— Он мертв…
— Как мертв? — Корридон был поражен. — Что случилось? Его поймала полиция?
Жанна посмотрела на Энн, и на губах ее появилась саркастическая усмешка.
— Что произошло? Спросите у этой женщины, она знает… Его убил Мэллори.
Энн глубоко вздохнула и сделала шаг вперед. Корридон схватил ее за руку.
— Что означает вся эта история? — спросил он у Жанны. — Что дает вам повод утверждать, что его убил Мэллори?
— Я все видела, — она нервно провела рукой по волосам. — Он следил за нами.
— Следил? Где?
Какое-то мгновение она стояла молча, потом быстро заговорила:
— Ренлинг был убит. Он пожертвовал собой ради нас. Жана ранили. Полиция едва не схватила нас. Мы спрятались в часовне — Жан и я… — Жанна замолчала, глядя на них растерянным взглядом и потирая пальцами виски.
— А потом? — настаивал Корридон. — Что было потом?
— Мы сели в товарный поезд… — продолжала она, но теперь уже гораздо медленнее. — Нам повезло — этот поезд шел в Дурбан… Жану все время было плохо, он просил пить. Я оставила его одного, а сама начала перебираться из вагона в вагон в надежде найти воду… Потом услышала, как Жан закричал, и обернулась. Жан изо всех сил цеплялся за дверь, а кто-то выталкивал его из вагона. — Она понизила голос и продолжала: — Мэллори держал его за горло… Я ничего не могла сделать, так как находилась далеко оттуда… Жан упал на соседний путь, и встречный поезд переехал его… Он умер, как Любек. Мэллори убил и его.
— Вы хотите сказать, что видели Мэллори? — спросил Корридон, внимательно вглядываясь в девушку.
— Да.
— И вы его узнали? Вы уверены, что не ошибаетесь?
Она злобно повторила:
— А вы считаете, что я могла не узнать его? — Лицо ее окаменело, голос звучал злобно.
— Она лжет, — пробормотала Энн, вся дрожа и прижимаясь к Корридону.
— Тсс! — шепнул он. — Дайте ей высказаться.
Потом, обращаясь к Жанне, продолжал:
— Значит, Жана убили? А потом, что произошло потом?
Жанна посмотрела на него недоумевающе. Видно было, какие неимоверные усилия она дедает, чтобы восстановить в памяти недавнее прошлое.
— Я проследила Мэллори до этого места… Он отправился на остров.
— Что-то тут не то, — сказал Корридон. — Ведь Мэллори знал, что вы находитесь в поезде. Почему же он не убил вас, воспользовавшись таким удобным случаем?
Взгляд молодой женщины был по-прежнему устремлен в пустоту, маузер, все еще направленный на Энн и Корридона, дрожал в руке.
— Он отправился на остров. Я его видела, — упрямо повторила она.
— Почему вы так считаете? — поинтересовался Корридон.
— Я его видела.
— Каким же образом он перебрался туда? Вот его катер. Почему он не воспользовался им?
— Я видела, как он отправился, — настаивала она. — Он взял лодку в порту. — Она ненадолго замолчала, потом продолжала, словно разговаривая сама с собой: — Из всей группы осталась я одна, остальных он уничтожил… Он хитрый, а я хитрее, меня ему не достать!
Она приблизилась к ним, угрожая маузером, и приказала:
— Садитесь в лодку, и быстрее! Мы и так потеряли много времени. На этот раз он не уйдет от меня!
— Пошли, — сказал Корридон Энн. — И держитесь настороже, видите, она совершенно сошла с ума.
Жанна села в катер последней, все так же напряженно держа в руках оружие. Энн с решительным и бледным лицом запустила мотор и вывела катер в открытое море.
Эрмит превзошел ожидания Корридона. Он думал увидеть островок каких-нибудь метров двести в поперечнике, с маленькой бухточкой и избушкой на берегу. Но когда катер вошел в обширную бухту с удобным причалом, он не смог скрыть удивления. Глядя на огромные утесы, скалистые террасы, густой лес на склонах, он вспомнил слова Энн о том, что остров опасен для тех, кто не знает его вдоль и поперек.
Катер подошел к причалу, и стаи чаек с криками закружились в воздухе. Около ангара, точной копии того, что они покинули час назад, находилась лестница, высеченная в скале. Корридон и обе женщины начали подниматься по ней, борясь с яростными порывами ветра. Он насчитал более двухсот ступеней, прежде чем они поднялись на плато. На фоне темнеющего неба отчетливо вырисовывались высокие сосны.
Сопротивляясь порывам ветра, Корридон следовал за Энн по узкой тропинке, которая понемногу втягивалась в узкую щель. Жанна шла за ними, ворча и жалуясь на тяжелый путь.
Неожиданно они очутились перед домом, построенным у подножия каменной стены. На фасад обрушивались яростные порывы северного ветра.
Это была капитальная постройка в один этаж, крепившаяся к скалам при помощи металлических растяжек. Крыша, стены и пол здания были из бетона. Все вместе производило впечатление уродливой силы в стиле старинных шотландских построек. Около дома находилась другая лестница, тоже вырубленная в скале, но ведущая на вершину утеса. Чуть позже он узнал, что эти ступеньки ведут к горе, которую он заметил еще издали и которой остров был обязан своим названием.
В доме было темно. Окна своими темными зеркалами отражали медленно проплывающие облака. Энн направилась было к двери, но Корридон остановил ее.
— Не спешите, — проговорил он, внимательно осматривая фасад и входную дверь. — Надо проверить, нет ли здесь кого-нибудь…
— Никого там нет! — нетерпеливо проговорила Энн. — Неужели вы поверили бреду этой женщины?
— Меры предосторожности не помешают.
— У меня нет причин бояться, — нервно произнесла Энн, вырвалась и, прежде чем Корридон успел среагировать, направилась к дому.
— У вас есть фонарик? — спросила она, чуть повернувшись. — Мы всегда запечатываем дверь перед отъездом. Надо посмотреть, цела ли печать…
Он подошел и осветил фонариком большую печать на двери. Печать была не тронута. Значит, дверь не открывалась…
— А другого входа нет? — спросил он.
В это время Жанна осторожно приблизилась к ним.
— Нет. В дом можно войти только отсюда, — успокоила Энн. — Вы же видите, на окнах железные ставни, и они открываются только изнутри.
Она достала из кармана ключ и отперла входную дверь. Все трое вошли в просторную, со вкусом обставленную гостиную. Пока Энн зажигала свет, Корридон открыл следующую дверь.
— Оставайтесь здесь, — приказал он, — я осмотрю весь дом.
— Вы никого там не найдете! — воскликнула Энн.
— Две предосторожности лучше, чем одна, — возразил Корридон. Он обследовал все помещения в доме и убедился, что здесь никто не прячется и нет никакой возможности проникнуть в дом иначе, как через входную дверь…
Было одиннадцать часов вечера, когда Корридон вернулся в гостиную. Энн сидела перед электрокамином, Жанна нервно ходила из угла в угол.
Корридон высказался, что нет никакого смысла осматривать остров ночью.
Жанна скрепя сердце согласилась с ним. Рельеф острова, дикость его утесов, ярость ветра — все это угнетало ее. Она подозрительно следила за Энн и Корридоном, машинально перекладывая маузер из руки в руку. Когда Энн предложила проводить ее в спальню, Жанна резко ответила, что проведет ночь здесь, у электрокамина.
— Оставьте ее в покое, — прошептал Корридон на ухо Энн. — Лучше всего не обращать на нее внимания.
Все комнаты выходили на галерею, откуда хорошо просматривалась гостиная. Корридон вошел вслед за Энн в ее спальню и закрыл дверь.
— Надеюсь, вы поняли, что Брайана здесь нет? — спросила она, садясь на кровать. — Ведь вы не верите бреду этой женщины?
Он поднял на нее глаза.
— Я абсолютно уверен, что она сумасшедшая, — спокойно проговорил он. — То, что она рассказала о Жане, — совершеннейшая чепуха. По-моему, она просто помешалась на Мэллори, и половина того, что она говорит, — плод ее больного воображения. — Он нахмурился, помолчал. — Мало того, мне кажется, что вся эта история с Мэллори существует только в ее больной голове. Если бы только я мог найти причину или хотя бы объяснить, отчего погибли Любек, Гаррис и Рита Аллен! Странно и то, что, как бы она ни была ненормальна, ее убеждения разделяли Ренлинг и Жан.
— Но ведь вы не верите, что Брайан мог убить Жана? Скажите, вы не верите?..
— Нет, конечно… Она утверждает, что видела, как Жан боролся с Брайаном, и не в силах была помочь ему. А ведь у нее был маузер!.. Поляк выпал из вагона, и если бы маузер был у него, то как бы оказался у Жанны? Ведь она — первоклассный стрелок и без труда могла застрелить Мэллори, когда тот напал на поляка. Нет, история, рассказанная ею, не выдерживает никакой критики. Один факт несомненен: Жан был серьезно ранен. Он мог умереть от потери крови, и тогда возможны два варианта; или она уверена, что его убил Мэллори, или она лжет. Но для чего ей врать? Что-то здесь не вяжется… Не хватает какого-то звена. Надо хорошенько все обдумать. Темное это дело. А незначительный факт может дать ключ ко всей этой таинственной истории, которую нам позарез необходимо раскрыть.
