Шейх Мустафа Дирани проявил себя хорошим военачальником и прекрасным организатором, благодаря чему он быстро продвинулся по служебной лестнице «Амаля». В 1985 году, по завершении первой Ливанской войны, шейх Мустафа Дирани был назначен главой службы безопасности «Амаля» юго-западного сектора, по которому практически проходила линия противостояния с израильским военным контингентом. Спустя год люди шейха Дирани захватили в плен израильского штурмана Рона Арада, который вместе с другим членом экипажа должен был срочно покинуть свой «F-16» из-за технической неполадки.
В 1987 году шейх Мустафа Дирани сблизился с проиранскими кругами и в конечном итоге в 1988 году вышел из рядов «Амаля», образовав со своими сторонниками небольшую террористическую группировку «Верующее Сопротивление», присоединившуюся к «Хизбалле». Тогда же люди шейха Дирани выкрали израильского штурмана Рона Арада из его тюрьмы в южном Бейруте. Позже, согласно информации, имеющейся в распоряжении израильских спецслужб, Рон Арад был передан Ирану, за что лично шейх Мустафа Дирани получил вознаграждение в 300 тысяч долларов США. Таким образом, захват шейха мог существенно продвинуть решение вопроса по освобождению Рона Арада, поскольку сохранялась высокая вероятность того, что Дирани был в курсе того, где и в чьих руках сейчас находится пленный израильский штурман.
В Тель-Авив в «личное дело» Мустафы Дирани стекалась самая разнообразная информация, которая тем или иным образом была связана с именем шейха. Вновь и вновь опрашивалась ливанская агентура. Подразделение «8200» электронной разведки «Амана» день и ночь прослушивала радиоэфир и телефонные разговоры, по крохам дополняя сложный «орнамент». Любая, на первый взгляд незначительная информация могла существенным образом изменить всю картину. Так, например, стало известно, что в 1992 году шейх Мустафа Дирани перенес сложнейшую нейрохирургическую операцию. Из его головы был извлечен старый осколок, полученный им при ранении еще во время Ливанской гражданской войны.
Опыт показал, что успех спецопераций в глубоком тылу врага зависел не столько от профессионализма спецназовцев, сколько от качества и полноты разведывательной информации. Не случайно оценку разведывательной информации дает начальник военной разведки «Аман», в чьем непосредственном подчинении находится «Сайерет Маткаль», а также командир этого диверсионно-разведывательного подразделения. Похищение шейха Мустафы Дирани, в случае успеха, могло не только продвинуть вопрос освобождения Рона Арада, но и серьезным образом деморализовать шиитских лидеров. Однако провал операции неминуемо обратился бы в крупную катастрофу. Это гибель бойцов «Сайерет Маткаль», чьи тела даже невозможно будет достойно предать земле, или, что еще страшнее, пленение спецназовцев, их переправка в Иран и показательный суд.
В «Моссаде» знали, что после похищения шейха Убейда его коллега Дирани понимал, что он следующий на очереди, и стал предпринимать исключительные меры предосторожности. Он старался не покидать Бейрут, где располагалась его ставка. В городе, по самым скромным подсчетам, находились тысячи вооруженных боевиков. С апреля 1973 года, когда в самом сердце Бейрута были ликвидированы трое лидеров «Черного Сентября», прошло 20 лет. Израильтяне уже не могли себе позволить столь дерзкую вылазку такого масштаба, да и сами террористы стали осторожнее. «Хизбалла», в отличие от ООП, обладала достаточно серьезной службой безопасности. Ее лидеры, в том числе и шейх Мустафа Дирани, окружили себя многочисленной охраной. Высадить десант в ливанской столице означало добровольное самоубийство. На это не решился бы не только командир «Сайерет Маткаль» и руководители спецслужб, но и члены кабинета министров. Следовало искать альтернативный вариант. Единственным слабым звеном в системе безопасности шейха была его родная деревня. Время от времени шейх Мустафа Дирани приезжал в свой родной дом в деревне Каср Наба, расположенной в долине Бекаа, в 80 километрах от северной израильской границы. Агентура сообщала о том, что шейх, приезжая домой, ограничивался небольшим количеством охранников, поскольку этот район находился под полным контролем сирийской армии и «Хизбаллы». Опасность провала операции была, конечно, велика, но несоизмеримо ниже, чем высадка в Бейруте. После непродолжительного совещания с командиром «Сайерет Маткаль» было решено, что подразделение вполне может справиться с поставленной задачей. Местом похищения шейха был выбран его дом в деревне Каср Наба.
В сборе информации было задействовано все разведывательное сообщество Израиля[45]. Несмотря на то что о самом шейхе было многое известно, оставалось еще очень много белых пятен. Ни один из командиров спецподразделений ни при каких обстоятельствах не рискнул бы отправить своих людей в самое логово врага, обладая только общей, пусть и обширной информацией. Чтобы спланировать операцию, необходимо знать мелочи. В скором времени спецназовцы знали точное строение виллы шейха, план расположения всех комнат, даже толщину решеток на окнах. Знали текущее состояние здоровья шейха. В Израиле мало кто верил, что шейх способен оказать серьезное физическое сопротивление или попытается убежать. Однако агентура сообщала, что шейх никогда не расставался с пистолетом, пряча его на ночь под подушку. Поэтому спецназовцам был дан однозначный приказ: в случае, если Дирани дотянется до оружия и подвергнет опасности кого-нибудь из группы захвата, не раздумывая, расстрелять его. Безусловно, это было бы провалом операции, но захват шейха ценой гибели спецназовца был несоизмеримо большим провалом. Есть ли смысл спасать штурмана Рона Арада ценой жизни другого военнослужащего? Папка шейха Дирани содержала точную информацию о всех членах семьи и постояльцах дома. Место нахождения каждого боевика «Амаля» и «Хизбаллы» в районе дома шейха и его деревни Каср Наба. Пути отхода группы захвата, погодные условия, тщательно продуманы маршруты полета, а также десятки отдельных деталей, жизненно необходимых спецназу для выполнения задания.
К концу 1993 года все было готово к похищению шейха Мустафы Дирани. Необходимо было только получить разрешение премьер-министра Ицхака Рабина. Однако зеленый свет на проведение операции тогда так и не был дан. К концу 1993 года у разведывательного сообщества Израиля появился шанс «бескровно» получить информацию о Роне Араде. С одной стороны, на подготовку операции были потрачены огромные бюджетные средства. С другой стороны, похищение шейха неминуемо вызвало бы международный скандал и новую волну террора. Взвесив все «за» и «против», Ицхак Рабин никак не мог определиться и в конечном итоге отложил операцию на неопределенный срок. Позже, когда Рабин все же решился отдать приказ о похищении шейха Мустафы Дирани, уже было упущено время. Операцию пришлось готовить заново. Во-первых, часть бойцов группы захвата уже успели отслужить срочный срок армейской службы и уволились в запас. Во-вторых, необходимо было «освежить» разведывательную информацию. В-третьих, изменились погодные условия, что также следовало принять во внимание. И, самое главное, выяснить точно, когда шейх Мустафа Дирани собирается вновь посетить свой дом в деревне Каср Наба.
Весной 1994 года в «Моссад» поступила информация о том, что шейх Мустафа Дирани собирается навестить свой дом в Каср Наба в канун мусульманского праздника Жертвоприношения Ид эль-Атха[46], чтобы отметить его в кругу семьи. Тогда же на секретном совещании у главы израильского правительства была назначена окончательная дата операции: 21 мая 1994 года.
Каср Наба, маленькая деревушка, раскинулась в труднодоступном горном районе. Несмотря на то что вилла шейха находилась на самой окраине деревни, подход к ней был крайне затруднен. Высадка в этом районе, к тому же в ночное время суток, требовала от пилотов вертолетов высочайшего мастерства. Вечером 21 мая 1994 года два транспортных вертолета «Ясур», на борту которых расположились бойцы «Сайерет Маткаль», в сопровождении группы боевых вертолетов вылетели в направлении Бейрута. Идя на небольшой высоте над морем, вдоль ливанского побережья, эскадрилья достигла заданной точки севернее Бейрута и повернула на 90 градусов на восток, в сторону долины Бекаа. Вертолеты совершили незаметную посадку в пяти километрах от деревни Каср Наба, под самым носом у сирийского военного контингента, полностью контролировавшего этот район. Задние люки «Ясуров» откинулись, и из них выехали два джипа с бойцами «Сайерет Маткаль», входившими в группу захвата. Остальные спецназовцы залегли широким радиусом вокруг вертолетной эскадрильи. Трудно было сказать, кому сейчас легче. Тем, кто двинулся в деревню, или оставшимся прикрывать вертолеты. Здесь, в глубоком тылу врага, в окружении боевиков «Хизбаллы» и сирийских солдат группа прикрытия напоминала неподвижную мишень. Если в случае с похищением шейха Убейда на всю операцию отводились считаные минуты, то сейчас группе захвата было приказано не только захватить шейха Дирани, но и провести тщательный обыск на его вилле. На всю операцию могло быть потрачено несколько часов.
