– Шелли говорил, что «Рурк» не обогнать ни одному кораблю, – заметила Климентина.
– А разве Шелли не говорил, что его предки заседают в Пермидионе со времен переселения на Трайтон?
– Постой! Пермидион был создан значительно позднее.
– Ага… Что ты делаешь теперь?
– Увеличиваю мощность кормовых щитов. Не менять же нам курс? – Глаза Климентины гневно сверкнули.
– Все правильно: «разогревай» щиты. «Рурк» построили четыреста лет назад, дорогая. Двигатели модернизировали в начале года Тельца. У нас, кстати, на Седне… Я перед вылетом проверял: сделано «железно»… Но с тех пор много воды утекло. Появились и «Прыгуны», и асинхронные «Пульсары»…
– Ты никогда не думал о том, чтобы читать лекции в Академии?
– Ен-Ти! Просто я знаю, на что способен модернизированный «Пульсарами» корабль, невзирая на то, во что он «одет»: в корпус грузовика или же – военного перехватчика! Он настигнет «Золотой Сокол» прежде, чем мы выберемся на оживленную магистраль.
Брут хотел прибавить пару слов об экипаже из лихих, одержимых жаждой мести плутониан, но сдержался. Предупреждали его когда-то: вести дела с плутонианами – играть с огнем. Теперь корабль по воле бесфамильной мчит через пустошь, на хвосте висит перехватчик тиранов, и помощь ждать неоткуда…
– Больше тебе не весело, Брут. Брут, а Брут!
Иерарх Бейтмани заскрипел зубами. Взглянул через смотровую розетку на Солнце и понял, что пылающий череп насмехается над ним! В темно-коричневых глазницах притаилось злорадное снисхождение. Солнце поджидало тех, кому однажды посчастливилось вырваться из огненной западни.
От дышащей алым жаром атмосферы отслоилось плазменное полотно. Широкое, бурлящее – казалось, в него можно завернуть Сэтан вместе с кольцами и всеми спутниками, – оно с нарочитой ленцой ползло навстречу «Рурку». Медленно-медленно, плавно, величественно…
На самом деле, солнечный выброс мчал с колоссальной скоростью. Не прошло и минуты, как брызнули в стороны сияющие лучи, звезды поблекли, скрытые ионизированной дымкой.
– Ты не доверяешь мне, дорогой Брут, – Климентина барабанила пальцами по сенсорной панели. В ее зрачках отражалась надвигающаяся огненная лавина. – Ты не веришь в удивительные способности Ай-Оу!
– Мы должны были лететь к Сэтану! К Сэтану! – с горечью воскликнул Брут. – Ен-Ти, что ты наделала?..
Пульт управления вспыхнул тревожными огнями, мерное бормотание бортовых систем заглушили надрывные трели: «Рурк» оказался под обстрелом. И огонь вели не зловещие «они» – похитители Климентины. И не плутониане, желающие снять с Брута скальп. «Рурк» атаковало Солнце – красный гигант с пятнами, делающими его похожим на череп. «Золотой Сокол» самостоятельно отменил приказ Климентины перенаправить энергию на кормовой экран. Корабль окружил себя равномерным энергетическим коконом.
– «Рурк»! Исходящее сообщение! – обратилась к золотому кораблю Климентина. – Адресат: автоматический корабль «Нил–11»… – Она вопросительно взглянула на Брута. Брут вяло кивнул, одобряя попытку. – «Нил–11»! Говорит астроник «Рурка»: требую изменить курс! Опасность столкновения! Повторяю: опасность столкновения!
На пульте замигал огонек.
– Отвечают… – прокомментировал Брут.
– Я – автоматический грузовой корабль «Нил–11». Собственность тирана Черри…
Не произнося ни слова, они выслушали ответ: это был тот же вербализированный идентификационный сигнал.
– «Рурк»! Следующее сообщение! – выкрикнула Климентина, едва шелестящий голос «Нила» смолк. – «Нил»! Требую зафиксировать мое послание в бортовом журнале и переслать копию тирану Черри немедленно! Астроник «Рурка» призывает автоматический корабль «Нил–11» перейти на параллельный курс во избежание столкновения!
– Нет, не выйдет! Бесполезно! – отчаялся Брут. – «Нил» – не автомат, а перехватчик, Ен-Ти! Его пилотируют самые отъявленные негодяи в системе Солнца! Ну почему мы ушли с магистрали Сэтана? Нас ждал «Сфинкс» и команда Шелли! Почему нас понесло через пустоши? Почему?!
– «Рурк»! Следующее сообщение! – Климентина набрала в грудь воздуха, но не успела проронить ни звука: на пульте ожил еще один тревожный огонек. – Все… – выдохнула еле слышно. – Радиосвязи больше нет…
Брут перевел взгляд с обмякшей в кресле Климентины на овал смотровой розетки: за стеклом играли всполохи полярного сияния. Защитный экран «Рурка» стал видимым! «Золотой Сокол» мчал через облако плазменного выброса. Солнечное вещество обволакивало корабль, заставляя защитное поле светиться; даже самый мощный радиосигнал не пробился бы сквозь эту какофонию энергий.
– Так! – Брут решил переломить ситуацию. – Ен-Ти, готовь лазер! Мы пошлем сообщение на Титан по оптическому каналу. Шелли свяжется с Патрулем, и «бронзовые маски» перехватят нас у входа на магистраль Юпитерекса…
– Радар отключился… системы ориентации на девяносто процентов вышли из строя… – перечислила Климентина скованным от волнения голосом. – «Рурк» продолжает получать данные с лазерного маяка на Каллайсто, а в остальном – мы слепы…
– Плазменный шлейф не может тянуться бесконечно, – сказал Брут. Он всматривался в наэлектризованное марево за смотровой розеткой; сквозь полярное сияние не было видно ни одной звезды, единственным ориентиром оставалось размытое пятно Солнца. – Готовь лазер, – повторил он, – нам нужно связаться с Шелли и запросить код… Код, чтобы разблокировать оружие «Рурка»! Это наш единственный шанс дать отпор плутонианам!
Голограмма «Нила», которая до сих пор мерцала над пультом, погасла. И в ту же секунду ожили разноцветные лучи: засверкали, зачастили, спеша построить новую проекцию. Это «Рурк» торопился сообщить хозяевам, что с преследователем (приказ вести оптическое наблюдение за кораблем плутониан никто не отменял!) произошли изменения.
С носа «Нила» исчезла оскаленная химера: спрыгнула! Слетела! Темнела ниша, которую занимало исчадие полминуты назад, торчали в стороны штанги креплений…
Климентина, не говоря ни слова, включила маневровые двигатели. «Рурк», продолжая двигаться вперед, сместился в боковой плоскости. Размытое пятно Солнца исчезло из виду.
– Я… я, пожалуй… – Брут попятился к выходу из рубки, – …приготовлю ручное оружие, Ен-Ти. Ты знаешь, как обращаться с ядометом? Нет? А с мечом? Тоже нет? Тогда тебе лучше оставаться в рубке.
Климентина никак не отреагировала на торопливую речь Брута. Указательным пальцем она сосредоточенно выводила на сенсорной панели управления круги; круги превращались в восьмерки, а восьмерки – в непрерывные цепочки. Внутри бесфамильной все сжалось от страха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
