Читаем без скачивания Еретики Дюны - Фрэнк Херберт

Кое-что никогда не меняется! Орден снова играет в свои старые-престарые игры.

Он оглядел это место Харконненов, отдела иное темными панелями. Арабески, вырезанные в стенах и на потолке, странные узоры мозаики пола. Чудовища и восхительные человеческие тела, переплетенные вдоль одних и тех же определяющих линий, которые невозможно отделить взглядом, не приглядевшись.

Данкан поглядел на свое тело, изготовленное для него тлейлаксанцами с их асклольтными чанами. Он до сих пор по временам чувствовал себя странно. В смертный миг своей исходной жизни, который он так хорошо помнил — он сражался с полчищами сардукаров, предоставляя своему юному герцогу шанс спастись — он был зрелым человеком, давно возмужавшим во множестве испытаний.

Его герцог! Пол был тогда не старше, чем эта плоть Данкана. Воспитанный, впрочем, так, как всегда были воспитаны Атридесы: верность и честь — превыше всего остального.

«После спасения от Харконненов, они и меня воспитали таким».

Что-то внутреннее не позволяло ему отклониться от этого древнего долга. Он знал источник этого, знал, каким образом это было в него заложено.

И это оставалось.

Данкан поглядел на кафельный пол. Слова были выложены в кафеле вдоль бортика, ограждавшего коробочку душа. И это была надпись, в которой одна часть его «я» узнавала древность со времен старых Харконненов, а другая часть видела надпись на слишком хорошо знакомом галахе.

МОЙСЯ ВСЛАСТЬ, МОЙСЯ ДО БЛЕСКА, МОЙСЯ ДОЧИСТА, МОЙСЯ.

Древняя надпись повторялась по всему периметру помещения, словно эти слова могли сами по себе изменить что-то в Харконненах, которых Данкан вспомнил.

Над дверью в душ еще одна надпись:

ИСПОВЕДАЙ СВОЕ СЕРДЦЕ И ОБРЕТИ ЧИСТОТУ.

Религиозные увещевания в крепости Харконненов? Изменились ли Харконнены за столетия, прошедшие после его смерти? Данкану трудно было в это поверить. Эти слова были тем, что, вероятно, строители просто нашли подходящим.

Он скорее ощутил, чем услышал Лусиллу, входившую в комнату позади него. Данкан встал и застегнул застежки своей туники, которую подобрал себе в нуллентропных ларях (Но только после того, как спорол все харконненовские знаки отличия!).

Не оборачиваясь, он сказал:

— Ну, что еще, Лусилла?

Она погладила ткань туники вдоль его левой руки.

— У Харконненов были богатые вкусы.

Данкан спокойно проговорил:

— Лусилла, если ты еще раз коснешься меня без моего разрешения, я постараюсь убить тебя. Я так сильно постараюсь, что тебе, очень вероятно, придется убить меня.

Она отпрянула.

Он поглядел ей в глаза.

— Я не какой-нибудь чертов племенной жеребец!

— По-твоему, именно этого мы от тебя хотим?

— Никто мне до сих пор так и не сказал, чего же вы от меня хотите, но твои действия очевидны!

Он покачался на пальцах ног. Что-то непробуженное внутри него шевельнулось, и заставило его пульс участиться.

Лусилла внимательно его разглядывала. «Проклятие Майлзу Тегу!» Она не ожидала, что сопротивление примет такую форму. Не было сомнения в искренности Данкана. Словами тут ничего не добиться, и он не уязвим для Голоса.

ПРАВДА.

Это была единственная возможность, оставшаяся у нее.

— Данкан, я не знаю в точности, что Тараза ожидает от тебя на Ракисе. Я могу предположить, но моя догадка может оказаться неправильной.

— Предположи тогда.

— На Ракисе есть юная девушка, едва перевалившая за десять лет. Ее зовут Шиэна. Ей подчиняются черви Ракиса. Каким-то образом Орден должен заполучить ее талант в свое собственное хранилище способностей.

— Да, что я только могу…

— Если бы я знала, я бы наверняка это сейчас тебе сказала.

Он расслышал ее искренность под неприкрытой отчаянностью.

— А что ее талант может иметь общего с этим? — осведомился он.

— Это знает только Тараза и ее советницы.

— Они хотят создать что-то удерживающее меня, иго-то, от чего я не смогу убежать!

Лусилла уже пришла к такому же заключению, но не ожидала, что и он так быстро это разглядит. Юношеское лицо Данкана скрывало ум, который работал по путям, неведомым ей. Мысли Лусиллы быстро понеслись в ее уме.

— Контролируй червей, и ты сможешь оживить старую религию, — это был голос Тега от двери, позади Лусиллы.

«Я не слышала, как он появился!»

Она повернулась всем телом. Тег стоял там с одним из древних лазерных пистолетов Харконненов, небрежно держа его пристроенным на левой руке, сопло пистолета наведено на нее.

— Это гарантия того, что ты будешь меня слушать, — сказал он.

— Как долго ты уже слушаешь здесь?

Его гневный взгляд не изменился.

— С того момента, как ты призналась, что не знаешь, чего Тараза ожидает от Данкана, — сказал Тег. — Не знаю и я. Но я могу сделать несколько предположений ментата — ничего определенного, но весьма возможное. Скажи мне, если я не прав.

— О чем?

Он взглянул на Данкана.

— Одно из того, что тебе было ведено сделать с ним — это сделать его неотразимым для большинства женщин.

Лусилла постаралась скрыть свое глубокое разочарование. Тараза предостерегала ее, чтобы она скрывала это от Тега возможно дольше, теперь скрывать это стало бесполезно. Тег прочитал ее поведение с помощью своих чертовых способностей, заложенных в него его чертовой матерью!

— Накапливается большое количество энергии, нацеленной на Ракис, — сказал Тег. Он прямо поглядел на Данкана. — Неважно, что тлейлаксанцы в него заложили, он несет отпечаток древнего человечества в своих генах. Это то, в чем нуждаются Разрешающие Скрещивание?

— Чертов племенной жеребец Бене Джессерит! — сказал Данкан.

— Что ты собираешься делать с этим оружием? — спросила Лусилла. Она кивнула на древний лазерный пистолет в руках Тега.

— С этим? Я даже не вставил в него зарядную обойму, — он опустил лазерный пистолет и отложил его в угол, рядом с собой.

— Майлз Тег, ты будешь наказан! — проскрежетала Лусилла.

— С этим придется подождать, — сказал он. — Снаружи почти ночь. Я был на поверхности под прикрытием жизнеутаивающего поля. Бурзмали здесь побывал. Он оставил мне знак, что прочел мое послание, которое я оставил ему под видом следов животных на стволах деревьев.

В глазах Данкана появились искры бодрости.

— Что ты будешь делать? — спросила Лусилла.

— Я оставил новые отметины, назначающие свидание. А сейчас, мы все отправимся в библиотеку. Мы как следует изучим карты. Мы запечатлим их в нашей памяти. По крайней мере, нам хоть следует знать, где будем находиться, когда побежим.

Она соблаговолила коротко кивнуть.

Данкан наблюдал за ее движением лишь одной частью своего сознания. Его ум уже переметнулся на древнюю экипировку в библиотеке Харконненов. Он — тот самый, кто способен показать Лусилле и Тегу как правильно пользоваться ей, как вызывать древние карты Гиди Прайм, датированные тем временем, когда строился этот не-глоуб.

С исходной памятью Данкана как путеводителем, и своими собственными современными знаниями об этой планете, Тег постарался привести карту в современный вид.

«Станция лесной охраны» стала «Оплотом Бене Джессерит».

— Сперва это была часть харконненовских охотничьих угодий, — сказал Данкан. — Они охотились на человека, как на дичь, которую выращивали и готовили специально для этой цели.

Под осовременивающей рукой Тега исчезли города. Некоторые города оставались, но они сменили названия. Ясай, самый близкий из больших городов, на древней карте был обозначен прежним названием Барони.

У Данкана от воспоминаний взгляд стал жестким.

— Вот там они меня и пытали.

Припомнив о планете все возможное, Тег отметил на карте неизвестное, и, символическими обозначениями Бене Джессерит, места, где, по уверению людей Таразы, они могли бы найти временное убежище.

Эти самые места Тег и хотел доверить только памяти.

Еще уводя их в библиотеку, Тег сказал:

— Я сотру карту, когда мы ее заучим. Неизвестно, кто может найти это место и изучить ее.

Лусилла рванулась мимо него.

— Это на твоей ответственности, Майлз! — заявила она.

Тег проговорил в ее удалявшуюся спину:

— Ментат говорит тебе, что я сделал все, что от меня требовалось.

Она проговорила, не оборачиваясь:

— До чего же логично!

~ ~ ~

В этом зале воспроизводится кусочек пустыни Дюны. Песчаный краулер, прямо перед вами, датируется временами Атридесов. Вокруг него, по часовой стрелке налево от вас, небольшой харвестер, карриялл, примитивная фабрика спайса и другое оборудование обеспечения Все объяснено на каждой стадии. Обратите внимание на светящуюся над экспонатами цитату: «Поскольку высосут они изобилие морей и сокровище песка». Эта древняя религиозная цитата часто повторялась знаменитым Гурни Хэллеком.