— И вы тоже выйдите! — обратились к охранникам двое других омоновцев. Те послушно выполнили требование.
Омоновцы объяснили, что в их задачу входит досмотр всех машин, и попросили открыть багажник и салон.
— Если есть огнестрельное оружие или наркотики, прошу выдать добровольно, иначе применим силу!
Затем водителя, работника фирмы и обоих охранников заставили встать лицом к машине, положить руки на капот и расставить ноги. После чего всех профессионально обыскали, изъяв у милиционеров табельное оружие и служебные удостоверения.
Но даже тогда ни у кого не возникло особых подозрений. Милиционерам было известно, что в городе действительно проходит мероприятие, омоновцы действовали и выглядели так, как и должны выглядеть сотрудники милиции: никаких изъянов в форме, есть и наручники, и резиновые палки, и кобуры с пистолетами. В их машине, стоявшей неподалеку, сидел водитель, а во второй, черного цвета с тонированными стеклами, находились, видимо, их коллеги.
И только когда чужие руки ухватились за баул со 178 тысячами долларов, стало ясно, что происходит что-то неладное. Сотрудники фирмы и обезоруженные охранники попытались вырвать баул у похитителя, но несколько выстрелов в ноги охладили их пыл…
Когда прошел первый шок, налетчики, разумеется, уже скрылись…
Позже, выясняя обстоятельства происшествия, охранники, водитель и сотрудник фирмы вспомнили и номера синей «семерки», в недрах которой исчез баул с долларами, и явно страховавшую преступников черную «девятку» с тонированными стеклами, и приметы лжеомоновцев, и то, как дружно рванули оба автомобиля с места преступления.
Оперативники провели большую работу, чтобы найти свидетелей этого преступления. На основании их показаний появились
фотороботы преступников. Немало времени ушло у оперативников на отработку предполагаемых путей отхода. Сколько человек пришлось опросить, прежде чем появились какие-то конкретные результаты! А поиск вещдоков? Чего стоило, например, обнаружить в одной из канав близ станции метро «Ладожская» выброшенные документы, принадлежащие водителю ограбленной машины.
Очевидно, что без наводчика из «Ромэкс-инвеста» дело не обошлось — ведь налетчикам были известны и график перевозки денег, и примерная сумма, и схема охраны. А наличие милицейской формы и атрибутики, «профессионально грамотное», если так можно сказать о преступниках, владение ситуацией свидетельствовало о том, что в этой преступной группе могли быть и сотрудники милиции — действующие или уволенные.
Эти две версии и начали активно разрабатываться.
Через кадровые аппараты подразделений милиции очень быстро были установлены все лица, уволенные из органов, которые подходили, скажем так, по заданным параметрам: приметы, возраст…
Уже через десять дней у розыскников появились полные списки таких лиц, в том числе и уволенных по отрицательным мотивам. Список оказался достаточно внушительным.
Серьезно отрабатывались материалы по поиску самих денег, а также по всем лицам, которые могли быть причастны к похищению — перевозчики, сотрудники московского банка, работники «Ромэкс-инвеста», охранные структуры в Питере. Правда, здесь сыщиков ждала серьезная неприятность: когда сотрудники угрозыска выехали в Москву, чтобы проверить документы в банке, где питерские предприниматели обменивали рубли на доллары, оказалось, что буквально за два дня до этого банк прекратил свою деятельность, а служащие уничтожили все документы…
Не был упущен из внимания и поиск автомобилей преступников. Через ГАИ была проведена выборка всех автомобилей ВАЗ седьмой модели синего цвета и всех черных «девяток» с тонированными стеклами. Поразило, что таких автомобилей в Петербурге — не десятки и даже не сотни…
Уголовный розыск очень смущало то обстоятельство, что номера псевдоомоновской машины были четкими, ясно видны, и их запомнили несколько человек. Здесь наверняка таился какой-то подвох. Номера были явно поддельными, но проверить их все же стоило.
Положение усугубилось тем, что через некоторое время аналогичное преступление, но с гораздо более тяжкими последствиями произошло в Петроградском районе. Грабители, снова используя милицейскую форму, совершили нападение на машину одной коммерческой организации на улице Скороходова. Но здесь они уже стреляли по салону, один из перевозчиков был ранен. Грабители попытались взломать багажник машины, где находились баулы с деньгами. Замок не поддавался, и по нему несколько раз выстрелили. Не помогло. Не сумев поживиться, нападающие скрылись.
Работа велась по четкому плану. Несколько сотрудников уголовного розыска, освобожденных от других обязанностей, образовали специальную группу, работающую по раскрытию только этих преступлений.
Версии отрабатывались, работа велась, но подсказка пришла оттуда, откуда меньше всего ее ожидали. При проведении рейда в Красносельском районе был задержан гражданин, подозреваемый в употреблении наркотиков. Он был не местным, в Петербурге проживал фактически нелегально и разыскивался правоохранительными органами одной из республик СНГ за дезертирство.
Пошел запрос, пришел ответ: оказалось, что ранее вместе с этим «беглецом» там задерживались и трое петербуржцев, причем один из них был тогда действующим сотрудником милиции одного из наших РУВД. Задерживались они, кстати, как подозреваемые в разбойном нападении, и целью нападения была крупная денежная сумма… Такая информация, естественно, не могла остаться без внимания — слишком много совпадений в деталях обоих преступлений. Четверку проверили. Один неоднократно судимый, второй — бывший сотрудник милиции, третий — вообще, как говорится, гражданин Вселенной…
21 января 1994-го патрульная машина ГАИ следовала по дороге на Каменку (Выборгский район Ленинградской области). Недалеко от поселка была обнаружена свежая автомобильная колея, уходящая к лесу.
— Ну что, съездим? — спросил старший экипажа.
У самой кромки леса они наткнулись на микроавтобус «Мазда». Задняя дверь поднята, окраска какая-то странная… Когда подъехали ближе, стало понятно: машина сожжена. Причем сожжена намеренно — об этом свидетельствовала хотя бы канистра, аккуратно выставленная поблизости.
Из открытого багажника торчали две пары разутых ног. Обладатели их, сплошь обугленные, покоились на груде сгоревших тел.
К делу подключился 2 отдел УУР.
Останки погибших привезли в морг. Путем медицинских исследований удалось точно определить число погибших: десять человек. Обгоревшие конечности буквально отпадали от торсов, и только с помощью генетической экспертизы удалось определить, какому телу они принадлежит. Все убитые оказались мужчинами в возрасте 18–30 лет и были без обуви.
Начальник «убойного» отдела Александр Малышев сразу же предположил, что убийство совершено либо в бане, либо в спортзале — что впоследствии полностью подтвердилось. Разумеется, отрабатывалась версия о том, что все убитые — члены одной преступной команды. Несмотря на то что тела сгорели практически полностью, судебно-медицинская экспертиза однозначно заявила, что все найденные сначала были застрелены, а потом сожжены.
В это время в дежурную часть ГУВД поступил сигнал о том, что в район Земледельческой улицы уехали десять человек из Молодежного центра при Техническом университете. Уехали, чтобы разобраться по поводу какого-то происшествия с некой фирмой, там расположенной. Было известно, что сначала на одной машине уехали четверо, следом за ними через некоторое время — еще пятеро. И — всё…
После получения сигнала усилия оперативников сосредоточились на этом районе. И вскоре обе машины Молодежного центра были найдены здесь. Пустые. Стояли они примерно в километре от Земледельческой улицы. Приблизительное совпадение числа погибших, время их исчезновения наводили на мысль, что в «Мазде» были именно эти ребята.
Руководство Управления уголовного розыска бросило все силы на раскрытие страшного преступления. Для определения нужной конторы был привлечен практически весь личный состав причастных к расследованию подразделений. Более четырехсот сотрудников. Из них — две сотни оперативников.
После всех проверок остались несколько фирм, арендующих помещения на территории грузового автопарка на Земледельческой, 3. Наконец возле одного из офисов оперативники увидели битую «шестерку». Поскольку было известно из-за чего началась разборка, то на этот офис и все, что находилось поблизости, направили основное внимание.
Второй этаж трехэтажного здания арендовало АОЗТ «Национальный торговый дом „Беркут“». В расположенном здесь спортзале под кафельной плиткой были обнаружены следы крови и парашютные стропы, аналогичные тем, которыми связывались потерпевшие. Был произведен тщательный осмотр здания. Нашли многое. В частности, оружие, спортивные маты с пулевыми отверстиями. Стало ясно, что трагедия разыгралась именно здесь…
