— Так бы и говорил, что выбора не оставил, — сдался Горан, смеясь, — но это будет одолжение лично тебе, учитель! — его взгляд переместился на меня, — а ты, родная, обещай, что ни на шаг не отойдешь от своего санклита!
— Честное пионерское! — я отдала честь.
— К пустой не прикладывают.
— А по заднице?
— Всегда и с удовольствием!
— Не сомневаюсь.
Мы попрощались с Филом, который отказался к нам присоединиться и подарил мне на память акулий клык, что носил на шее, и поднялись на борт «Утренней зари».
Яхта не кричала о роскоши, в этом не имелось необходимости, так как судно попросту являлось ее воплощением. Здесь было все — и вертолетная площадка, и панорамная гостиная в центре, и лифт, и даже водопад, что каскадами спускался от верхней палубы к бассейну на нижней. Да что там, достаточно будет упомянуть, что в каюте, до которой нас проводил Йоган, имелся целый сад — самый настоящий, с живыми деревьями!!!
— Поражена? — посмеиваясь, подколол меня Горан.
— Немного, — я улыбнулась. — Но пролетарий во мне требует немедленно кого-нибудь раскулачить!
— Твой любимый санклит подойдет? — промурлыкал он, притянув меня к себе. — Можешь раскулачить его прямо в джакузи, дважды. Или трижды!
— Вихри враждебные веют над нами! — пропела я и затолкала хохочущего санклита в ванную комнату.
Когда мы вспомнили о том, что нас ждут, за прозрачной стеной спальни уже ласкалась к роскошной яхте теплая ночь. Надев вечернее платье из серебристого шелка, что обнимал тело дорогостоящим футляром до колена и заставлял чувствовать себя драгоценным камнем, я сжала сумочку в тон, в которой лежал смартфон и, взяв Горана под руку, вышла из каюты.
Искусная подсветка превратила яхту в произведение искусства. Сказка покачивалась вокруг нас волнами, что выгибали спинку под руками поглаживающей их темноты. Но те, кто ждал нас, не являлись волшебными существами. Главы семей, древние и опасные, были порождением этого мира, его скрытой от большинства смертных стороны — темной стороны. Может, потому они и стремились окружить себя сияющей роскошью — в надежде, что ее свет скроет их тьму?
Мы поднялись на самый верх, и я потрясенно ахнула, замерев и глядя на гостиную, что покоилась на площадке, плывущей над волнами, выдвинувшись в объятия ночи из борта яхты. Немного напоминало открытый дисковод компьютера. Но как это было красиво!
— Нам туда, — вздохнул Горан, обняв меня сзади. На него эта нереальная картинка явно не произвела впечатления. Ох, уж эти капиталисты, ничем их не увидишь! Хотя здесь иное — он вновь стал натянутой до предела струной, словно ожидает удара с любой стороны.
Мы прошли через панорамный застекленный холл и попали внутрь необычной гостиной. Она, напротив, не имела стен, но несмотря на скорость, с которой неслась по волнам «Утренняя звезда», между мягких кресел и столиков с закусками и напитками на любой, даже самый придирчивый вкус, вился лишь деликатный ветерок. Наверное, силы природы тоже не рискуют раздражать сильных мира сего. В отличие от моего санклита.
Плотно сжав губы, он смотрел на гостей, что начали подходить к нам. Я вздрогнула, узнав в даме в роскошном вечернем туалете ту самую мадам со шпицем. А вот и остальные — шестеро мужчин и три женщины. И Йоган подошел. Остальных вижу впервые. Жадные глаза незнакомцев скользнули по мне, но заметив, как скрипнул зубами Драган, они отвели взгляды.
Обменявшись с нами приветствиями, санклиты замолчали, выразительно глядя на явно лишнюю тут смертную.
— Вы позвали меня, чтобы помолчать? — язвительно осведомился любимый.
— Учитывая щекотливость ситуации, нам бы хотелось соблюсти некоторую… секретность, как вы, несомненно, понимаете, господин Горан. — Учтиво улыбаясь, ответил худой мужчина.
Перед моими глазами встала комната с двусторонним зеркалом, куда Сеня втолкнул меня, когда я расчихалась во время нашего побега. Все они здесь — те самые главы семей, что строили планы по уничтожению моего любимого.
— От Саяны у меня секретов нет. — Драган равнодушно пожал плечами.
— Тогда скажу прямо, — вмешался самый молодой на вид. — Нам нужно поговорить о твоем решении отдать клан Лилиане.
— Не забывай, что ты принес ей клятву верности. — Усмехнувшись, напомнил мой санклит.
— Будто был выбор! — фыркнул тот, но раздражение все же просочилось сквозь отлично сыгранное пренебрежение. — У нас была договоренность. Ты заручился нашей поддержкой. Но в последний момент отдал клан этой стерве! Почему?!
— Мотивы моих поступков вас не касаются. — Процедил Горан.
У меня заныло сердце. Любимый отказался от мечты, к которой шел несколько столетий, чтобы я была в безопасности. Он нежно улыбнулся мне, потому что, несомненно, понял, о чем думает смертная, что так дорого ему обошлась.
— Не потому ли, — присоединился к диалогу холеный брюнет, похожий на киноактера, — что такова была цена за эту самочку? — его нагло раздевающий взгляд пробежался по мне, вызывая желание вновь окунуться в джакузи. — Смазливая девочка, но стоила ли смертная такой жертвы? Да притом, Соболева!
— Еще одно слово о моей любимой женщине, и до берега будешь добираться вплавь! — прорычал Драган. — Наперегонки с акулами!
— Говорила же — она его Кара Господа! — торжествующе заявила дама со шпицем.
— Как хорошо развита фантазия, — воскликнул Горан, — что у тебя, Аслан, что у тебя, Сибилла! Что дальше поведаете? Изобретете причину, почему Антун отошел от дел и заперся в родовом гнезде? Начинайте, безумно интересно послушать!
Клянусь, в тот момент ему поверила даже я!
— Ну их, идем-ка, — санклитка прижала к груди шпица и отошла к столику, на котором в изобилии были представлены все виды икры, кроме, разве что, «заморской, кабачковой». — Какую хочешь, Мелисса? — заворковала женщина, взяв серебряную ложечку. — Давай эту попробуем, моя душечка. — Икра отправилась в пасть собаки.
— Какой это пес по счету? — Йоган покачал головой.
— Да их уж больше четырех сотен было, наверное. — Ответил молодой на вид. — И это только те, которых я помню!
— Мы с Мелиссой вас слышим, — прошипела Сибилла, полный ненависти взгляд кинув, почему-то, на меня. Она зачерпнула новую порцию. — Вкусно, да?
— Давайте о деле, — пробурчал Аслан, скривившись. — Плевать, Кара Господа эта смертная, или просто твоя игрушка, Горан. Договор с Лилианой хотя бы не отрицай. Важна суть.
— И в чем же она? — издевательски вежливо осведомился мой санклит.
— В том, что мы должны избавиться от Лилианы. Главой клана станешь ты.
— Я дал ей слово и сдержу его.
— В то время как она даже не пытается сдерживать свое? — Аслан усмехнулся. — Тайгер был к твоей смертной подослан именно ею, я знаю санклита, с которым она договаривалась. Он может подтвердить. В любой момент, когда захочешь.
— Если сможешь это доказать, я приму ваше предложение. — Ответил Горан.
— Ты убьешь Лилиану и станешь главой клана?
— Да.
Что-то не так. Я рассеянно посмотрела на моего санклита, потом вновь перевела взгляд на Сибиллу, которая продолжала пичкать бедную собаку явно вредной для здоровья животного икрой.
— Ешь, Мелисса, моя душечка, — приговаривала она. — Кушай, Лисса, не вертись.
Господи!!! Вот он, тот момент, когда все кусочки пазла сошлись! «Опасайся лисы»! Я шумно выдохнула, глядя, как черные икринки подают на бежевый ковер, сняла руки Горана с талии и шагнула к Сибилле.
— Лисса, — прошептали губы. — Красавица, — мои пальцы погрузились в густую шерсть. Замочек ошейника послушно щелкнул.
— Что ты делаешь?! — взвизгнула санклитка, одной рукой прижав шпица к груди, а другой потянувшись ко мне. — Отдай! — но прежде, чем она успела выхватить ошейник, Горан стиснул меня стальным кольцом и рванул назад.
Под ошалелыми взглядами остальных я размахнулась, швырнула ошейник в океан и в полной тишине пояснила:
— Там была камера. Чтобы записать, как Горан Драган соглашается предать главу клана, верно?
