– Отдай артефакт, мальчишка, – с трудом поднимаясь на ноги, потребовал Габриил.
Тиамат, чуть пошатываясь, выступил из-за колонны и вперил в Хранителя взгляд мерцающих фиолетовых глаз:
– Отдам. В обмен на одну услугу.
– Ти, что ты творишь? – послышался испуганный голос Эрика.
– И чего же ты хочешь? – выгнул бровь Габриил. На окровавленном лице эта гримаса смотрелась ужасающе, – Деньги? Власть? Могущество?
– Верни мне Шибу, – коротко произнес стекер. – Верни ее мне, и получишь свой артефакт.
– Извини, мальчик, но я не могу этого сделать, – покачал головой Хранитель Света.
По лицу Теневика прошла судорога.
– Почему?! – внезапно заорал он. – Почему, Тьма тебя дери?! Ты смог вернуть к жизни Ольгу, сможешь вернуть и Шибу!
– Ее душа давно ушла за грань, – мягко произнес Габриил. – Она обрела покой. Поверь мне, не стоит тревожить мертвых.
Тиамат прикрыл глаза и низко опустил голову.
– Что ж… я сделал все что смог… – едва слышным, срывающимся голосом проговорил он и протянул сферу Хранителю, который возложил ее обратно на алтарь.
Едва артефакт занял свое прежнее место, мое тело обмякло и кулем рухнуло на пол. В тот же миг, нить, удерживающая мою душу в этом мире оборвалась, и меня поглотил мрак.
Храм пропавших душ
Лазарь с трудом открыл глаза и попытался пошевелиться. Тело реагировало на каждое движение ноющей болью. С трудом сфокусировав зрение, он увидел склонившееся над ним лицо Гретмана.
– Грет… что случилось? – едва слышно прохрипел он, пытаясь принять сидячее положение.
– Все закончилось, – лаконично ответил некромант, помогая другу сесть. – Хранитель Тьмы покинул Портитерру.
– Все целы? – страшась услышать ответ, всё же спросил Лазарь.
Гретман отвел взгляд и отрицательно покачал головой. Сердце некроманта болезненно сжалось от тревожного предчувствия.
– Лира?
– С твоей сестрой все в порядке, – успокаивающе проговорил Грет. – Она просто спит. С ней сейчас Эрик.
– Тиамат?
– Вон он сидит, – кивнул некромант куда-то в сторону. Лазарь проследил за его взглядом и увидел Теневика, облокотившегося на полуразрушенную колонну и безучастно смотрящего куда-то в одну известную ему точку.
Следующее имя Лазарь произнести просто не смог. Этого не может быть!
– Где она? – не обращая внимания на боль во всем теле, Лазарь поднялся на ноги и тут же замер, глядя на хрупкое девичье тело, поломанной куклой лежащее у алтаря в луже собственной крови.
Некроманта накрыло волной понимания. Не осознавая, что делает, он бросился к окровавленной девушке и, смаргивая горячие слезы, прижал остывшее тело к себе. Голова со спутанными белоснежно-алыми волосами безвольно откинулась назад. Серые глаза, в которых еще недавно плескалась жизнь, сейчас остекленели и подернулись мутной пленкой.
– Вернись ко мне! – шептал Лазарь, словно маленького ребенка баюкая на руках мертвую Ольгу. – Вернись… пожалуйста…
Жемчужная дымка ластилась ко мне подобно ласковой кошке. Я блуждала в этом перламутровом тумане... уже сколько? Год? Век? Тысячелетие? Хотя, какая по сути разница? Разве для мёртвых время имеет значение? Мне было удивительно хорошо и спокойно, и лишь иногда, очень редко, приходила легкая грусть. В расслабленных мыслях постоянно мелькали какие-то смутные образы, от которых шло приятное тепло. Я уже не помнила, кем для меня были эти люди, но, наверное, кем-то очень важным, раз я до сих пор храню в своей душе память о них.
Иногда из тумана выходили незнакомцы со странными черными глазами и бледными лицами. Они не трогали меня, лишь внимательно рассматривали, а я в свою очередь рассматривала их. Я решила назвать их Тенями. Кажется, они были не против.
О! Вот еще одна Тень вышла ко мне из плотного жемчужного марева. Я замерла, осознавая, что уже где-то видела эти светлые, спускающиеся чуть ниже плеч волосы и это миловидное лицо, на котором играла мягкая улыбка. Только во внешности незнакомки что-то казалось неправильным. Точно! Глаза! У нее должны быть не черные, а серые глаза! Так ведь? У нее… у меня серые глаза!
– Привет, Ольга! – помахала рукой девушка. – Я наконец-то нашла тебя!
– Роа?! – недоверчиво спросила я, выныривая из состояния блаженной неги. – Что ты здесь… что происходит?
– Пора возвращаться! – прохладная рука Тьмы бережно взяла меня за ладонь.
– Куда?
– Неужели ты не хочешь обратно на Портитерру? – деланно изумилась Роа, хитро глядя на меня черными глазами.
– Но как такое возможно? Габриил сказал…
– Ольга, я ведь необычная Тьма, забыла? – подмигнула мне моя близняшка. – Так что, ты согласна вернуться?
– Да! – выдохнула я.
– Тогда закрой глаза! – посоветовала Роа, и в ту же секунду меня затопила боль.
– Черт возьми! Оказывается, воскресать в моем случае гораздо болезненнее, чем умирать! – прохрипела я, как только приступ всепоглощающей, выжигающей внутренности боли прошел.
С трудом разлепив веки, я с удивлением посмотрела в родные карие глаза, во взгляде которых смешался такой дикий коктейль эмоций, что мне стало не по себе.
– Привет! – улыбнулась я, обнимая Лазаря за шею. – Я вернулась, на этот раз навсегда.
Послесловие
Лазарь и Ольга вернулись на Терру Брету. Мастер Сай с удовольствием занялся обучением начинающей некромантки, после чего Ольга планирует стать Вольным некромантом. Лазарь, конечно, против, но переупрямить любимую девушку ему так и не удалось.
Лира Лэй продолжает учиться в Академии и воспринимает всё случившееся с ней, как увлекательное приключение. Она всё еще проводит свои эксперименты, за что периодически получает нагоняй от Лазаря и ехидные комментарии от Ольги.
Ксения так и не смогла прорваться в Храм, что, возможно, спасло ее от развоплощения. Теперь в доме Лестов обитает симпатичное, крайне общительное привидение, мечтающее когда-нибудь встретить свою призрачную любовь.
Тиамат после происшествия в Храме пропал на несколько лет. Никто не знает, где он находится, но ходят слухи, что его неоднократно видели на Терре Исте.
Расмус, Олав и Смедлок погибли под стенами Храма. Гретман и Эрик, собираясь в доме у Ольги и Лазаря, часто вспоминают друзей за бокалом вина.
Сфера до сих пор покоится в Храме пропавших душ. Хранитель Света, наученный горьким опытом, позаботился о том, чтобы ни один смертный больше не смог найти дорогу к проклятому королевству Эшер.
