от них польза… Ш-ш-ш…
– Ты вызывал Дэлию после откатов, и она могла искать… хоть какие-то следы, хоть намеки…
– Теперь ты должен услугу.
– Хорошо. Даю слово, – прохрипел Райс, соображая до того паршиво, что начинал уже путать одинаково раскрасневшихся маутянок. – Но сейчас мы уйдем.
– Уходите. И да пребудет с вами Сияющая благодать, – чинно кивнула дева с косами и указала на Вейрона. – А этого мы оставим себе и накажем на свой вкус. Ш-ш-ш…
– Мы жаждем попробовать кое-какое…
– Даже знать не хочу, какие у вас вкусы! – оборвал Дэлию Райс и стремительно пошел к вояжеру.
Если Граймс не разбудит его кружевную проблему, он сам доку что-нибудь ампутирует.
Светлая голова качалась из стороны в сторону, в закатившихся глазах не было ни намека на сознание. Но виззарийская привязка продолжала покалывать запястье. А это что-то да значило, так?
Райс осторожно уложил «Вику» на заднее сидение вояжера и захлопнул дверцу. Кинул обвиняющий взгляд на Звездносвод – такой близкий, словно боги в эту минуту подглядывали за ним в магические окуляры. Романтика, Варх дери, Ахавы…
Магистр прошлепал по грязи, огибая вояжер, и уселся спереди. Развернул чужой транспорт и направил к академии. Райса трясло. Всего целиком, от дергающегося кадыка на шее до обмякших колен. Если он потеряет кружевную заразу… Если ниточка навсегда оборвется…
На обратном пути он держал вояжер ровнее, лишь изредка застревая на виражах. Пустая дорога петляла вдоль густого анжарского леса, и из-за высоких деревьев не было видно шпилей академии.
Магистр даже примерно представить не мог, сколько еще ему гнать вперед. Не помнил, сколько времени он добирался до фермы Тус. Тогда он тратил ценные минуты на поиски, а сейчас вдавливал рычаг в пол и выжимал все что можно из движущих чар. Вояжер у Кольта был крепкий, современный, с хорошим зарядом.
Серые туры, мрачным конвоем стоявшие по обе стороны от дороги, гудели от пронизывающего ветра. Стенали, выли, сея в сердце тревогу. Райс резко обернулся. «Хавранка» была совсем бледной, только губы почернели так, словно она наглоталась темного яда.
– К гхаррам… Я не дам тебе опять убежать, – магистр затормозил и откатил вояжер к обочине. Перебрался в пассажирскую часть, уселся на пол и подтянул девицу к себе.
Погладил ее по белой щеке. Дэлия сказала, что нужно тепло. Но откуда в нем, в Райсе, тепло? Только сгусток черной дряни, обжигающей память.
Он запутал пальцы в светлых волосах, свободной рукой расстегнул на себе рубашку. Прижал холодную голову к груди. Внутри магистра что-то отчаянно бухало, норовя выпрыгнуть и тоже от него сбежать.
Следуя советам главного целителя, Райс погладил. И пощупал. И осторожно поцеловал «иномирянку» за ухом.
Расстегнул несколько пуговиц на спинке платья, ослабил ткань, приспустил с плеч розовые рукава. Еще погладил. И опять поцеловал, без труда найдя почерневшие губы. Варх дери, во что он ввязывается?..
«Вика» вдруг дернулась, уткнулась лбом в его шею и тяжело задышала.
– П-просто лечение, – сглотнула, выплывая из обморока и щекоча Кейра горячими выдохами.
– Потрясающее лечение! – прохрипел Райс, крепче сжимая беглянку в руках. – С огромным списком побочных эффектов!
– Огромным… – согласилась его невозможная находка, она же проблема. – Я очень хочу вылечиться. Очень хочу…
Кейр затащил ее на себя целиком, усадил лицом к лицу. Словно кукла, она пошатнулась и ткнулась носом ему грудь. Да так и замерла в ожидании варховой процедуры, которую еще не факт, что переживет сам «целитель».
Он основательно огладил шершавыми пальцами ее голую спину, рискуя тоже упасть в обморок. Голодный. Схватил проблему за затылок и потащил бледным лицом к себе.
Глаз она не открыла, но пухлые розовые губы просительно распахнулись. Мысленно прокляв всех виззарийцев, маутянок, до кучи керрактских демонов и лично Альвара Граймса, Кейр с глухим стоном припал к сладкому рту.
Уже и не понять было, это старые туры вокруг гудят или он мысленно воет, наполняя девчонку собой. Своим, вирра его задери, теплом! Тем, что было… Отдающим эшерской дварфовой и сладко-горькой тьмой.
– Кейр…
Холодные ладони осторожно обвили его шею. Будто боялись, что он сбежит от целительских обязанностей. И только пятки темного магистра будут сверкать в анжарской ночи… Он бы без труда избавился от хлипких оков «хавранки», но вместо побега все настойчивее впечатывался в ее сладкий рот.
Он не представлял, как будет расплачиваться с Дэлией. Не понимал толком, что маутянкам от него надо. Явно не йоргены и не новый контракт… Но сейчас все было неважно.
Чужая сладость затапливала его по самые уши. Он тонул. Взрывался от собственного голода, норовил спятить от ее отзывчивости. Едва помнил свое имя. Почти не контролировал свои руки, торопливо разбиравшиеся с завязками и застежками.
«Кейр»… Да, так его зовут. Кажется. И в Тарлине есть целые развалины имения Райсов…
Он сам был развалиной имени Райса. Он был собой. Он не мог быть кем-то другим – менее грубым, более приятным, обходительным. На этих руинах вряд ли что-то могло прорасти.
– Вика… Вика, стой, – отстранил сладкогубую девчонку от себя, пока еще что-то соображал. Ввинтился взглядом в чересчур знакомое, но и незнакомое лицо. – Тебе уже лучше… ты… мы можем остановиться.
Она тяжело дышала, приоткрыв мокрый рот. Губы порозовели, щеки и вовсе стали красными, как два перезрелых анжарских томата. Голубые глаза ошалело моргали… И закрались самые дрянные подозрения. Что она, как и он, совсем не хочет это все прекращать.
– Или…
– Мм? – она поймала в фокус его нос и на том решила остановиться.
– Или ты хочешь большего? – уточнил хрипло, некстати вспоминая кружевной поплавок в озерной воде. Который даже крепкого мужика низведет в мыслях до состояния магической пыли.
– Хочу. Большего, – покивала зачарованно, пялясь на него во все глазищи. Голубые.
Голубые, гхарр его затопчи! Это надо было как-то переварить. Вполне возможно, он просто спятил на фоне злоупотреблений, вот и мерещится… всякое.
– Со мной хочешь? – оставался крошечный шанс, что она его с кем-то спутала. Мало ли в Анжаре Кейров.
– С вами хочу, – опять уверенный кивок.
– Сейчас? Здесь?
Да что она с ним творит?! Еще пара минут, и магической пыли в Анжаре станет немногим больше.
– Вы что-то имеете… против анжарских болот… сир Райс? – удивленно пошевелила губами «Вика».
Вика…
Он с силой потер лицо, продышался. Тьма! Вика так Вика. Психиёлог, чтоб ее гхарры… диагностировали.
Она опиралась на его плечи своими белыми, тонкими пальцами и смотрела с каким-то удивительно растерянным интересом. Невесомая, хрупкая, изящная… Рядом с кружевной девчонкой он чувствовал себя тяжелым камнем, идущим на дно самого глубокого болота.
Ладно, к гхаррам… лечение
