нее стало вдруг как-то тепло и уютно: она почувствовала, что Боди не просто поделился с ней своим дневником — он ей его
подарил.
— Ты читала это все лето? — спросила Мира, переворачивая страницы.
Ли кивнула. Преодолевая смущение, Ли призналась:
— Последняя запись — моя. Можешь прочитать, если хочешь.
Перебирая страницы большим пальцем, Мира отыскала последнюю запись. Увидев ее, она посмотрела на буквы с каким-то странным выражением.
— Это ты написала?
Ее тон заставил Ли почувствовать себя неловко. Она кивнула.
Мира протянула ей книгу.
— Прочитай мне.
— Вот теперь ты хочешь меня обидеть, — сказала Ли.
— Вовсе нет! Прошу тебя, просто прочитай.
Ли недовольно вздохнула и стала читать:
— «Я приехала в поместье Симмонсов — Пирсов, потеряв все, что было мне дорого. Пусть я и не хотела тогда для себя новой семьи, я ее нашла. Нашла людей, которых я полюбила и которые полюбили меня. Особенно…»
Оторвав от книжки глаза, Ли украдкой посмотрела на Миру. Сердце ее колотилось от стыда, но она не бросила читать:
— «…Особенно моя кузина Мира. Если бы она не приняла меня так тепло в первый день — и не была так добра во все остальные дни, — я думаю — нет, я знаю! — сейчас меня уже не было бы в живых».
Ли закончила читать.
Мира шмыгнула носом и вытерла слезы. Вытянув руку, она прошептала:
— Можно мне еще раз посмотреть?
Ли снова дала ей книжку. Мира внимательно изучила страницу, с которой Ли читала текст.
— Тут правда это написано?
Ли, с обидой и раздражением в голосе, огрызнулась:
— Сама прочитать не можешь?
— Не могу, — ответила Мира. — Здесь всё написано на японском.
У Ли отвисла челюсть.
Мира открыла дневник на случайной странице.
— Ты можешь прочитать, что тут написано? — спросила она, отдавая книжку обратно Ли.
Ли посмотрела на текст.
— Естественно, могу. Тут все по-английски. Что ты такое говоришь?
— Закрой глаза, — попросила Мира.
Ли сдвинула брови.
— Пожалуйста.
Ли, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться, выполнила ее просьбу.
— Вот, закрыла!
— Теперь, когда откроешь глаза, я хочу, чтобы ты посмотрела на дневник не так, будто ты ожидаешь увидеть там слова, а так, будто ты смотришь на картину или на пейзаж за окном. Посмотри на всю страницу целиком, не сосредотачивайся на словах.
Ли открыла глаза и, переведя еще затуманенный взгляд на дневник, несколько раз моргнула, чтобы сфокусироваться. Как только туман перед ее глазами рассеялся, она увидела, что Мира была права. Страницы пестрили красивыми японскими иероглифами.
— Видишь? — спросила Мира, обрадовавшись растерянному выражению на лице Ли.
— Я… Я… Ты права. Тут все на японском!
— Ты еще можешь прочитать?
Ли открыла первую страницу и вслух прочитала:
— «Меня зовут Икабод Пирс, и мне десять лет…»
Мира ахнула. Ли остановилась и подняла глаза. На лице Миры читались изумление и страх.
— Что? — спросила Ли, затаив дыхание.
— Ты сейчас прочитала японские иероглифы!
— Это невозможно, — возразила Ли. — Я же не знаю японского.
— Боди знает. Он научил тебя на нем читать, как научил всему остальному, о чем ты мне рассказывала?
— Нет. Я не знаю. Может быть?
Мира засмеялась.
— Тогда все понятно.
Отбросив веселый тон, она добавила:
— Открой последнюю страницу. Посмотри, что ты написала.
Ли открыла. Ее запись тоже была на японском.
— Как такое возможно? — прошептала Ли, испытывая ликование и страх одновременно.
— Я же говорю, — сказала Мира, — это Боди! Это точно он.
Ли несколько секунд не отрывала глаз от дневника.
— Я даже не знаю, что думать.
Мира откинулась на спинку кресла, погрузившись в размышления.
— Не думаю, что Боди хотел тебе как-то навредить. Он бы не стал делать тебе ничего плохого. — Мира хихикнула. — Мой совет: просто забей.
Ли преувеличенно недовольно на нее посмотрела.
— Вижу, тебя не слишком беспокоит, что мой лучший друг — призрак.
Мира пожала плечами.
— Я с детства в них верила. Знала, что они где-то рядом. Пусть даже я никогда их не видела, я знала, что они присматривают за мной. Маленький Боди как-то раз даже спас мне жизнь, помнишь?
С улицы донесся шорох катящихся по гравию шин. Лицо Миры вдруг засияло. Она вскочила с места и подбежала к окну посмотреть, кто приехал.
— Дай угадаю, — проворчала Ли. — Маркус?
Мира бросила на нее ошарашенный взгляд.
— И давно ты знаешь?
— Я стала подозревать, еще когда приезжала КЦББ. Ты тогда испугалась, что у тебя в телефоне что-то найдут. — Губы Ли расплылись в лукавой улыбке. — Но я не знала наверняка до этого самого момента.
Мира поджала губы и прищурилась, но Ли не дала себя провести: она поняла, что за этим язвительным взглядом на самом деле скрывалась улыбка.
— Как это случилось? — спросила Ли. — Я думала, ты его терпеть не можешь.
— Когда он нас застукал на той вечеринке, он потом отвел меня поговорить. И выяснилось, что он уже миллион раз прикрывал Тео. И Тессу. А еще как-то умудрился сделать так, чтобы в полицейское досье Ральфа ничего не попадало. Как — понятия не имею. После этого разговора я стала смотреть на него уже не только как на главу нашей службы безопасности, и… Я не знаю! Мы просто начали больше общаться. А когда я наконец его поцеловала…
— Фу-у! — пропищала Ли.
Мира состроила такую мину, будто съела лимон.
— Ты закончила?
Губы Ли сложились в озорную улыбку.
— Даже не близко, но продолжай.
— В общем, ощущения были совсем не как во время моего исследования. Я по-прежнему считаю, что в роли главы безопасности он козел, но во всем остальном он очень милый. Он всегда в первую очередь думает о других. Словно два разных человека, если ты меня понимаешь.
Ли машинально перевела взгляд на портрет Большого Боди и улыбнулась.
— Лучше, чем ты думаешь. Но все равно фу!
— Запиши в своей книжке вот что, — сказала Мира. — В этот день я, Мира Симмонс, предсказываю, что в течение года тебе, дорогая моя Ли Ховард, встретится человек, который перевернет всю твою жизнь с ног на голову, и ты станешь наслаждаться каждой ее минутой.
Ли засмеялась и принялась записывать.
— Готово, — сказала она, продолжая что-то писать.
— Что ты там еще дописала? — спросила Мира.
— Японский эквивалент выражения «хрень собачья».
Мира потрепала Ли по макушке, словно послушного питомца.
— Это мы еще посмотрим, сестренка. Это мы еще посмотрим.
Мира побежала встречать Маркуса. Ли встала, потянулась и проскользила в носках по паркету, словно на лыжах, к одному из высоких окон. Выглянув, она увидела, как Мира пошла в сторону места, где разговаривали Маркус, Тристин и Пег. Обойдя своих родителей, Мира подошла к Маркусу и взяла его за
