пологи непрохождения звука, и прочие не менее значительные и не более положительные мои сомнительные достижения в области магии.
— Следующее слово — «tine». Уже слышу, как кто-то верно выкрикивает. Да, ребята, это огонь. На самом деле, как ни странно, большая часть базовых заклинаний, которые используются магами всех специализаций, состоят именно из огня и воздуха, потому что эти две стихии наиболее универсальны для общих целей. И сразу перепишете ещё одно слово — «ulbe». Кто-нибудь сможет сказать, что означает это слово?
— Это земля? — спросил адепт, который по инерции продолжил перечислять стихии.
Но я уже знала, что он неправ, потому что видела в конспектах Фаи, что это удар.
— Попались, адепты. Нет, это удар. Универсальное слово, может применяться с «saala», «aeir», «tine» и многими другими, которые мы ещё не успели изучить и которые не входят в наш курс. Теперь запишите последнее на сегодня слово — «draht».
Мне стало чуть тяжелее дышать и как-то сразу жарче, когда вспомнила, как подожгла шторы и как потом магистр Делмор объяснял мне, почему это случилось.
— Сразу хочу отметить, что многие адепты почему-то начинают читать предпоследний символ как «h», вместо того чтобы просто удлинить предыдущую гласную, что грозит неконтролируемым выбросом огня. У нас так и волосы успели себе подпалить некоторые, и мантии, и даже ковры в кабинете для концентрации у магистра Зириана.
На следующем предмете, истории магического мира, нас ждал внезапный контрольный опрос от магистра Мора.
— Вставайте, адептка. И расскажите нам, пожалуйста, в чём суть Норлинского соглашения, когда оно было заключено и между какими сторонами, — лютовал преподаватель, решив посвятить всю пару групповой пытке, которую он называл контрольным опросом.
Все адепты разом стали тише, ни одного смешка на расстоянии десяти квадратных метров. Каждый пытался стать как можно незаметнее и слиться с окружающей обстановкой. Несчастная адептка, что по случайности попалась на глаза магистру Мору, вся помрачнела и осунулась, что сразу навело на мысли о том, что ответа она не знает. И не только меня, уж у преподавателя точно глаз должен быть на такое намётанный.
— Мы вас внимательно слушаем, адептка. А то все пары до этого вы так активно обсуждали что-то со своими соседками. Наверняка, вы обсуждали трудные моменты в истории Ювельского королевства, в которых не могут сойтись даже именитые историки. Думаю, такую мелочь, как Норлинское соглашение, вы точно должны знать. Поэтому я жду ответа, — злился магистр Мор, который уже достаточно натерпелся плохо его слушающими адептами и копил недовольство для такого вот опроса.
Он тяжело настукивал какую-то мелодию костяшками пальцев по столу, напоминающую военный марш, как будто муштровал адептов.
Я не сразу догадалась, что вызывал он не всех подряд, а только тех, что ему мешали проводить занятия и ничего не слушали. Когда это поняла, разом стало спокойнее, и я смогла расслабиться, слушая неуверенные ответы или тишину при их отсутствии от адептов. Я-то тихо всегда сидела.
— Ну… Его заключили между Ястором и королевством Тимлор по поводу обмена рыбой и чаем. В году… Ну… 1290 примерно, — едва не заикаясь от напряжения, невнятно проговорила адептка полную чушь.
— Какая рыба? Рыба! Море, омывающее берега Ястора и содержащее в себе настолько высокую концентрацию соли, что на берегах образовываются кристаллы этой, спаси меня Равен, соли! — практически рвал на себе волосы магистр Мор, который очень ревностно относился к достоверности исторических и географических познаний.
— Морская рыба, которой совершенно нет у Тимлора из-за отсутствия доступа к морю, — продолжила себя закапывать адептка, всё сильнее распаляя гнев преподавателя.
— Садитесь уже, адептка! Что за позор на мою голову? Пока я не получу правильный ответ на вопрос, никто из аудитории не выйдет. Есть желающие ответить? — нервно спросил преподаватель, который уже наверняка начал сомневаться в правильном выборе профессии.
Но ни один адепт не захотел отвечать, потому что магистр Мор умел задать трудные вопросы. На самом деле, эта область знаний находилась уже на стыке с более узкоспециализированным изучением истории мира Ан Домхайн, потому что изучать исторические моменты, связанные с конкретной магической специализацией, предполагалось на старших курсах, когда в крови студента уже произошло полное вхождение в силу состава магии, явно выделяя какой-то конкретный. То есть, уже после определения, станет он магом-разрушителем, созидателем или менталистом.
— Никто не желает? Хорошо, я продолжу вызывать сам, — сказал магистр Мор, окидывая плотоядным взглядом аудиторию в поисках новой жертвы.
— Что-то он сегодня совсем злой, — сказала мне Стеф, которая на большинстве занятий просто рисовала в тетради, практически ничего не записывая. Обычно говорила, что то, что ей нужно, и так отложится в памяти.
— И не говори, — тихо пробубнила я как раз в тот момент, когда сканирующий помещение взор преподавателя проходился по моему ряду.
— Адептка Анна, вижу, вы хотите ответить. Я вас слушаю, — скрестил мужчина руки, пытаясь просверлить меня взглядом за разговоры на занятии.
Я вздрогнула от неожиданности, уже не надеявшаяся, что мне не придётся оказаться в рядах попавших под раздачу преподавателя «счастливчиков». Сверкнула злым взглядом в сторону Стеф, которая состроила мину из разряда «а что я?».
— Так, Норлинское соглашение. Насколько я знаю и помню, было заключено между всеми существующими государствами Ан Домхайн в городе Норлин королевства Барвиг в 866 году, которое славится своими магами-менталистами. Последнее дополнение важно, потому что оно касается запрета использования ряда ментальных заклинаний, которые неотвратимо нарушают психику человека, нарушая его развитие и превращая его в инвалида, — как по справочнику, продекламировала я, впервые ощутившая, что достаточно хорошо знаю тему.
— Ну неужели. Я уже отчаялся услышать верный ответ. Садитесь, адептка Анна, вы молодец. Остальные же берите пример. Человек из другого мира знает об Ан Домхайн больше, чем вы, — быстро остыл магистр Мор, которого сильно расстраивала незаинтересованность адептов в его предмете.
Мне же история Ан Домхайн нравилась, потому что в ней было намного меньше бессмысленных перипетий, чем в земной. Мне показалось, что дело в божественном участии. Когда не возникло раскола между дуэтом Весы и Равена, в мировой истории вообще не было никаких войн и раздора. А всем известно в Ан Домхайн, что у каждого короля при дворе есть советники Оракулы, к которым многие прислушиваются. А вот чем ближе
