и теперь всех агентов внедрения в шутку называют Мата Хари, — ответил Жора.
— Я не Хари. Я боюсь, — всхлипнула она. — Когда я очнулась на горшке, и лысый толстяк начал давить мне на животик, я поняла, что не гожусь для этой ответственной миссии. Я жутко испугалась.
— Ничего страшного, вас раскрыли, и теперь ты можешь возвращаться домой. Кстати, а где твой амулет возврата? — спросил Жора.
— Я отказалась от него, чтобы мою решимость не смог поколебать червячок панического ужаса, закрадывающегося в душу.
— Уау! Ну ты отважная пернатая птаха! — с усмешкой воскликнул Жора.
— Не смейся над напуганной девочкой, — снова всхлипнула Слитовина. — Я должна решиться и идти дальше.
— Ты дурная? Куда ты собралась?
— В Храмовый город в зал проклятой Аэрилис и её безумного муженька, где почти год в заточении сидит наш Светлый бог! — она произнесла эти слова, будто давно заученную фразу. — Я избрана Архитретисом, как сильный маг «жизни». Я невеста Светлого бога.
— Дура ты, а ни невеста, — усмехнулся Жора. — Нам бы из замка живыми выбраться, а там сядешь на корабль и возвращайся к Архитретису и скажи, что Светлого бога заточили силой титана. Никто, кроме равного по силе бога не сможет вскрыть «сферу неизменности». Это закон мироздания.
— А что это такое? — спросила Слитовина.
— Сфера? Это то место, где сидит Светлый бог.
— А ты откуда знаешь? — спросила вестница.
Жора задумался и сам задался вопросом, откуда он знает о «сфере неизменности» и то, что её никто не может вскрыть? Если он правильно понял, ни Громогласный, ни Хитрец не смогут освободить Светлого, потому что его пленили силой планеты. Умные люди и вестники должны это понимать, а значит, четырехкрылую патриотку отправили с билетом в один конец. Она и амулет возврата брать не стала, чтобы в самый ответственный момент не отступить. А она натуральная трусиха. Вон как её от страха тошнило. И судя по ауре, она не притворялась, а реально находилась на грани нервного срыва.
— Так, горе-шпионка, считай, что твоя миссия завершена, и ты попала в плен. Сейчас я тебя изнасилую, и ни о какой невесте не будет идти речь, — заявил Жора.
— Место слегка неподходящее, — усмехнулась блондинка. — В соседнем зале я видела много станков для фиксации жертв. В одном из них посидела на горшке, но если ты хочешь, чтобы я никуда не шла, меня надо связать.
— Я вообще-то не по садо-мазо, но если надо, значит, свяжем, — тяжело вздохнул Жора. — А ты сама осознаешь, что ваша затея с походом в тронный зал Храмового города попахивает авантюрой?
— Осознаю, — кивнула Слитовина, — но стоит подумать о Светлом боге, и хочется идти в Храмовый город в зал проклятой Аэрилис и её безумного муженька, где почти год в заточении сидит наш Светлый бог!
— Раз сидит, значит надо — усмехнулся Жора и снова дал ей пощечину.
Затуманенный взор вернул былую ясность, и она с благодарностью кивнула, а потом неожиданно взвизгнула, указывая пальцем куда-то под потолок. Жора посмотрел в указанном направлении и увидел желтые глаза крупного хищника из семейства кошачьих. Голова и бока химеры оказались покрыты костяной броней.
— Киса, киса, кис-кис-кис, ну-ка быстро нафиг брысь! — проворчал Жора и навёл клинок на готовящегося к прыжку хищника.
Глава 26
Видимо химера плохо понимала по-русски и вместо того, чтобы вежливо удалиться, сорвалась с потолка и прыгнула на Жору. Он осознавал, что инстинкт самосохранения требует убраться с траектории полёта, но за спиной сидела вестница и визжала так, что закладывало уши. Жора катастрофически не успевал и, прекрасно понимая, что рискует, сознательно упал спиной на девушку, тем самым сдвинув блондинку с места. Химера приземлилась как раз на подставленные ноги Жоры и он, согнув колени, резко оттолкнул хищника в сторону. Кошка она и есть кошка, поэтому перевернувшись в воздухе, химера встала на четыре лапы и, затормозив острыми когтями по каменному полу, снова бросилась вперёд. Жора не собирался постоянно подставляться под несущуюся на него тушу, поэтому левой рукой схватил Слитовину за плечо и, оттолкнув её к двери, сам сместился в сторону. Острие клинка слегка задело морду твари, и костяная броня не выдержала удара, поддаваясь напору звёздной стали. Монстр врезался головой в стену и начал подниматься на ноги, но Жора нанёс рубящий удар по шее и хищник затих.
Самое ужасное в том, что блондинка продолжала визжать, и Жора понял, что она разводит панику не просто так. Пока он возился с первой химерой, её сестра-подружка костяная зверюшка выбралась из расщелины и вдоль стены приближалась к вестнице. Девушки всхлипнула и, раскрыв дверь, выскочила наружу. Химера понимала, что вскрыть окованную железом преграду она не сможет, поэтому повернулась к такому жесткому и невкусному «мясу с острой палкой». Прыжок в сторону добычи и хотя Жора сместился с траектории атаки, и срубил монстру голову, костяной хвост задел его ногу и, вцепившись мёртвой хваткой, утянул человека на дно расщелины. Жора махнул мечом и отрубил тянущий вниз отросток, но всё равно осознал, что падает вслед за тушей. Он соединил ноги вместе и нёсся параллельно отвесной стене. Острый клинок, которым Жора пытался затормозить падение, скользил по поверхности камня и высекал искры. Не долетая до дна, Жора оттолкнулся ногой от стены. Изменив траекторию, он, тем самым снизил скорость падения и, совершив перекат, снова встал на ноги. У Жоры закружилась голова, и он упал на спину. Лежа на каменном полу, он разглядывал три «птичьи клетки». Они выглядели такими маленьким, и создавалось впечатление, что там действительно ничего кроме птицы не поместится. Жора медленно поднялся и прислушался. Издалека доносился визг Слитовины. Но в этот раз тональность звучала по-другому, и у него сложилось впечатление, что сейчас ей грозит слегка иная опасность. Жора выругался и взглянул на стену. Он так и не понял, как эти твари забрались по ней — вертикальная поверхность оказалась полированной и, если там и имелись щербинки, Жора
