— Знаешь, я ведь хотел сначала развлечься с тобой, а только потом... — он облизал свои губы, не закончив фразу.
— Алекс, — протянула уже совсем дрожащим голосом надеясь привлечь его внимание исключительно к моему лицу, потому что теперь действительно стало не то, что жутко, стало панически страшно. Ужас моментально захлестнул ударной волной, когда вампир чуть ближе придвинулся к моей шее и, потеряв всякую надежду на помощь со стороны Князя, я крутанула кольцо на пальце.
Только вот на этот раз оно сработало как-то неправильно. То ли поделка шаманов была бракованной, то ли кольцо должно каким-то образом подзаряжаться, но отшвырнуло Алекса от меня не на двадцать шагов, а всего на десять. Хуже всего было то, что ни в какую стену для большего эффекта он не врезался, только тряхнул головой и в следующий миг я почувствовала ледяные пальцы на своей шее.
Меня подняли вверх и встряхнули. Кажется, я даже расслышала хруст своей шеи. Вдохнуть не получалось, а взбешённый вампир тем делом взревел:
— Ты! Ведьма! — молчаливо соглашаюсь, исключительно потому что подтвердить и сказать что-то в ответ, возможности нет. — Убью! — Взревел ещё громче, голосом обезумевшего зверя и в этот момент хватка на моей шее ослабла, а я сама свалилась на пол в силу того, что ноги не держали.
Каким-то безжизненным взглядом проследила, как Князь нанёс несколько ударов Алексу и послышался хруст его костей, а после, откинув его так, что он впечатался в стену, он опустился на корточки рядом со мной.
— Испугалась? — Ласково спросил он.
И вот тогда я не выдержала. Слёзы хлынули из глаз, подбородок задрожал. Я же успела подумать, что Константин меня спасать не собирается и смерть мне в спину не только дышит, но и распахивает свои дружественные объятия.
— Ты... ты... — Хотелось сказать что-то обвинительное, но вместо слов были лишь хрипы.
— Виноват. Но должен же я был убедиться, что это не любовник твой и не ваши с ним постельные игры. — Попытался пошутить он и заслуженно получил кулаком в грудь. Как-то горестно вздохнул и, подняв меня на руки, присел вместе со мной на кровать. — Не мог я Вик, просто не мог. Одно дело обычная угроза для жизни и совсем лёгкое наказание, от которого западный клан смог бы отвертеться, а другое дело очевидное покушение на жизнь моего гостя.
Я как-то вспомнила про наказания в соответствии с традициями, про то, что даже Федька при их упоминании не совсем адекватно реагировал и задрожала ещё сильнее.
— Ну что ты, Викуль, — ласково позвал меня Константин, вытирая мои слёзы откуда-то появившимся чёрным выглаженным платком. — Всё уже закончилось, всё... — Он не договорил, потому что в очередной раз распахнулась дверь в мою комнату и на пороге появился заспанный Кристофер.
Зевнул, осмотрел обстановку и ехидно так протянул:
— Как у вас всё интимно... — И всё бы ничего, но на этой фразе он не остановился. — Ты это... в следующий раз, когда позвать меня соберёшься, предупреждай заранее. Мне же надо собраться, подготовиться... чтоб четвёртым быть.
— Свалил! — Резко крикнул на него Князь и тоном, не терпящим возражений, добавил, — Алекса в камеру. Я сам им займусь.
Я как-то так тоже неожиданно поняла, что таки да, интимно у нас. Полумрак, я у Князя на коленках, а он, между прочим, на кровати сидит. А ещё страшно мне так, что складывается ощущение, словно я замёрзла вся изнутри и погреться так хочется, что руки уже начали своё путешествие, исследуя тело Константина.
— Вика, не надо. Я слишком зол и мне трудно себя сейчас контролировать. — Хрипло произнёс он, а я, воодушевившись, проскользнула рукой под рубашку.
— На Алекса? — Невинно поинтересовалась, вырисовывая на его груди незамысловатый рисунок ногтями.
— На тебя. — Неожиданно выдохнул он мне прямо в губы и зло добавил, — ты почему обратилась к брату, но ничего не сказала мне?!
И так это гневно прозвучало, что я бы снова внутренне сжалась, но видимо моя демоническая сущность уже пришла в себя, не оставив на этот раз вампиру не единого шанса сбежать.
Горячая волна возбуждения пробежалась по венам, мощным жарким взрывом разнося моё сознание на миллионы мельчайших частиц и я, не желая слушать возражений, принялась методично расстёгивать пуговицы мужской рубашки. Пальцы от нетерпения слушаться отказывались, руки откровенно дрожали, напряжение только усиливалось, вызывая откровенное желание порвать рубашку пикси на забаву. Мои дрожащие руки мягко перехватили и хриплым от желания голосом непреклонно поинтересовались:
— Вика, почему ты меня не позвала?
Прикосновение большой немного шершавой ладони к моему подбородку, чтобы я запрокинула голову и посмотрела мутным взглядом в глаза Константина, словно швырнуло мне в лицо горячего воздуха, сбивая дыхание и вызывая неистовое желание утолить свою жажду поцелуем. Облизнув пересохшие губы, я всё-таки ответила:
— Почему... почему... — Повторила, словно задумавшись, и приблизив свои губы практически вплотную к желаемому, продолжила, — потому что ты сводишь меня и мою сущность с ума.
Признание далось легко. Оно слетело с языка так, словно я сказала что-то обыденное, а не призналась в своих чувствах и желаниях. Последняя пуговица на рубашке наконец-то поддалась непослушным пальцам и, пробежавшись ноготками по груди, я опустилась ниже, нащупав очередную преграду... ремень. Медленно подняла взгляд, чтобы посмотреть в глаза Константина и увидеть полный желания взгляд. Качнулась, прижимаясь к нему ближе и намекая, что как бы я могу сделать всё и сама, но с его участием ощущения будут в тысячи раз острее. И услышала хриплое, но уверенное:
— Нет.
