Ругающийся Фан Лин — это нечто новое. Жаль только, что у меня такое состояние, в котором нет сил даже немного над поиронизировать над товарищем.
— Судя по всему, — усевшись на кровать, выдавливает из себя Илиас, — мы в каком-то частном доме, не в квартире. Я бы даже сказала, что вся вот эта облицовка кажется мне смутно знакомой…
— Как тебе это удается? — спрашиваю я у нее. — Быть мастером своего дела и мастером… вечеринок, после которых просыпаешься непонятно где.
— О, мой хороший, — стряхнув с лица свои огненно-вишневые волосы, Илиас подмигивает мне, — этому мастерству я училась долгими годами, и…
Илиас затихает на полуслове, поскольку с противоположной стороны двери доносится скрежет — как будто кто-то шкрябает вилкой по дверной панели.
Мое сердце мгновенно уходит в пятки — особенно когда скрежет повторяется и становится гораздо громче и зловещее.
Глава 26
— Это он! — вопит Илиас, завернувшись в одеяло и вытянув в сторону двери дрожащую руку. — Точно вам говорю, это он!
— Кто такой «он»? — спрашиваю я, пока Фан Лин носится по комнате в поисках оружия — ну, либо недопитых бутылок, черт его знает, что именно он сейчас ищет.
— Черный Кондотьер!
— Черный кто?
— Кондотьер! — настойчиво повторяет Илиас.
— Где мой меч? — севшим голосом орет Фан Лин.
— Какой еще кондотьер? — Я окончательно теряюсь в безумии происходящего.
— Неважно, — отмахивается Илиас. — Запри дверь, скорее!
— Фан Лин, запри дверь. Кто такие кондотьеры?
— Чем я тебе ее запру, бутылкой? Куда вы дели мой меч?!
— Так, давайте-ка возьмем себя в руки. — Я призывно хлопаю в ладоши. Фан Лин как будто успокаивается и, забыв про меч, вооружается двумя бутылками. — Мы вчера не сделали ничего плохого, верно?
— Откуда мне знать? — мотает головой Илиас. — Может, мы…
Скрежет повторяется — от этого звука у меня холодеет затылок и немеют ноги. Понятия не имею, кто такие кондотьеры и почему один из них Черный, но я уже отчетливо представляю себе за дверью местного Фреди Крюггера, который зачем-то выжидает за дверью, прежде чем войти. Наверное, для пущего эффекта.
Мы переглядываемся с Фан Лином и киваем друг другу — почти как агенты на секретном задании. Следуя примеру своего товарища, я хватаю первую попавшуюся бутылку за горлышко и скольжу вместе с Фан Лином к двери. Пару секунд мы переводим дыхание, прислонившись спиной к дверным панелям, затем разворачиваемся и дружно пинаем дверь с плеча. Та распахивается, и где-то внизу мелькает тень. Я инстинктивно прикрываю лицо, но ничего не происходит. Мы поочередно перешагиваем за порог.
Моему взору открывается широкий коридор и лестница, ведущая куда-то вниз. А еще — сидящий на верхней ступеньки лестницы упитанный рыжий кот. Или кошка, кто их разберет. Никакого кондотьера нигде не видно.
— Ма-а-у! — жалобно мяукает кот.
Мы с Фан Лином вновь переглядываемся. Не знаю, как он, но я себя чувствую сейчас полнейшим идиотом.
— Это что… кот? — Илиас возникает справа от меня.
— Ну, явно не собака, — ворчит Фан Лин, осторожно опуская бутылки на пол. — И тем более не кондотьер. Кто-нибудь помнит этого кота?
— Не-а, — синхронно отвечаем мы с Илиас.
Кот тем временем бросается вниз по лестнице — вероятно, испугавшись вида Илиас (и я вполне могу его понять). Я решаю оставить бутылку при себе — кто знает, какие еще фантастические твари могут нас тут поджидать, — и первым начинаю спуск по лестнице. Фан Лин и Илиас следуют за мной.
Лестница (и кот) приводят нас в огроменную гостиную. Я сразу подмечаю кучу раскиданных по полу бутылок, игральные карты, клинки и обломки клинков, топоры, дубинки и… разрубленное пополам мачете? Вот это уже интересно. Из мебели здесь имеются шкафы, перевернутый стол у дальней стены, две кровати и… двух девушек, мирно посапывающих во сне среди всего этого хаоса.
— Лиара? — не скрывая изумления, спрашиваю я. — Элейн?
Девушки принимаются недовольно ворочаться. Элейн, лежащая на дальней кровати, приподнимается первой и протяжно зевает.
— Как это бестактно, — бубнит она, — вот так нагло врываться в спальню к девушкам… Стоп, это не наша спальня. — Элейн беззащитно хлопает глазами, после чего смотрит поочередно на меня, Фан Лина и Лиару. — Уф, голова трещит по швам… Так, а где это мы, кстати? И что тут делает кот?
«То есть куча разбросанного по полу оружия тебя вообще не смущает, получается?»
Эту мысль я все же оставляю при себе.
— Ну, добро пожаловать в наш мир алкогольной амнезии, — вздыхаю я. — Лиара, может, ты помнишь… больше, чем остальные?
Заспанная Лиара наконец выбирается из-под одеяла. Вид у нее такой хмурый, словно она вот-вот испепелит меня своими сомкнутыми у переносицы бровями.
— Вы чего подняли нас ни свет ни заря? — наконец заявляет она.
