- Ты что, всех нас убить хочешь? Весь этот хлам нужно закрепить! Когда мы достигнем поверхности, эта лодка выпрыгнет из воды не хуже дельфина! Ты что, хочешь, чтобы это все летало по подлодке?
И пока три человека из команды грузили на борт оставшиеся детали, остальные, тихонько ворча, закрепляли то, что было уже погружено.
Когда погрузка была почти завершена, из галереи, где Нг'Вода Юстас размещал запасы продовольствия, донесся его стон, полный бессильной ярости. Почти в то же мгновение появился и сам Юстас:
- Я отпил глоток из наших запасов воды - это какой-то кошмар! Нам что, придется это пить?
- Мы можем слить эту воду и снова наполнить цистерны из запасов города, - задумчиво проговорила Роза.
- У нас нет на это времени! - воскликнул Деннис Мак-Кен.
Она согласно кивнула:
- Мы и так достаточно задержались. Хорошо. Мы продуем также и цистерны с питьевой водой, как только выберемся отсюда, мы снова сможем наполнить их - уже морской водой, пропущенной через опреснители - только некоторое время придется потерпеть без воды. Роза задумчиво огляделась.
- Интересно, что мы еще забыли, - проговорила она словно бы про себя, потом пожала плечами. - Но мы искушаем судьбу. Все на борт - мы отплываем!
Вот тут-то и началось самое худшее для Грациэлы Наварро. Она сидела в кресле, пристегнутая неким подобием ремня безопасности, рядом с Розой; Деннис Мак-Кен устроился в кресле радиооператора позади нее.
- Освободиться от балласта на двадцать процентов, - скомандовала Роза: Грациэла осторожно передвинула рычаг на отметку 20%. «Герцогиня Атлантики» дрогнула, но не двинулась с места.
- Сорок процентов, - проговорила Роза.
Это изменило ситуацию. Со стороны носа донесся визг металла, и корма корабля медленно поднялась вверх. Грациэла почувствовала, как ее центр равновесия смещается вперед, как ее толкает к приборной доске. Роза, прищурив глаза, взглянула на свои приборы, потом рассеянно проговорила:
- Сейчас начинается самое сложное. Если нос застрянет…
Она не закончила фразы - вместо этого приказала:
- Шестьдесят процентов, и двадцать процентов - на носу.
И тут со стороны носа судна донесся жуткий неописуемый скрежещущий звук, корабль дернулся - и «Герцогиня Атлантики» наконец была свободна.
Сквозь иллюминатор из НЕКСО Грациэла успела увидеть, как стремительно уплывают вниз доки, и «Герцогиня Атлантики» скользнула вверх, вверх - кормой вперед…
- Носовые цистерны освободить на семьдесят процентов! - крикнула Роза. - Нам нужно движение вперед!
Если бы у них был нормальный корабль, облегчение носовой части создало бы эффект, подобный эффекту включенных дюз. Но «Герцогиня Атлантики» была частично выведена из строя, это означало, что части разрушенных приборов и куски металла торчали во все стороны из ее корпуса, нарушая обтекаемость гладкого корпуса. Корабль раскачивало, вертело и швыряло, но он упорно поднимался вверх. Шкала глубины, так долго показывавшая две тысячи двести метров, дрогнула, отметка поползла вверх. Две тысячи метров. Тысяча восемьсот. Тысяча пятьсот.
- Замедлить движение, - приказала Роза. - Кормовые баки - тридцать процентов, носовые - тридцать пять!
Но, хотя цистерны балласта были тут же заполнены, корабль уже набрал скорость. Грациэлу в ее ремнях трясло и швыряло из стороны в сторону. Из коридора до нее доносился тошный кашель и проклятия Нг'Вода Эверетта - у него тоже была морская болезнь! Грациэла посмотрела на Розу в ожидании приказаний, но никаких приказов не последовало. Капитан мрачно созерцала шкалу глубины - тысяча метров, семьсот метров, пятьсот…
- Вот мы и в пути, - вздохнула она про себя.
На пути… куда? К чему? Грациэла попыталась вспомнить Рона Трегарта. Странно, она с трудом могла припомнить его лицо. Высокий человек - да, и очень дорогой ей человек… Но какие у него были глаза - голубые или карие?
А были ли у него еще глаза? Или теперь это лицо, столь дорогое ей когда-то, превратилось в оскал выбеленного солнцем черепа, глядящего в раскаленное небо пустыми глазницами где-то на берегу далекого континента?
Она заставила себя выбросить эти мысли из головы. На глубине двести метров капитан вздохнула и проговорила:
- Набрать нормальный балласт.
И, пока Грациэла боролась с рычагами и кнопками, исполняя приказ, Роза закрыла глаза и пробормотала:
- А теперь - прыгнули…
Так и случилось. Грациэла почувствовала, как «Герцогиня Атлантики» выпрыгнула из воды носом вверх и в фонтане брызг обрушилась назад.
Оказалось, что все это было тяжелее и больнее, чем предполагала Грациэла. Ощущение было такое, будто она упала в свое кресло с пятиметровой высоты. По всему кораблю звучали крики боли, гнева и изумления.
Потом лодка закачалась на поверхности моря.
Роза открыла глаза и огляделась.
- Знаете, что? - проговорила она с радостным изумлением. - Мы сделали это. Нам удалось!..
Она мельком взглянула на свои приборы, потом кивнула. Корпус из НЕКСО перенес все это легко, из реактора не было утечек, трещин в обшивке тоже не было, оборудование работало нормально.
- Пока все идет хорошо, - проговорила Н'Така Роза с удовлетворением. - Но теперь начинается самое трудное.
Им действительно пришлось тяжко.
Приборы сообщали, что температура атмосферного воздуха составляет три градуса по Цельсию, температура воды - шесть градусов. Медленные волны поднимали гребни на высоту десяти метров. «Герцогиня Атлантики» беспомощно кренилась то на один, то на другой борт, а над ней лениво плыли низкие облака, сыпавшие частым ледяным дождем.
На лице Денниса Мак-Кена, занимавшегося установкой винта, отражалось изумление, смешанное с укором и чувством вины. Он не вспомнил, что на поверхности сейчас зима.
Грациэла пыталась удержаться на скользкой палубе и одновременно подвести винт к его месту на тросах; в это время ледяной дождь хлестнул ее по лицу. Скорость ветра была, по меньшей мере, сорок узлов, и он был холоднее, чем все, что Грациэла могла себе представить прежде. При каждом порыве ветра волны перекатывались через узкую верхнюю палубу. Грациэла успела уже вымокнуть до нитки. На Нг'Вода Юстасе, висевшем на страховочных канатах у борта лодки, был, по крайней мере, непромокаемый костюм - хотя костюм этот, разумеется, не защищал его от ударов о корпус судна. Когда в конце концов он крикнул, подавая знак, что винт наконец закреплен - голос его, и так приглушенный из-за маски, окончательно утонул в реве ветра, - Грациэла вздохнула с облегчением и выпрямилась. Это было ошибкой.
Корабль перевалился на другой борт, замерзшие усталые ноги не удержали ее. Она упала - ей показалось, что она катится по льду, что упала на скользкую лыжню, бегущую вниз с горы, ее ноги скользнули по поверхности НЕКСО, как по наледи, тело стремительно покатилось к краю палубы, голова ударилась об обшивку…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
