расстанусь, пока не добуду другую.
— Как хочешь.
Кори полезла вниз, упираясь ногами в одну стенку шахты, а спиной в противоположную. Внизу зияла чернота, и разглядеть, насколько глубока шахта, не представлялось возможным.
Кори продвигалась медленно, используя классическую технику, основанную на силе противодействия. Скоро она скрылась в темноте. Подняв голову, увидела одну-единственную звезду, и это ее подбодрило. Но даже звезда исчезла, когда Кори спустилась еще ниже, и накатил первобытный страх. Вокруг царила такая мгла, что у Кори зарябило перед глазами. Неужели Уоттс был прав, когда говорил об опасности застрять? Неужели шахта сужается? Похоже на то…
Но Кори сказала себе, что у нее просто расшалились нервы.
Она замерла. Какая здесь глубина? Казалось, Кори спускается уже целую вечность. Мышцы дрожали от напряжения, колотилось сердце. Хотелось крикнуть — пусть ей ответят знакомые голоса, — но она боялась, что услышат внизу. Вот только есть ли там кто-нибудь? Вдруг эта шахта заканчивается тупиком и не хватит сил взобраться наверх? Или там, на дне, печь? Кори старалась не поддаваться панике и сосредоточиться лишь на продвижении.
Спустившись еще глубже, Кори заметила внизу слабое сияние. Но облегчение быстро сменилось тревогой: что — и кто — ждет ее там, внизу?
Она почувствовала, что туннель расходится, приобретая форму плашмя лежащей буквы «Т». И вот ноги коснулись дна шахты. Будто гора свалилась с плеч. Кори осторожно выпрямилась в полный рост и перевела дух. Тусклый свет шел из туннеля слева.
Кори опустилась на четвереньки и поползла по нему. Вскоре туннель закончился жалюзийным отверстием в потолке, через которое можно было разглядеть просторную неосвещенную комнату, полную мигающих серверов. Единственным звуком, который уловила Кори, был гул кондиционера. У двери в противоположной стене стоял мужчина с винтовкой, явно охранявший это помещение. Он жевал картошку фри и, похоже, ничего вокруг не замечал.
Кори выползла из туннеля, потом поднялась по шахте на несколько футов.
— Эй! — тихо позвала она. — Эй!
Сверху донесся такой же тихий ответ Уоттса:
— И тебе тоже «эй».
— По шахте можно пробраться внутрь. Спускайтесь. Упирайтесь ногами в одну стенку, а спиной и руками в противоположную. И хорошенько напрягайтесь, а то упадете. И я вас умоляю, не наделайте шуму.
— Понял тебя. Спускаемся.
60
Склад оказался гигантским даже по меркам огромного подземного комплекса. Вдоль армированных стен Нора увидела невероятное количество устройств: видеокамеры, компьютеры, следящие и записывающие приборы, сенсоры и целый ряд микрофонов «Нойманн» с большой диафрагмой. Потолка не разглядеть из-за проводов, студийных прожекторов и десятка маленьких штуковин из нержавеющей стали — вероятно, это мощная система пожаротушения.
Но вниманием Норы сразу завладело то, что находилось в центре обширного пространства.
В гигантской раме из матового черного материала лежал летательный аппарат. Едва взглянув на него, Нора сразу поняла: это нечто внеземное. Остатки ее скептицизма развеялись перед лицом такого сногсшибательного, неопровержимого доказательства. Поверхность предмета мерцала, будто жидкая ртуть. В свете прожекторов казалось, что она движется. Создавалось впечатление, будто корпус аппарата покрыли столькими слоями лака, что он стал выглядеть не как твердый предмет, а как прозрачный водоем. Нора не смогла бы даже сказать, какого он цвета, — это чудо словно объединило в себе их все; а может, перед ней и вовсе новый, не виданный прежде оттенок. Размерами аппарат не поражал: на вид раза в два меньше, чем лунный модуль корабля «Аполлон». Однако на этом сходство между ними заканчивалось. Плавные линии придавали корпусу удивительно естественную форму: он напоминал бескрылую птицу, которая парит в воздушных потоках. Ни острых углов, ни выступающих деталей, ни обозначений, ни иллюминаторов, только рядом с носом овальная щель. Жидкий металл вокруг нее закручивался бурным ядовито-зеленым водоворотом (Норе сразу вспомнилось Большое красное пятно на Юпитере). Корабль огораживали несколько высоких защитных барьеров, изготовленных из материала, похожего на графит. Они были расположены на некотором расстоянии от зонда и окружали его, как акустические экраны — микрофон на звукозаписывающей студии. Космический аппарат был обведен нарисованными на полу кольцами: внешнее — желтое, следующее — оранжевое, а третье, внутреннее, — красное. Между этими концентрическими кольцами Нора увидела всевозможные предупреждения и цифры.
Космический корабль. Это словосочетание пришло в голову само собой, будто вынырнув из подсознания. Но всего лишь через минуту у Норы не осталось ни малейших сомнений. Достижений человеческой науки недостаточно, чтобы создать такой корабль или хотя бы его модель. Несмотря на всю серьезность ситуации — вооруженные солдаты, вражеская подземная база, — Нора неожиданно почувствовала облегчение: ей больше не нужно сопротивляться. Она сбросит с плеч груз цинизма, неверия и научного скептицизма, и на смену этой тяжкой обузе придет ощущение чуда.
Не осознавая, что делает, охваченная благоговением, Нора шагнула к космическому кораблю.
— Я бы на вашем месте к нему не подходил, — произнес Раш.
Нора остановилась.
— Согласен, он кажется безобидным. Но внешность обманчива. В сорок седьмом, во время нашей первой разведывательной миссии, эта штука убила больше двадцати солдат. А когда мы проводили спасательную операцию, она отняла жизнь еще у десяти человек.
Нора слушала, не в силах оторвать взгляд от инопланетного корабля.
— Нам удалось доставить его сюда, в Першинг — других подходящих баз поблизости не оказалось, — только благодаря тому, что мы поместили его в защитный графитовый корпус. Графит — отражатель нейтронов, и как мы имели возможность убедиться, он нейтрализует этот объект. Точнее, частично нейтрализует, да и то лишь временно: похоже, зонд снова обрел поражающую способность путем адаптации. А значит, перевозить его на другое место рискованно. Впрочем, Першинг стал для нас идеальной базой: под заброшенным полигоном проложена сеть туннелей, которую легко расширить, к тому же повсюду опасные отходы и неразорвавшиеся снаряды, из-за которых доступ посторонним сюда закрыт.
Через некоторое время Нора задумалась, не обманывает ли ее зрение. Когда она только вошла на склад, готова была поклясться, что у инопланетного летательного аппарата длинная изящная шея, как у летящего гуся или лебедя. Но сейчас Нора оторопело моргала: то, что раньше напоминало шею, теперь походило на короткий усеченный конус. И это явление невозможно было объяснить ни игрой света, ни оптическими иллюзиями.
— Корабль только что поменял форму? — спросила она.
Раш вздохнул с досадой:
— Детали обсудим потом. А пока просто смотрите, так нам всем будет легче. Будьте добры, следуйте за мной.
Шаги полковника гулким эхом разнеслись по складу: он направлялся к небольшой смотровой зоне, расположенной у стены и увешанной оборудованием. Зона была огорожена защитными стенками из органического стекла.
Раш жестом велел Таппану и Норе сесть перед огромным монитором,
