- Я попросил бы вас не упоминать моего титула, когда мы доберемся до Шивы. И в дальнейшем тоже, - заговорил Таррант. - Я предпочел бы остаться неузнанным.
- В Мордрете вас вроде бы признали, - с вызовом напомнил Сензи.
- Там меня считают слугой Охотника. Они не знают, что я и есть сам Охотник.
- А какая разница?
- Большая. Прежде чем убить слугу Охотника - или хотя бы ослушаться его, - человек еще три раза задумается, а что скажет на это его хозяин. А вот если он сдуру решит, что может одним ударом покончить с самим хозяином... Так что представляться слугой Охотника куда проще. Это избавляет меня от необходимости убивать каждый раз, когда я покидаю пределы Леса. Вас это устраивает? - сухо поинтересовался он.
- Вполне, - выдохнул Дэмьен сквозь стиснутые зубы.
Ночь. Здесь, внизу, всегда царила истинная ночь, безразличная к тому, что происходит на небе. Даже свет Домины не мог пробиться сквозь густые кроны, которые почти не пропускали и солнца. Толстые белые лианы поблескивали в свете фонаря. Их безлистые плети тянулись вдоль стволов наверх, к солнцу. Из книг, хранившихся в библиотеке замка, Дэмьен узнал, что некогда Лес был самым обычным лесом, примечательным лишь тем, что он раскинулся близ естественного фокуса земного Фэа. Это Охотник переделал его. Это он вырастил здесь удивительные деревья, чьи опавшие листья запутывались в паутине тонких веточек, так что даже зимой свет не падал на землю. Но что еще он сделал с Лесом, чтобы его экосистема продолжала работать? Вечная тьма должна была уничтожить все светолюбивые растения. Должно быть, Охотник потрудился над всем, меняя с помощью Фэа травы, зверей, насекомых и кустарники, пока в Лесу не появились тысячи новых видов, приспособленных к тому, чтобы жить без света. Должно быть, Охотник создал и совершенно новые виды. Дэмьен вспомнил тех червеобразных тварей и понял, что и они исполняют здесь какую-то важную функцию. В биосфере с таким малым притоком энергии не должно быть ничего лишнего.
Какой же ум надо иметь, чтобы просчитать все это? Задумать такое и исполнить? Ведь стоило Охотнику упустить из виду какое-нибудь насекомое, пропустить одно-единственное звено в пищевой цепочке - и Лес превратился бы в бесплодную пустыню. При одной мысли о масштабах этой работы у Дэмьена захватило дух. Впрочем, имея в распоряжении тысячу лет, такой способный человек мог преуспеть даже в этом. Такой человек, как Владетель Меренты, который провел последние годы своей нормальной человеческой жизни, примиряя человека с Богом, выверяя и устраивая человеческое общество с той же детальной точностью, что и лошадей и флору Леса...
И тут впереди показался неясный просвет. Совсем слабый - и все же очертил силуэт ехавшего впереди Охотника. Земля впереди была озарена предрассветными сумерками.
- Уже почти утро! - недовольно буркнул Таррант, махнув рукой на восток. - До Шивы самое большее миль пять. Ждите меня там.
- Надеюсь, это место поприличнее Мордрета, - проворчал Сензи.
Охотник вроде бы улыбнулся, но приближающийся рассвет прогнал с его лица все следы улыбки.
- Мордрет - место особое. Но осенние ночи слишком коротки для длинных разговоров. Если у вас есть вопросы, приберегите их до вечера - может быть, я на них и отвечу.
- Похоже, этот свет вас не особенно беспокоит, - с вызовом бросил Дэмьен.
Таррант покосился на него. Что выражал этот взгляд? Трудно сказать. Гнев? Раздражение? Презрение? Быть может, и то, и другое, и третье.
- Любой человек, который может вынести свет звезд, переживет и солнечный свет. Все дело в количестве. - Он спешился, легко и бесшумно. Но проверять, на сколько меня хватит, что-то совсем не хочется. - Он передал поводья Дэмьену. Поколебавшись, тот взял их. - Кормите его тем же, чем и своих, - подсказал Охотник. - Всем, что едят лошади. Не бойтесь, он выживет.
- Как, разве вы не позавтракаете с нами?
- Боюсь, моя манера завтракать испортит вам аппетит. - Таррант снова взглянул на восток и, похоже, напрягся. - Днем можете делать что вам угодно, - тихо закончил он. - Я вас найду.
- Но как же вы... - начал Сензи.
Но Охотник уже скрылся в Лесу, и темнота укрыла его, словно плащом.
- Да, он явно не жаворонок, - заметил Дэмьен.
Как хорошо было снова очутиться в городе, среди нормальных живых людей! Как хорошо было войти в чистую, добела отмытую комнату в кирпичном доме, с яркими лоскутным одеялами на кроватях и тонкими занавесками, пропускавшими дивный солнечный свет! Как хорошо было снова окунуться в море человеческой деятельности - даже несмотря на то, что этот шум мешал заснуть! И солнце, солнце, солнце!
Впрочем, радости хватило всего на несколько часов. К закату они уже торопились снова пуститься в путь, и когда к ним наконец присоединился Джеральд Таррант, они испытали почти что облегчение.
"Всем нам хочется поскорее добраться до места. Поскорее покончить с этим", - думал Дэмьен.
Они выехали на восток. Предместья города выходили на равнину, называемую долиной Ракшей. Добравшись до реки Лета, они двинулись вдоль нее на юго-восток. К берегам реки прилепилось множество мелких поселков. Когда им хотелось есть, они ели нормальную еду в нормальных трактирах. А Таррант молча поглядывал на них, прихлебывая из стакана свежую кровь или, когда крови не было, северное вино. Чем он еще питался - в то короткое время после заката, которое он отводил для своих личных дел, - Дэмьен не знал и знать не хотел. Но днем ему часто снились всякие ужасы с участием Тарранта, и священник нередко просыпался в холодном поту, хватаясь за меч. И с ужасом сознавал, что это из-за него Таррант странствует по здешним землям, и путь их наверняка отмечен чередой его жертв.
В конце концов они достигли цели своего путешествия. Маленький городишко, живущий не столько торговлей, сколько туризмом. Саттин находился так близко от границы земель ракхов, что в ясную погоду за Змеей были видны зубчатые утесы, охранявшие этот таинственный край и, предположительно, силовую завесу, которая также хранила его. Даже в эту неласковую пору городок кишел зеваками, которые выложили немало денег и проделали тяжелый путь лишь затем, чтобы хоть издали увидеть то, что реклама именовала "Последним бастионом туземного влияния". Правда, строго говоря, на самом деле эта страна не была ни бастионом, ни даже "туземной". Но эта фраза служила хорошей рекламой.
Здесь вовсю практиковали колдуны - и в таком количестве, что их хватило бы на заселение небольшой колонии. Подобная деятельность отмечалась крупными жирными заголовками в местной газетке, отпечатанной на грубой северной бумаге: "Южанин кормит Змею: самоубийство или жертвоприношение?", "Колдунья находит знак Охотника на спинке своей кровати!" Ну и, разумеется, "Возвращение Призрака Каски - местный колдун раскрывает чудовищную истину!" Реклама лезла из каждой щели. Предложения "Поделиться Видением", лодочные экскурсии "До самой Завесы!" или "Пророк предсказывает будущее - за умеренную плату!".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
