихся, наблюдая падение обороны Имперского мира крепости. Даже воодушевляющей силы живой святой Императора, не хватало, для полноценной победы. Слишком силен был враг, слишком много сил перевёл к известной на весь Империум планете.
Черные легионеры, Астартес чей легион происходил от Архипредателя, самого любимого сына Императора взломали оборону стоящих до последнего кадианских полков. Жуткая резня и измывательства над телами убитый не покоробили Инквизитора. Она сражалась с исчадьями иматериума уже слишком много раз, чтобы хоть как-то кроме ненависти реагировать на столь низкие поступки еретиков.
Ефримия смотрела на трагедию, разворачивающуюся на планете. Абаддон разоритель, несменный лидер черного легиона и предводитель многих черных крестовых походов, что уже десять тысяч лет терзают Империум, лично повел свою гвардию в атаку по открывшемуся пути к штабу имперских сил. Путь им преграждали лояльные ордена ангелов Его, что падали сраженные численным превосходством противника и чудовищной мощью чемпиона Хаоса. В одно недолгое мгновение Ефримии показалось, что это конец, Кадия падет будучи захвачена тварями варпа, но бой лишь вскипел с новой силой, когда золотая волна яростного пламени снесла наступающие ряды Астартес-еретиков.
У Блейкроуз всё поплыло перед глазами и сжалось внутри, когда в яростной схватке столкнулись сам Аббадон разоритель, предводитель сил темных богов и святая Селестина, сверкающая ярким ослепляющим светом. Наблюдая за столь необычным сражением, женщина видела, как тварь продавшая Империум и всё Человечество за жалкие подачки пиявок Варпа и живая святая Императора бьются почти на равных, но всё же Аббадон побеждал. Женщина кричала, пыталась вырваться из сковавшего всё её тело кокона, чтобы хоть как-то помочь порождению воли повелителя человечества... Но всё было тщетно. Непередаваемое чувство ярости и скорби заполонило Инквизитора, когда она наблюдала за теми ранами, что нанёс архивраг избранной Императора. Вновь забившись в своих путах, она почувствовала лишь на мгновение, что может сможет сопротивляться сковавшим её силам, напрягшись до боли во всём теле Блейкроуз смогла вытянуть руку в сторону идущей схватки. В тот момент битва между повелителем Астартес и святой на мгновение прекратилась. Взгляд Ефримии наткнулся на грустные глаза Селестины, после чего метнулся к яростному торжествующему лицу Аббадона. Древний еретик оскалился и в его глазах Ефримия не нашла ничего человечного, как будто бы сами демоны смотрели на неё через предводителя черного легиона. Сжав кулак вытянутой руки с чувством безграничного омерзения, Инквизитор почувствовала лёгкое сопротивление в своей руке.
В этот момент что-то изменилось в её мироощущении. Она одновременно была нигде и везде. Она чувствовала огромную волну агрессивной всепожирающей энергии, что ударила с возвышавшихся над поверхностью планеты пятисотметровых блестящих от вспышек миллионов орудий пилонов. Все чувства женщины забурлили и само её сознание взмыло над полем боя и отдалилось от планеты. Она видела гигантский столб первозданной мощи, что направился в щурящееся ненавистью око ужаса. Разошедшиеся волной флуктуации энергий изничтожали армии демонов и ослабляли силы хаоса по всем уцелевшим планетам сектора. Ефримия, на мгновение потерявшись в изменившемся состоянии, предчувствовала скорую победу людей... Но слышимый ей звенящий хруст и высвобождение той необузданной мощи, буквально разорвали планету на куски, открыв путь тёмным силам.
Кадия пала... Инквизитор узрела её паление. Она видела, как теперь ничем не сдерживаемое око ужаса расширяется, поглощая целые сектора галактики. Она тряслась от ощущения неправильности, когда смотрела за появлением огромного разлома разделявшего Империум на две части. Она видела тысячи и тысячи миров заполненных хлынувшими из разломов реальности ордами демонов. Разум женщины отказывал от перенапряжения, но не мог отключится, что-то заставляло смотреть её на творившиеся ужасы, которые она никак не могла остановить.
И когда женщина была в самой глубинной точке отчаянья она почувствовала свет. Тьма расселась и бесконечные чудовищные видения действий еретических сил перестали являться к ней. Осталась только пустота. Чистый разум и тишина космоса. В пустом ничего она впервые за по ощущениям десятки лет вздохнула свободней, чтобы узреть картины готовящегося великого крестового похода в бескрайней пустоте галактики разделенной сверкающей гнилостной раной варпа. Она видела себя в круговороте мелькавших картин. Она сражалась на передовой покрытая ранами и вела вперед армии людей, что потеряли путеводный свет Императора. Она чувствовала, что это произойдет… Ефримия теперь точно знала к чему стоит стремится, что нужно делать ей в надвигающемся аду.
Картины перестали мелькать, снова звенящая тишиной пустота обволокла женщину. Она стояла на кристально чистой воде, смотрела прямо и одновременно Блейкроуз смотрела себе же в глаза. Она видела себя с горящими желтым яростным светом глазами и осознавала возможный крах всех тех начинаний, что предшествовали этому видению. Бескрайняя ненависть и жажда власти... Она чувствовала от своей копии эти эмоции и желания, чувствовала и сопротивлялась из всех своих немногих оставшихся сил. Превосходство, власть, алчность, желание крови и абсолютная бесчеловечность, вот и всё что питало её отражение. Она не была такой и без страха смотрела в глаза морока. Зажегшееся зеленое энергетическое лезвие вспороло пространство перед шеей оказавшейся вновь парализованной женщины, но было отброшено алой волной энергии, что развоплотила копию Ефримии, что истаяла искрящейся дымкой.
Блейкроуз ощутила себя лежачей на какой-то поверхности. Она дышала, чувствовала запахи, но не ощущала за собой даже малой толики сил, чтобы напрячься и открыть свои глаза. Её чувства наполняли бушующие образы увиденных ею картин. Она чувствовала угасание жизней и ту боль, что ощущали люди ведя бой за Имперский мир. Ефримия ничего не могла сделать, никак не могла остановить уже совершившийся факт. Неясное чувство точно подсказывало ей, что Кадия пала, она точно знала, что весь Империум накроет чернота ереси и вскоре свет человечества может окончательно погаснуть. Закрытые глаза женщины сами собой увлажнились, триллионы жизней на тысячах и тысячах мирах найдут свой окончательный конец в пасти тварей варпа, пока она…
Ярость к самой себе на мгновение заполонила сознание Блейкроуз заставив её сжать свои кулаки. Ярость, та самая ярость и ненависть, и беспощадность не только к врагам, но и к самим себе, что всегда помогали человечеству, заставили женщину стиснув зубы подняться и открыть свои глаза.
