Я поежилась.
Знаешь, дорогой, сам виноват. Кто же верит нашему сестринству?
Он встал еще ближе ко мне. Ох, мама дорогая, конец, возможно, близок.
Я надменно посмотрела на пленителя. Опасности и надо смотреть прямо в лицо, чтобы эта самая опасность сама отвела взгляд.
Де Гринберг схватил меня за левое запястье, придвигая к себе, но тут заметил мою брачную татуировку.
– Арлинда, – остановился он в стремлении меня наказать.
Та сразу оказалась рядом. Он набросился на нее с еще большим гневом.
– Ты говорила, что она просто любовница! Просто подстилка. Этот дурак Ревенер использует ее, так как насытился гаремом.
– Я, я, я… – икала злодейка, всматриваясь в мою руку. – Еще вчера этого не было!
Что я могу сказать? Порхай, как бабочка, падай как рояль. В переносном смысле, в переносном. А то аналогичный опыт уже есть.
– Дура! Он же найдет нас!
Пока они переругивались, я двинулась мелкими шажочками к своим друзьям. Ну, где же мои драконы?
– Лисси, – остановил мой побег Омер, – раз уж «Сердце богов» я забрать не могу, то сердце императора прихвачу.
Это он про меня, что ли?
Меня обездвижило магией. Я пыталась как-то противостоять, но все без толку. Мужчина плел смертельное заклинание, а я не могла смириться с участью.
Такая бесславная и позорная смерть для ведьмы. Мы умираем исключительно в лабораториях, из-за неудачно проведенных опытов.
Откуда-то со стороны раздался оглушительный грохот. Затряслись стены, сверху падали камни. Меня и де Гринберга отбросило друг от друга. На него упал обломок, и Омер потерял сознание
Арлинда откатилась куда-то к окну, а Кора и Герман были прижаты опрокинутой клеткой.
Я подползла к ним, еще не понимая, что происходит.
– Колдовать можешь? – тихо спросила я подругу.
– Клетка истощает резерв, – нервно ответила она.
– Кора, нет времени себя жалеть. Ты можешь снять ловушку с Германа?
– Я попробую, – она кивнула.
– Хорошо, как получится, уходите сразу же.
– А ты?
– В пылу гнева им нужна только я, о тебе забудут.
– Лисси, ты же под оковами. Они тебя не отпустят.
Я посмотрела оборотнице в глаза.
– Что-то мне подсказывает, что данное землетрясение из-за меня. Как-нибудь выберусь.
Пол продолжал дрожать. Коре с третьего раза смогла снять сетку с несчастного фамильяра. Тот тоже был ослаблен магически, но уходить категорически отказался.
– Стой, мерзавка! – вцепилась в мои волосы Арлинда и приставила нож к моему боку, когда я решилась выглянуть за окно и посмотреть, что происходит.
Я зашипела от боли.
В один прыжок злая огромная черная пантера набросилась на женщину. Все-таки Кора сильный оборотень – совершить оборот после магического истощения – это вам не шутки.
Мощной лапой она отбросила бывшую статс-даму.
– Остановить жестокость, – прокричала я подруге. – Она нужна нам живой. Ей еще показания давать.
Кора недовольно заурчала, но перевоплощаться обратно не спешила.
Я вытащила голову и осмотрелась. Впиваясь в стены, наверх взбирались три дракона, отбрасывая камни, и рушили балконы старинного проклятого замка.
– Я здесь, – завопила я от радости и замахала руками.
Меня тут же обездвижили. Я не заметила, как очнулся де Гринберг.
Он зажал мой рот руками и двигался от стены в сторону лестницы.
– Даже не думай, – прокричал он злобно зарычавшей Коре. – Или твоя подруга умрет раньше, чем я выйду отсюда.
В окно вцепилась мощная лапа черного дракона. Отбрасывая куски строения, он все больше расширял проход, чтобы пробраться в комнату.
Хороший дракон. А как в хозяйстве пригодится.
Омер де Гринберг побледнел. Теперь я определенно ценнее, пока жива.
Еще пара мгновений, и дракон окончательно впихнул свое немаленькое тело в помещение.
Де Гринберг отбросил меня в сторону, и я больно ударилась виском о выступающий камень.
Мир померк.
В себя я пришла быстро – адаптированные к ударам судьбы всегда не дремлют, а еще и бьют первыми.
Я оглядела пространство вокруг. Де Гринберг воспользовался темными заклинаниями и поднял вокруг себя взвод мертвецов, как заправский некромант, которым он не являлся.
Это хаос давал ему на это силы. Фиолетового цвета чудовища наступали на трех драконов.
Кора так и не перевоплотилась в человека, оставаясь в образе черной пантеры. А вот Ревенер и еще двое мужчин уже обратились в людей и вели бой магией, без использования холодного оружия.
Это, конечно, зря. Пламя драконов куда действеннее.
Я отползла от места, где потеряла сознание и сразу же была подхвачена Милиром.
– Ты в порядке, Лисси? – тряс он меня.
– Да, – взялась я за голову, а потом зверино добавила, – пора вершить...
– Что? – спросил дознаватель.
– Расправосудие, – загорелись мои глаза.
Дракон только задвинул мое тельце за себя. Ну, никто не хочет меня слушать. Вот, значит, как? Вы только снимите с меня эти наручи, ведьма вам покажет, где раки зимуют.
Как только я об этом подумала, ко мне повернулся Ревенер. Почти с минуту он вглядывался в меня, механически отбрасывая толпу мертвецов.
Взгляд мне точно не предвещал ничего хорошего. Скорее, сулил весть о неминуемой кончине. Я даже поежилась. На данный момент было непонятно, кого я больше боюсь.
А потом... потом он перевоплотился обратно и стал преследовать исключительно мирные цели. Преследовать и уничтожать!
В целом, я могла бы даже сказать, что это красиво, если бы не одуряющий запах сожженной человеческой плоти. Как только он расправился с аристократом, с меня тут же слетели оковы, и я почувствовала свободу.
И вот тут я развернулась.
Я вызвала весь свой огонь, который томился во мне, выпустила всю злость, обиду и горечь, и жгла... просто выжигала себе путь к свободе и миру.
Еще не добив последних вызванных чудовищ, я попыталась оценить обстановку вокруг меня.
