— И никто не попытался победить демона? — изумленно вымолвил северянин, прекрасно зная отчаянный характер гирканцев.
— Пытались… — горько заметил номад. — На бой с чудовищем уезжали десятки смельчаков. Это были сильные и храбрые воины, но не вернулся ни один. В конце концов, военный вождь собрал три сотни бойцов и решил покончить с тварью. Они угодили в очередную западню. Земля под копытами лошадей провалилась, и началось безжалостное умерщвление людей. Всем стало ясно, что в степь пришла беда. Угоняя скот, кочевники двинулись на запад.
— Насколько далеко это от Рамдана? — произнес киммериец.
— Если скакать, останавливаясь лишь на ночлег, то четыре дня пути, — ответил гирканец. — Но с тех пор минуло немало времени. Поговаривают, что чудовище приближается к городу. Здесь ему есть чем поживиться.
— A дворец? — уточнил Конан.
— Нет, — вымолвил кочевник. — В нашем клане никто ничего подобного в степи не видел. Просторы Гиркании огромны. Разве все углядишь?
— Жаль, — не скрывая досады, сказал киммериец. — Поиски отнимут слишком много времени…
— Он лжет, — в очередной раз вмешался в разговор Торгут. — У меня есть подозрение, что мерзкая тварь принадлежит ему. Уж слишком хорошо чужак ее знает. Может, он и есть колдун из Стигии?
— Я разве похож на колдуна? — усмехнулся северянин. — Я — воин, наемник. С мечом обращаюсь гораздо лучше, чем с книгой.
— Как же ты прочтешь магические знаки? — мгновенно отреагировал Маздак.
— В Рамдане остались мои спутники, — ответил киммериец. — Среди них есть человек, который неплохо разбирается в колдовстве и в волшебных свитках.
— Я ему не верю, — не унимался молодой гирканец. — Давайте допросим чужака. Под пыткой он все расскажет. Растяжку не выдерживал еще никто!
— Не забывай, что ты в Туране, — снисходительно заметил Конан. — За убийство здесь казнят на площади. Эмир не упустит такого шанса показать свою власть. А, кроме того, я, быть может; ваша последняя надежда вернуться обратно в родную степь. Подумайте хорошенько.
— Он прав, — со вздохом вымолвил опытный номад. — Обострять отношения с туранцами не стоит. Да и зачем? Хочет человек сразиться с чудовищем — пусть едет.
— Я поеду с ним? — воскликнул Торгут.
— Как решит Бартат, так и будет, — спокойно возразил пожилой кочевник. — Нечего попусту болтать. Пора спать.
Гирканцы дружно встали и, не прощаясь, растворились в темноте. Костер догорал. От тростника не остается даже углей. Лагерь кочевников погрузился во мрак ночи. Тишину нарушали лишь редкие оклики охранников и мычание полусонных коров. Положив руку под голову, киммериец закрыл глаза. За свою жизнь он ни чуть не опасался. Убить спящего — значит обесчестить себя и весь клан. На подобное гирканцы никогда не пойдут.
Проснулся северянин от громких криков. Кочевники поднимались рано, еще до восхода солнца. Небо на востоке только-только начало розоветь. Мимо пробежала стайка чумазых мальчишек. Девушки доили коров, скоро за животными придет пастух. Над костром висел большой котел, в котором что-то варилось.
Злоупотреблять гостеприимством гирканцев не стоило. У них слишком много дел. Жизнь в степи сложна и опасна. Пора собираться в путь. Несмотря на скудность полученных сведений, киммериец намеревался уже сегодня покинуть Рамдан, а к походу надо хорошо подготовиться.
Искать воду и охотиться времени не будет. Конан поправил одежду, перевязал тюрбан, перекинул ножны за спину.
— Спасибо за ночлег, — обратился киммериец к женщине, готовящей еду.
Прикрыв лицо покрывалом, она кивнула. Северянин улыбнулся и не спеша двинулся к городу. Ворота наверняка еще закрыты, так что торопиться некуда.
— Постой, чужак, — послышался сзади знакомый хриплый голос.
Киммериец обернулся. К нему приближалась большая группа номадов. Теперь Конан сумел получше рассмотреть вчерашних собеседников.
Впереди шел худощавый мужчина лет сорока пяти. Бронзовый цвет лица, длинный заостренный нос; тонкие усы плавно переходили в редкую клочковатую бородку, в волосах обильная проседь. Над левым глазом кочевника, рассекая бровь, белел шрам от клинка. Чуть сзади двигался юноша, которому вряд ли исполнилось двадцать. В глазах огонь, на щеках румянец, тонкие губы поджаты, войлочная шапка сдвинута на затылок.
— Я Азамат, полусотник этого клана, — произнес пожилой гирканец. — Твой рассказ произвел впечатление на нашего вождя. Ты, и вправду, хочешь сразиться с кровожадной тварью?
— Если бы ты был знаком с киммерийцами, то знал бы, что они никогда не меняют принятых решений, — надменно ответил северянин. — Мой отряд отправляется в степь сегодня же. Думаю, демон сам нас найдет.
— Завидное упрямство, — уважительно заметил кочевник. — Мы можем облегчить поиски злобного существа. Сегодня утром Бартат беседовал с людьми, участвовавшими в походе на чудовище. Они подтвердили твои слова. В степи, действительно, появилось странное строение. Дворец словно поднялся из-под земли. Его видели многие. Без нашей помощи тебе цитадель не найти.
Киммериец уже понял, к чему клонит Азамат. Такое развитие событий вполне устраивало Конана. Помощь гирканцев в сражении с демоном лишней не будет. Тем не менее, киммериец изобразил на лице удивление.
— Что вы предлагаете? — уточнил северянин.
— С тобой поедет десяток наших воинов, — проговорил номад.
Если кочевники думали, что киммериец будет возражать, то они глубоко заблуждались. Пожав плечами, Конан произнес:
— Как хотите… Я на аркане с собой никого не тащу. Дело очень опасное. Вернутся далеко не все, а может…
Заканчивать фразу киммериец не стал, все было понятно и без слов. На что способно чудовище, гирканцы и сами прекрасно знали. Кровавую жатву мерзкая тварь собрала уже сполна.
— Среди нас нет трусов, — выступил вперед Торгут. — Я отобрал лучших воинов.
Теперь все стало на свои места. Юнец добился цели. Он жаждет славы и ее получит. Северянин улыбнулся и сказал:
— Мне надо в город. Мои люди ждут меня.
— Надеюсь, ты вернешься, — иронично заметил молодой номад.
Киммериец повернулся к Азамату и негромко проговорил:
— Я сегодня необычайно терпелив. Если бы не демон… Но всему есть предел. Объясни это недоумкам и выскочкам.
Ждать реакции Торгута Конан не стал. Ворота в Рамдане уже открылись, и наемник торопливо зашагал к подъемному мосту. Сзади раздавался какой-тот шум и нечленораздельные возгласы, но киммериец ни разу не повернул головы. Солнечный диск уже наполовину показался из-за горизонта, а значит, надо спешить. Еще часа два, и наступит невыносимая жара. К счастью, улицы города были еще достаточно пустынны. Северянин хорошо помнил дорогу, и постоялый двор нашел очень быстро. Возле входа не спеша прохаживался Эблис. Ничего спрашивать десятник не стал, однако во взгляде читался вопрос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
