class="p1">— Заранее вам огромное спасибо! — приложил к груди руку старший лейтенант, и девушка благосклонно улыбнулась ему.
* * *
В городском отделе милиции в дежурной комнате уже толпились собранные со всего города участковые инспектора. Увидев старшего лейтенанта, все разом смолкли, а курившие стали тушить в пепельнице недокуренные сигареты.
— Майор Петелин сказал, — подошел к Невструеву дежурный, — чтобы, как вы приедете, все шли к нему в кабинет.
— Участки, товарищи, у вас большие? — спросил Невструев, когда все расселись в кабинете Петелина.
— По две — две с половиной тысячи жителей на каждом, — ответил начальник горотдела. — У вас больше, наверное?
— У нас почти в два раза больше... Это значит — и работать труднее в два раза... Но все равно наше начальство требует от своих участковых, чтобы они не только по фамилиям, а в лицо знали жителей своих участков.
— От нас того же требуют! Ничуть не меньше. Тоже, чтобы и в лицо, и в затылок знали своих... — сразу оживились инспектора, заулыбался и Петелин.
— Вот сейчас вы и должны доказать, товарищи, что это требование вы свято выполняете, — улыбаясь глазами, оглядел каждого старший лейтенант. Собравшиеся стали переглядываться в недоумении: что же за испытание приготовил им гость из столицы?
— Я сейчас раздам вам списки пассажиров, улетевших отсюда несколько дней назад, а вы ищите среди них своих знакомых. Потом будем говорить дальше, а сейчас — начинайте...
Невструев не мог сдержать волнения, наблюдая, как склонились над разграфленными листами бумаги участковые, вчитываясь в фамилии, выведенные довольно четким почерком. «Неужели ничего не получится?» — Шестым чувством, о котором так любят вспоминать оперативники, старший лейтенант просто физически ощущал, что конец нити от этого проклятого клубка где-то совсем рядом, стоит только протянуть руку, и он — твой! А потом и весь клубок никуда не денется! Но один за другим отходят к окну участковые, с сожалением разводя руками или пожимая плечами: нет знакомых, пустой номер оказался. И вдруг раздается голос, заставивший старшего лейтенанта сразу воспрянуть духом.
— Наш ветеран, — шепнул ему на ухо Петелин. — Капитан. Старше всех по званию среди участковых, а на другую работу не хочет переходить! Нравится, говорит, мне тут — и все дела!
— Вот нашел я своего землячка, — чуть окая, продолжал капитан, и Невструеву его одутловатое лицо показалось самым красивым в мире. — Черников знакомый. С моего участка... Инициалы тоже сходятся... Вот тут написано, что он улетел, а я его каждый божий день вижу как миленького! На работу идет — вижу, с работы идет — тоже вижу... Да если бы он куда уехал или улетел, жена его Валентина сто раз мне уже сказала бы об этом. Потому что для рабочего человека отъезд или отлет — событие, чаще чем раз в год, во время отпуска, никуда и не сорвешься с рабочего места!
— И ты знаешь, Николай Иванович, где он живет, твой Черников? — подался к нему Петелин.
— Еще бы не знать! С завязанными глазами найду! Коттедж у него в Новом поселке.
— Больше ни у кого ничего нет, товарищи? — спросил Невструев. — Тогда, Николай Иванович, помчались к Черниковым.
Дома Черникова не оказалось, но их встретила его жена, пришедшая на обеденный перерыв.
— Мой там, где и положено ему быть! — расплылась она в улыбке. — Человек рабочий! — звучали в ее голосе горделивые нотки. — Дисциплину знает! Да и далеко ему домой на перерыв ходить! Моя контора под боком, хоть сто раз на день прибегай домой... А зачем он вам понадобился, товарищ участковый? — И легкая тревога тенью набежала на лицо. — Не натворил ли чего? Так это на него не похоже! Сроду ничего за ним не водилось!
— Да ну, что ты, Валя-Валентина! — поспешил успокоить ее участковый. — Нужен, по одному делу... А ты сразу — «не натворил ли чего?» Ну, ладно, в другой раз зайдем! Поехали, товарищи! Да, Валентина, а он никуда не уезжал и не собирается в эти дни?
— Так куда же он без меня поедет? Сроду и такого за ним не водилось! — замахала руками жена Черникова. — Скажете тоже!
— Мы его сейчас на работе застанем, — сказал участковый, когда машина тронулась. — Он в мастерских, в гараже химкомбината работает... Хороший автослесарь! По городу славится...
Черникова они нашли около «ямы», с которой только что съехала машина со снятым кузовом. Он, размахивая руками, что-то горячо объяснял непрестанно вытирающему рукавом рубахи пот с лица шоферу. Увидев капитана, махнул последний раз рукой и пошел навстречу приехавшим.
— Неужто ко мне? А, Николай Иванович? — тщательно вытерев платком свои руки, потряс он руку участковому, потом поочередно поздоровался с Петелиным, Невструевым. — С машиной, что ли, беда какая?
— Да нет, Петр Иванович, ты нам совсем по другому делу нужен, — ответил ему капитан. — Отойдем-ка в сторону... Ты на днях никуда улетать не собирался?
Черников внимательно смотрел на участкового — шутит или говорит серьезно?
— Да куда ж мне лететь-то? Что, у меня десять отпусков в году?
— Ты, Петр Иванович, шутки не шути, потому что дело серьезное! Ты меня знаешь, я по пустякам ни тебе, ни другим голову морочить не буду.
— А то не знаю, Николай Иванович! Тогда говори, что случилось? Зачем я тебе понадобился?
Участковый инспектор повернулся к Невструеву.
— Вы будете спрашивать или мне доверяете, товарищ старший лейтенант?
— Тут не до придворного этикета, товарищ капитан! Время дорого, как никогда! Петр Иванович, — глядя прямо в глаза Черникову, спросил Невструев, — если вы никуда не собирались улетать и действительно не улетали, то каким образом ваша фамилия оказалась среди авиапассажиров несколько дней назад?
— Как оказалась? Откуда? — растерянно переспросил Черников. — Знать ничего не знаю! Одно точно знаю — никуда я не собирался лететь и не летал! Мне и здесь, слава богу, дела хватает!
— Вот это ваша фамилия? — протянул ему регистрационный лист Невструев. — И инициалы тоже ваши?
— Фамилия моя, инициалы мои... А может, еще один такой Черников есть, а? В Москве вон, говорят, восемьдесят тысяч Ивановых! И у половины из них имена-отчества сходятся!
— А у нас Черниковых намного меньше! И ни у кого из них инициалы не сходятся! — чеканя
