Читаем без скачивания Случай из жизни государства (Эксперт) - Александр Хабаров

Механизм мчался, перепрыгивая через присыпанные снегом металлоконструкции, ящики и ржавеющие детали. Он не оглядывался, лишь продолжал по инерции и в безумном кураже выкрикивать нечто, для спецназа непонятное:

- Help! The people kind! The hooligans of vision deprive!

"Ураган" настиг его у стены административного здания. Васька прижался к обледеневшим кирпичам, встал в стойку, но первый же из спецназовцев набежал на него, обманул ложным разворотом и с левой руки вбил "дубинатор" точно в печень. Рычагов сполз в снег, успев лишь обхватить руками голову чтоб дураком не сделали, пусть лучше убьют...

На него обрушился град ударов, выдержать который не смог бы, наверное, и Майк Тайсон. Челубеевцы били методично и слаженно: один по позвоночнику, другой по ногам, третий в область головы... Наконец, азарт достиг наивысшей точки, и боец Женя Гиреев решил последним ударом отправить Василия Рычагова если не на тот свет, то уж и от этого света подальше... Однако удар был остановлен.

Женя Гиреев, подброшенный вверх неведомой силой, упал рядом с Васькой.

- Не дам!!! - крик сей поднялся над зоной словно металлический дирижабль.

Полковник Перемышлев, Хозяин седьмой строгой, размахнулся по-колхозному и влепил затрещину бойцу Кострыкину, стоявшему рядом. Кулак, впрочем, не достиг цели: Кострыкин уклонился. Другой боец, сержант Лядов среагировал на неожиданное нападение как учили: ударил полковника концом дубинки точно в переносицу.

Бойцы "Урагана" не были приучены к ударам в пол-силы. Поэтому полковник умер почти сразу, не успев даже хоть немного пожалеть о своей безрассудности. Если бы он остался жив, то поведал бы, что, увидев из окна своего кабинета как дюжие воины убивают зека, не выдержал и поспешил на помощь не потому, что какая-то особенная жалость поднялась в нем - никак не мог Перемышлев стерпеть увиденного: чужаки-инопланетяне уничтожают зека человека из Зимлага, принадлежавшего ему, полковнику Перемышлеву - так, как принадлежат ему пальцы рук и ног, жена, сын, собака Джулька и двухэтажный теремок в поселке Льдистый.

Подбежавший Челубеев растолкал своих бойцов, увидел на плечах убитого погоны и сказал:

- Полковник погиб как герой. Где этот гад?

Бойцы обернулись к стене. Васьки Рычагова не было - как будто не он только что лежал окровавленный, с затухающим от множества ударов сознанием.

Два вертолета поднялись в воздух, три - уже сели, и из них выпрыгивали остальные бойцы "Урагана".

Зеки разбегались по баракам.

ВРЕМЯ, ПРОСТРАНСТВО, ДВИЖЕНИЕ

Прапорщик Сиклеев, дежуривший на основной вахте, в целом был доволен: бунт застал его в уютном месте, никто не мог приказать ему покинуть дежурку и отправиться в зону - на подмогу бойцам роты. А когда появился спецназ "Ураган", то вероятность такого приказа вообще отпала. Приятно было, что грядущие перемены никак уже не смогут коснуться его, Сиклеева: он честно исполнил свой долг, охранял с двумя солдатами пеший выход из зоны, никого не выпустил, кроме Натальи Кожемякиной, приезжавшей на свидание к мужу. Мог и не выпустить.

- Жигалов! Завари-ка чайку - что-то стало холодать! - крикнул Сиклеев солдату, скучавшему с автоматом в малом шлюзе.

Жигалов обрадовался приказу - так любого солдата радует смена обстановки, положения, места пребывания. Он бегом побежал за чайником в "дежурку", где спал сержант Жуков.

Сиклеев собрался было открыть сейф - там был заначен килограмм шоколадных конфет - но вдруг зазвенел звонок: кто-то шел из зоны. Сиклеев нажал кнопку: открылась первая, глухая металллическая дверь. За решеткой стоял спецназовец в шлеме с забралом, но без дубинки.

- Куда, братан? - дружелюбно спросил Сиклеев - он уважал спецназ, хотя сам был в последнем ряду на физподготовке, стрелял неважно, бегал и прыгал ещё хуже, зато хорошо писал постановления на помещение зеков в штрафной изолятор ("шизняк").

- На улицу, - глухо сказал из-под шлема спецназовец. - Открывай, братан...

Только когда указательный палец прапорщика Сиклеева прикоснулся к кнопке замка зарешеченной двери, что-то шевельнулось в мозгах, тревожное подозрение запоздало щелкнуло в сознании (почему без дубинки? почему ему на улицу нужно? надо хоть удостоверение проверить, фамилию записать...), но уже нельзя было остановить палец, и дверь открылась раньше, чем Сиклеев оформил тревогу в действие.

Спецназовец скользнул в помещение вахты, сделал шаг к выходу, но неожиданно развернулся и резко ударил Сиклеева (прапор уже все понял до удара, ноги стали даже не ватными - жидкими) в то место, где шея поворотом переходит в плечо.

Прапорщик молча, словно в театре, упал на пол с деревянным стуком.

Заскрипела вторая дверь - это солдат Жигалов вернулся с чайником. Мысли его все время вертелись вокруг предстоящего дембеля, вокруг будущей жизни: Жигалов собирался идти в милицию, лучше всего в ППС (патрульно-постовая служба), ездить на машине, как ездят американские полисмены... О другом он и не думал - не на завод же, в самом деле, идти? Да и какой завод - все стоит, ржавеет... Жигалов как раз хотел посоветоваться с Сиклеевым - прапор до зоны служил в обычной милиции Красноямска, ездил на патрульной машине.

- Товарищ прапорщик, - сказал Жигалов, открыв дверь. - Чаек в сборе!

Он не успел даже удивиться - спецназовец правой рукой потянул чайник на себя, а левой (костяшками пальцев) щелкнул солдата по лбу. Жигалов охнул и свалился под ноги спецназовца с не менее громким стуком.

Спецназовец снял с плеча Жигалова автомат и вышел из зоны на волю - в поселок Льдистый.

Казалось, крепко спавший Жуков не пробудится даже в эпицентре землетрясения, однако сержант после второго удара об пол тела Жигалова открыл глаза. Ему, как и Сиклееву, повезло сегодня: он не попал в зону. А вот Кондратюк попал, замочили его подлые зеки. И капитана Петрова замочили, и ДПНК Мырикова... Здесь, на вахте было как-то поспокойней, поуютней. Сержант, не отягощенный проблемами нервной системы, спал хорошо, о бунте думал как о чем-то происходящем далеко: так, впрочем, и было; мир зоны, казалось, отделенный от свободного мира несколькими рядами колючки, считанными метрами, на самом деле был подобен какой-нибудь туманности Андромеды, Сириусу. И обитатели были под стать инопланетянам, как зеки, так и те, кто надзирал, охранял, конвоировал.

Жуков потянулся - и вскочил быстро, нырнул в приоткрытую дверь.

На полу лежал бесчувственный Жигалов с разбитой мордой, чуть поодаль Сиклеев с блаженной улыбкой на лице.

Жуков, как положено, надавил кнопку тревоги и выбежал на улицу.

Снег валил, словно кто-то из ведра высыпал на землю эти тяжелые белые хлопья. Жуков прищурил глаза: по улице быстро шел от зоны человек в камуфляжке и шлеме с забралом. В правой руке у него был автомат.

- Земеля! - крикнул ему вслед Жуков. - Тут никто не пробегал?

Спецназовец, не оборачиваясь, помотал отрицательно головой и через несколько мгновений уже скрылся в уплотнившейся массе снегопада.

Жуков вернулся на вахту. Жигалов уже не лежал, а сидел на полу, тряс головой, словно что-то подтверждая, и мычал.

- Где твой автомат, падла?!! - крикнул ему Жуков и, не дожидаясь ответа (догадался!), побежал обратно, на улицу, на ходу расстегивая кобуру с "ТТ".

Но "спецназовца" уже не было; да если бы и был, то никак не разглядел бы его Жуков за сплошной стеной снега. На всякий случай сержант выстрелил пару раз в белое никуда, на авось.

Тишина.

МОСКВА

ЛЮДИ БАШМАКОВА

Министр Башмаков лично присутствовал на допросах гадов, которых бирюлевские менты вытащили из мусоропровода по звонку неизвестного. Впрочем, допросом все происходившее назвать было трудно. Один из мерзавцев ничего не говорил, хотя очень хотел, но кроме мычания так ничего и не выдал; другой говорил, но все невпопад, путался и плакал. Глаз ему, по его словам, выбил авторучкой страшный человек в сером пальто, прикинувшийся алкашом-мухомором. Очнулся он в вонючем и скользком аду, в тесноте и скрежете...

Впрочем, дознавателям удалось по обрывкам фраз одноглазого выяснить следующее: полковник Зубков, генеральный директор фирмы "Добрые Люди", вышел через своего бывшего информатора Голощапова на базу данных столичной недвижимости, принадлежащую коллегам из фирмы "Сирин". Тот же Голощапов выводил "Добрых Людей" на варианты расселений с "осадками". Какой "осадок" они явились удалять в этот раз, Ширяйка забыл, но обещал вспомнить. Но Башмаков не особенно волновался: найти несостоявшуюся жертву не составляло труда, этим уже занимались сотрудники.

Спецкоманда Башмакова (т. н. "Соколы") выехала к офису "Добрых Людей", но нашла там лишь молодую секретаршу, редкую уродину. Та, как оказалось, была единственным нанятым работником в фирме, ничего толком не знала, но на всякий случай её изолировали - на 72 часа по закону. Затем отправились в офис "Сирина".

Район быстро прозондировали и оцепили, затем бойцы спецназа осуществили проникновение в помещение. Были готовы ко всему.