Одним движением Креллис опрокинул стол, схватил брата за шею и швырнул к стене.
– Ты меня не пинай, – процедил он сквозь зубы. – А то ведь я тоже могу.
– Снова самонадеянность, – прохрипел Виктерис. Креллис опустил глаза – тонкое лезвие кинжала целилось ему под ребра.
Он отшвырнул брата в сторону. Виктерис пошатнулся, но на ногах устоял и, поправив одежду, вздохнул.
– Как прошли переговоры с посланником? – любезно поинтересовался магистр Зелани.
Креллис ухмыльнулся.
– Все устроилось как нельзя лучше. Отец Льюлем вернулся в Опаловый дворец, чтобы собрать силы. Фандир полагает, что император в союзе с ним. Как только наш братец атакует Огндариен, войско империи высадится у него за спиной и ударит Фандиру в тыл.
– Какие у тебя основания считать, что этот восторженный идиот не предпочтет заключить сделку с Фандиром?
– Поэтому-то мне и нужна была Шара. Я собирался отослать ее с Льюлемом. И чувствовал бы себя намного увереннее, если бы наша Зелани согревала старичку постель.
Виктерис беспомощно пожал плечами.
– Из-за твоей чрезмерной увлеченности ученицами мы оказались в неудобном положении.
– Признаюсь, Шара меня удивила. Я и не предполагал в ней такой силы. Но девчонка не проблема. Проблема – сестры. Каким-то образом им удалось укрыть ее от меня. Я бы вернул Шару, если бы мы смогли устранить их влияние.
Креллис бросил в сторону брата испепеляющий взгляд.
– Слишком поздно. Посланник попросил именно ее, а я не сумел исполнить его желание. Он очень огорчился. Я попытался подсунуть старику девчонку Горлима, но Льюлем отказался. Похоже, дуралей воспылал нежными чувствами.
– Я хочу ее вернуть, – негромко, но твердо сказал Виктерис, и глаза его полыхнули тем обжигающим пламенем, что всегда напоминало Креллису об отце.
– Не ты один, так что займи очередь.
– Я никогда ни о чем тебя не просил, но сейчас прошу. Если старик уже отплыл, то Шара нам уже не поможет. А вот мне она нужна. Я хочу ее.
– Хорошо.
– А поскольку ты не желаешь рисковать и отказываешься идти на штурм…
Креллис покачал головой.
– Мы могли развести костры. Пустить в пещеры дым.
– Бесполезно. Воздух выходит из подземелья, но не входит туда. Односторонняя тяга.
– Такого не может быть.
– Ты стоял когда-нибудь возле Камня?
– Нет.
– Тогда поверь мне на слово.
– Интересно. – Виктерис задумчиво пожевал губами, потом снова посмотрел на брата. – Мы могли бы взять заложников.
– Начинать правление с взятия заложников из собственных подданных дело не самое лучшее. Мое положение и без того недостаточно прочно, и если я начну изображать из себя тирана, прочнее оно не станет.
– Тогда что ты предлагаешь?
– После победы над Фандиром вариантов будет больше. Сестры не из тех, кто будет сидеть сложа руки. Они это уже доказали. Рано или поздно они высунут головы из проклятой ямы, и тогда-то я махну мечом.
– Что я слышу? – с усмешкой отозвался Виктерис. – Та же самонадеянность, а?
Креллис тряхнул головой.
– Только не на этот раз.
Огонь в глазах старшего брата медленно угас.
– Что ж, в таком случае я согласен подождать. Терпения мне не занимать. Но девчонка нужна живой. Пообещай, что отдашь ее мне.
– Хорошо.
Виктерис разгладил платье и направился к двери, однако на пороге остановился.
– И вот еще что. Спрашиваю из чистого любопытства. Что такое ты предложил отцу Льюлему в обмен на его помощь против Фандира?
– Ему – ничего. Мое предложение было адресовано императору.
Виктерис удивленно вскинул брови. Обычное нагловатое выражение растворилось в обострившихся вдруг чертах.
– Что ты пообещал невидимому монарху?
– Я знаю, что случилось с пропавшими братьями, – как бы между прочим обронил Креллис. – Их это, похоже, заинтересовало.
– Разве братья еще живы? Я полагал, что они давно умерли от какой-нибудь кишечной болезни. Пустошь – вредное для здоровья место.
– Ошибаешься. Они живы. По крайней мере, некоторые были живы еще год назад. Эти глупцы считают, что оберегают наследие Эффтена.
Виктерис нахмурился. Креллис повернулся и посмотрел на брата с каким-то странным выражением.
– Император верит, что легенды говорят правду, – сказал Виктерис, напряженно, как следящая за рябью на воде кошка, наблюдая за братом.
– Наверно. Что ж, если император верит в сказки, я с удовольствием продам ему парочку историй.
Когда Виктерис наконец заговорил, голос его прозвучал непривычно тихо и устало.
– Ты хотя бы представляешь, что собираешься отдать? Ты должен был рассказать мне о пропавших братьях и о том, что именно они охраняют. Ты должен был сделать это сразу же, без промедления.
Креллис рассмеялся.
– Трент был прав. Тебя следовало отправить на Опаленный остров.
– Опаленный остров? Ты имеешь в виду остров Пепла? Я-то думал, что он в Пустоши.
– Последнее письмо пришло с острова. Они перевезли ребенка туда.
– Мы с матерью на протяжении двух поколений оберегаем наши силы, – прошипел Виктерис. – Но путь Зелани – лишь одна из тех десяти дорог, по которым расхаживали маги Эффтена.
– И что толку? Вспомни, чем все закончилось. Их перебили пьяные пираты. Пусть с этой игрушкой забавляется опаловый император – мне же она ни к чему.
Виктерис посмотрел на Креллиса холодными глазами кобры.
– А зря, братец. Очень зря.
ГЛАВА 13
Мерзкая рвотная слизь стекала с подбородка. Желчь забила нос, и дышать приходилось через рот. В животе вздымались и падали волны, как будто там бушевал весь Великий океан. Сумрачное помещение отзывалось на боль пульсирующим эхом. Низкий потолок качался, опускаясь ниже и ниже. Удивительно, как при таких страданиях человек еще мог оставаться в живых.
Он сидел на низеньком плетеном стульчаке в уборной. Стоило закрыть глаза, как все начинало вертеться и кружиться, и тогда его рвало – желчь исторгалась через рот, нос и даже – будь они прокляты – через глаза. Даже когда в желудке уже ничего вроде бы не осталось, его все равно рвало. Даже когда он отказывался от бульона, судороги рвали сухие внутренности, и тело дергалось и тряслось, как кукла на веревочках. Ничего противнее, омерзительнее и ненавистнее рвотной желчи в мире и быть не могло, однако ж пытка рвотой на пустой желудок оказалась еще хуже.
Он уже давно перестал молиться, взывать к силам всех четырех Перемен Года. Что толку от молитв? Спасения не было. Легче не становилось.
Внутри заклокотало. Волна поднялась к горлу, и он снова согнулся, изрыгая зеленоватую вязкую жидкость, которая была недавно супом, в стоящее перед ним ведро. Оссамир прислала три горшочка с наказом съесть как можно больше супа, а потом еще и еще.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
