1. Повествующей о «деле Тухачевского» главе в обязательном порядке предшествует повествование о скандальном снятии с поста главнокомандующего сухопутными войскам вермахта генерал-полковника барона Вернера фон Фрича, который в 1936–1937 гг. возглавлял промонархический антигитлеровский заговор германских генералов. Именно с ним и поддерживали нелегальную связь Кривицкий и Тухачевский. Причем мало того что хронологически непонятно, каким образом оно могло предшествовать «делу Тухачевского», если в реальности было все наоборот, так ведь еще и само повествование о Фриче как бы «утоплено» в массе возможно и интересных, но не имеющих прямого отношения к истории его снятия деталей из жизни нацистских спецслужб.
2. Посвященная «делу Тухачевского» глава в любом издании и на любом языке завершается принципиально одним и тем же выводом.
На английском языке (в переводе на русский): «Таким образом, дело маршала Тухачевского явилось подготовительным шагом к сближению между Гитлером и Сталиным. Оно явилось поворотным пунктом, ознаменовавшим решение Гитлера обеспечить свой восточный фронт союзом с Россией на время подготовки к нападению на Запад». На немецком языке (также в переводе на русский): «Дело Тухачевского явилось первым нелегальным прологом будущего альянса Сталина с Гитлером, который после подписания договора о ненападении 23 августа 1939 года стал событием мирового значения».
То есть в обоих случаях речь идет якобы о «прологе» к Договору от 23 августа 1939 года, на котором, а следовательно, и на СССР, и лично на Сталине, якобы и лежит вся ответственность за Вторую мировую войну. Более того, в любом издании указанному выше выводу немедленно наследует глава, повествующая о разбое гитлеровской Германии в Австрии и Чехословакии. Как будто это произошло после подписания советско-германского Договора о ненападении от 23 августа 1939 года, а не до него. А об открывшем дорогу этому разбою в Чехословакии Мюнхенском сговоре с превеликой неохотой, в буквальном смысле слова процежено сквозь зубы нечто невразумительное, едва уловимое. В этом можно убедиться также путем простого сопоставления названий этих глав, включая и подзаголовки.
На английском языке (в переводе на русский):
1. Глава IV
2. Название: «Оккупация Австрии и Чехословакии»
3. Подзаголовки: «Приготовления к аншлюсу — Прием, оказанный Гитлеру в Вене — Бомба на пути следования — Визит Гитлера к Муссолини — Меры безопасности в Италии — Отношения судетских немцев — Секретный приказ о расчленении Чехословакии — Германия устанавливает протекторат над чехами».
На немецком языке (также в переводе на русский):
1. Нумерация глав отсутствует
2. Название: «Присоединение Австрии и разгром Чехословакии»
3. Подзаголовки: «Подготовка к «аншлюсу» — Вступление в Вену — Гитлер посещает Италию — Конрад Генлейн — Йозеф Тисо — Драматические переговоры с Гахой — Вступление в Прагу — Большой погром 10 ноября 1938 г.».
В названиях одной и той же главы на разных языках, включая и подзаголовки, нет даже и тени намека хоть на какое бы то ни было упоминание Мюнхенского сговора как такового. Ни слова о том, что же стало основой действий Германии при оккупации Чехословакии. Подлинные составители «мемуаров» Шелленберга пытались исподволь сформировать у читателей впечатление, что расстрел Тухачевского и его подельников якобы на основании сфабрикованных нацистами подложных документов, — это не только пролог к Договору 23 августа 1939 г. и Второй мировой войне, но и прежде всего к захвату Австрии и Чехословакии!? Что якобы операцией по подбрасыванию подложного компромата на Тухачевского Гитлер обеспечил себе нейтральность восточного фронта за счет достигнутого союза с Россией, чтобы лучше подготовиться к нападению на Запад!? То есть навязывается мысль о том, что во всем виновата Россия (СССР, Сталин)!? В том числе и в том, что Запад устроил-таки Мюнхенский сговор с Гитлером!?
Столь вольно обойдясь с хронологией, да еще и сопроводив эти «вольности» перестановкой смысловых акцентов в событиях и даже в их очередности, британская разведка стремилась ликвидировать любые возможности для предположений об иной взаимосвязи между ними. Оно и не случайно. Ведь подлинная история зафиксировала только одну-единствен-ную последовательность событий. Май-июнь 1937 г. — ликвидация заговора Тухачевского. Январь-февраль 1938 г. — ликвидация «бархатной» оппозиции германских генералов во главе с Фричем и Бломбергом. Март 1938 г. — аншлюс Австрии. Сентябрь 1938 г. — Мюнхенский сговор Великобритании и Франции с Гитлером. Октябрь 1938 г. — оккупация гитлеровской Германией Судетской области Чехословакии. Март 1939 г. — оккупация Третьим рейхом оставшейся части Чехии и превращение Словакии в марионеточное, подконтрольное Берлину государство. Далее подготовка к нападению на Польшу, откровенное нежелание западных государств сотрудничать в обуздании агрессора и, как крайняя, вынужденная мера, подписание между Москвой и Берлином Договора о ненападении.
Причина, из-за которой «лондонские мудрецы» пошли на такое вранье, проста: после войны, когда в руки стран — членов антигитлеровской коалиции, в том числе и СССР, попало громадное количество документов Третьего рейха, опасность разоблачения такой связи была громадной. Тем более что Советский Союз сразу же начал систематическую публикацию различных нацистских документов — как в инициативном порядке, т а к и в качестве «сдачи» на многочисленные хамские выпады Запада, уже тогда пытавшегося переложить на СССР историческую ответственность за возникновение войны. Массированные же нападки на СССР, тем более со стороны Великобритании, означали, что раскрытие ее роли в организации пролога к Мюнхенскому сговору было крайне нежелательно. Еще бы! Ведь именно таким образом и была прорублена прямая магистраль ко Второй мировой войне! А без этого Гитлер ни при каких обстоятельствах не смог бы приблизиться к советским границам.
В 1937 г. Гитлер всерьез еще не помышлял о нападении на СССР, хотя и примеривался, о чем свидетельствуют упоминавшиеся ранее стратегические командно-штабные игры в конце 1936 — начале 1937 гг. Причем по трем довольно банальным причинам. Во-первых, у него не было коридора прохода к границам СССР. Тем более не было плацдарма для развертывания войск в непосредственной близости от советских границ. Какую бы политику в отношении СССР ни проводили в то время Польша или Чехословакия, объективная геостратегическая реальность была такова, что полностью против своей же антисоветской, а, по сути-то дела, русофобствовавшей воли они служили буферами между гитлеровской Германией и СССР. Для Гитлера первостепенной задачей было ликвидировать эти буферы. Собственно говоря, именно это-то и составляло главную суть выводов по итогам командно-штабных учений конца 1936 — начала 1937 гг.
Так какой же смысл для Гитлера мог быть в том, чтобы ликвидировать столь «высокопоставленную агентуру», если она тоже не только мечтала о «континентальном соглашении» с Германией, но и реально могла способствовать решению всего спектра самых насущных задач рейха, в том числе и военно-геополитических, военно-экономических и т. п.?!
Во- вторых, вермахт того периода хотя и быстро рос как в количественном, так и качественном отношениях, однако именно тогда он был еще весьма слаб. Настолько, что раздавить его могла даже регулярная армия Чехословакии, тем более подкрепленная возможностями готового встать на защиту своей родины двухмиллионного ополчения. А уж при поддержке Франции и СССР, как оно и предусматривалось уже неоднократно упоминавшимися договорами 1935 г., -от вермахта не осталось бы и мокрого места. Даже через год после ликвидации заговора Тухачевского Гитлер по-прежнему панически боялся даже тени намека на возможность вмешательства С С С Р в его внутриевропейские раз б о р к и. И потому следующий вопрос — какой же был смысл Гитлеру ликвидировать столь «высокопоставленную агентуру», если, опираясь на нее, он мог бы устранить даже саму вероятность участия России в войне против Германии?!
В- третьих, Гитлеру прекрасно было известно, что СССР ничего не замышляет против Германии, тем более нападения на нее, в том числе и в 1937 г. Кстати говоря, знали об этой осведомленности нацистского руководства и на Западе, а в Кремле знали об осведомленности Запада о том, что Гитлер
знает. В добытой советской разведкой копии телеграммы от 8 января 1937 г. американского посла в Берлине У. Додда на имя госсекретаря США говорилось, что «конфиденциальные доклады, которыми располагает командующий сухопутными войсками Германии Фрич, убеждают руководителей рейхсвера, что Германии не грозит опасность со стороны СССР в течение ряда лет и что вооружения СССР предназначены не для наступательных, а для оборонительных действий…»[48]. Получается, что с какой стороны ни возьми, в первой половине 1937 г. для Гитлера не было никакого резона пускать «под нож» столь «высокопоставленную агентуру» германского рейхсвера, как на том настаивает «версия Шелленберга».
