Читаем без скачивания Голова путешественника. Минута на убийство (сборник) - Николас Блейк

Фортескью весело улыбнулся Найджелу.

– Честное слово, я уволю вашу мисс Финлей. Все-то она переиначит. Я сказал: «Я преподам вам урок», а потом добавил насчет того, что он может хоть завтра же отправляться в министерство военного транспорта, там есть вакансия. Он ведь давно грозился туда перейти. Хорошо бы, он выполнил эту угрозу. Хотя я не завидую бедному министерству военного транспорта…

– Понятно. Это все объясняет. – Найджел тихонько вздохнул. – Вы хорошо знали Ниту перед войной, когда она работала для вашего агентства?

– Не скажу, что хорошо. Она не работала с нами постоянно. И у меня не было обыкновения приглашать моделей на обед. Хотя, должен вам сказать, в те времена она была огонь-девка.

– Вы понимаете, что полиция будет очень подробно разбираться в отношениях, которые могли быть с Нитой у любого из нас? И поинтересуется прошлым?

– Ну конечно. Обычные следственные действия. Я понимаю. Что же до моего прошлого, то оно чисто как стеклышко. Во всяком случае, в том, что касается Ниты. Следующий вопрос?

– У кого, по вашему мнению, могли быть причины убить Ниту?

Фортескью не мигая смотрел на Найджела. Помолчав, он сказал:

– Чисто теоретически существуют три вероятные причины, чтобы убить красивую женщину. – Он поднял три пальца и один за другим загнул их. – Первая: ревность. Вторая: пресыщение. Третья: если это женщина определенного рода, то потому, что она вас шантажирует.

– Вы думаете, Нита относилась к женщинам определенного рода?

– Она была исправившейся грешницей. Подчеркиваю: исправившейся. Могу я считать, что мы поняли друг друга? Поэтому никакого шантажа ради денег. Но есть на свете другие вещи, ради которых женщина может прибегнуть к шантажу.

– Какие же, например? – спросил Найджел, сонно уставившись на золотистые волосы телетайпистки за соседним столиком; она увлеченно болтала с подругами – без сомнения, о скандале в Управлении наглядной пропаганды.

– Виды на будущее, – сказал Фортескью. – Исправившаяся распутница будет из кожи вон лезть, чтобы доказать, что она исправилась, и пойдет ради этого на все; я имею в виду, даже на шантаж. Она будет цепляться за респектабельность с такой же страстью, как респектабельная женщина – за вожделенный роман, как они это называют.

– Все это – «чисто теоретически»?

Фортескью кивнул.

– Ну что ж… Очень интересно. – Найджел снова вздохнул. – А теперь, пока я принесу вам еще стакан молока, подумайте – чисто теоретически – о каком-нибудь более правдоподобном объяснении ссоры с Эдгаром Биллсоном.

Найджел встал и подошел к стойке. Фортескью ошарашенно смотрел ему в спину. В зале столовой зазвонил телефон. Одна из работниц, обслуживавших стойку, взяла трубку.

– Мистер Фортескью! Мистер Фортескью! – звонким голосом позвала она.

Харки направился к телефону. Притихшие было голоса снова загудели. В следующий момент Фортескью поманил к себе Найджела.

– Джимми! Джимми! Это ты? – услышал Найджел его слова.

– Что случилось?

– Похоже, с ним что-то произошло… Черт бы побрал этот коммутатор: разъединили. – Харкер яростно стукнул ладонью по аппарату.

– Бросьте телефон! Быстрее! Бежим наверх!..

Найджел Стрейнджуэйз помчался, лавируя между столами, Фортескью – за ним. Сидевшие за столиками, глупо таращась, поворачивались им вслед, как овцы вслед грохочущему поезду. Топот бегущих ног разносился по длинному коридору. Наконец Найджел нажал на кнопку, вызывая лифт.

– Что он сказал? – спросил он.

На световом табло загорались цифры: шесть, пять, четыре…

– Сказал: «Харки, вы? Приходите…» – и замолчал. Голос у него был какой-то странный.

Дверь лифта открылась. Они ввалились в него. Найджел ткнул пальцем в кнопку верхнего этажа. Лифт должен был подниматься без остановок, но на первом этаже остановился; дверь раздвинулась, оставалась открытой положенные тридцать секунд, потом автоматически затворилась. То же самое произошло на втором этаже. Харкер стал чертыхаться. Но Найджел вытолкнул его из лифта и крикнул:

– Бегите вниз, на вахту! Проследите, чтобы никто не вышел из здания. Никто! Я сверху вам позвоню. Скорее!

Найджел остался в лифте. В подвал лифт спустился без остановок. Теперь, кажется, он будет застревать на всех этажах. Да, третий этаж, стоп, пауза, дверь отходит в сторону, пауза… Проклятие! Значит, кто-то нажал все кнопки на внешней панели как раз перед тем, как они вошли в лифт. Кто-то хочет задержать их. Логично было бы выйти из лифта и побежать по лестнице. Но возможно, кто-то хочет именно этого… Лучше этого не делать, мой мальчик. Почему у этого чертова лифта нет кнопки, чтобы его нельзя было остановить?..

На следующей остановке Найджел высунул голову и посмотрел вверх. На верхнем этаже, кажется, темно. Он выключил свет в кабине: ему не хотелось быть легкой мишенью, когда, подсвеченный сзади, он выйдет из лифта. «Я стал вроде мисс Финлей, – подумал он, – спешу с выводами, совсем по-детски… ведь очень может быть, что у Джимми приступ несварения желудка или он порезал палец. Или нашел пропавшую папку. Ладно, приехали, и, кажется… шестой этаж, пауза, дверь открывается…» Он стремительно выскочил из двери. Темень! Черт бы побрал это затемнение! Он пробежал пальцами по стене и, нащупав выключатели, нажал сразу все. Коридор. Такой знакомый! Совершенно пустой. Все двери закрыты. «Так, тихонько пойдем. С левой стороны дверь Брайана, дверь Мерриона, моя дверь. Справа – две двери фототеки. Все нормально. Так, приемная. Она открыта. Справа дверь Джимми, она закрыта, из-под нее сочится свет».

Найджел повернул ручку, вошел. В первый момент, по привычке взглянув в сторону стола, за которым обыкновенно сидел Джимми, он решил, что в комнате никого нет. Но только в первый момент. Он перевел глаза влево. И там, у стола, где умерла Нита Принс, он увидел Джимми Лейка. Его поразило то, что Джимми казался погруженным в молитву. Он стоял на коленях перед столом, положив голову на руки; можно было подумать, что он умоляет Ниту вернуться. Потом Найджел увидел торчащий у него из спины предмет. Теперь все стало на свои места: ведь убийство – нормальная вещь в этой комнате.

Найджел Стрейнджуэйз в три прыжка пересек комнату, секунду стоял, глядя на нож, воткнутый в спину Джимми, потом осторожно, лицом вниз, уложил директора на пол. Опустившись на колени, сунул руку под рубашку Джимми. Сердце еще билось. Найджел поднял телефонную трубку. Вызвав коммутатор, попросил соединить его с мистером Фортескью.

– Харки? Это Найджел. Послушайте. Нужно действовать быстро. Джимми подвергся нападению, он еще дышит, нож вошел довольно глубоко. Позвоните в медпункт, попросите прислать кого-нибудь и пошлите за врачом, только немедленно. Потом позвоните в штаб ПВО, пусть сюда придет Льюис. Вы всех задерживаете там, у вахтера? Ни один человек не должен выйти, повторяю, ни один, даже если это министр. Свяжитесь с тем, кто отвечает сейчас за посыльных, пусть соберет всех своих людей, выведет их через боковую дверь на Мэннинг-стрит и расставит вокруг здания, как можно больше с каждой стороны, и если они увидят, как кто-то вылезает из окна первого этажа, пусть хватают его. Боковую дверь, конечно, нужно будет тут же снова закрыть. И я хочу, чтобы кто-то один проверил, заперты ли остальные боковые двери, а если какая-то будет открыта, немедленно сообщите мне. Вы меня слышите? Хорошо. Первым делом врача, запомните, и проводите его сюда сами, как только он приедет.

Найджел дал отбой, поднял трубку городского телефона и позвонил суперинтенданту домой. Тот уже ложился спать. Найджел рассказал ему, что произошло, и доложил о принятых мерах. Блаунт сообщил, что едет и по дороге захватит двух полицейских.

Вернувшись к двери, Найджел выключил свет. Погасла настольная лампа на столе у директора, погас светильник на потолке. Стало темно, хоть глаз выколи. Он снова включил свет, подошел к столу. Никаких признаков беспорядка, борьбы. На столе чисто: блокнот, календарь, ручки, пузырек с чернилами, корзина с бумагами – все аккуратно расставлено на широкой столешнице. Он попробовал ящики стола: все заперты. Распрямившись, он пошел к столу Ниты, приглядываясь к ковру. И сразу же обнаружил несколько свежих пятен крови на ковре между столом и дверью. Он нагнулся пониже, почти уткнулся в пол носом, и увидел на ковре едва заметные следы, оставшиеся от какого-то предмета, который тащили к двери. Он прикрыл их газетой. В это время подошла сестра из медпункта. Это была спокойная, разумная женщина. Найджел сразу почувствовал доверие к ней.

– Мистера Лейка ударили ножом. Вы вызвали врача, сестра?

– Да. Через пять минут будет.

– Молодец. Взгляните, пожалуйста, на него. Он еще жив. Можем мы что-нибудь сделать до прихода доктора?

Сестра пощупала пульс, кивнула Найджелу, потом поправила Джимми, найдя положение поудобнее.

– Возможно, внутреннее кровотечение, – сказала она. – Но нож, должно быть, не затронул сердца. Все будет в порядке, если только не повреждено легкое. А что же…