я из-подо лба глянула на папу, сжав губы.
– А что с Ашкалом?
– Будем держать его в темнице, пока Ялдаваоф не решит прийти за сыном.
– Он не придет, – отрезала я.
– Почему ты так думаешь?
– Потому что ему плевать на сына. Он держал его в Небытие тысячи лет. У него нет отцовского инстинкта. Он не любит его, – мне стало досадно за парня, ведь он не выбирал каким ему родиться.
Так же, как и я.
– У тебя есть другие варианты?
– Ашкал знает, что отец пользуется ним, – я задумалась. – Ему больно. Эта боль может заставить его изменить свои приоритеты.
– Ты хочешь переманить его на нашу сторону? – спросил Микаель.
Я завертела головой «нет».
– Я уверена, что смогу переманить его на нашу сторону.
Архангел отправил меня обратно в школу, чтоб я обдумала все сказанные ним слова.
Я направлялась через холл к себе в комнату. Вокруг носились мертвые, кто уже одет в официальных нарядах, кто наполовину готов. Но все они очень ответственно относились к этому мероприятию. Еще бы, некоторые из них ждали этого несколько лет, ведь принятия стороны – это не ежегодный бал мертвых. Это же действо происходило здесь намного реже.
Церемония принятия стороны была запланирована слишком скоро. И я не была готова к этому от слова «совсем». Меня пробрала дивная дрожь изнутри. Нужно успокоиться и мыслить трезво. Если я хочу иметь голос, если я хочу помочь Небесам, Касу, своим друзьям, то я должна принять сторону!
Я захлопнула дверь за собой, войдя в свои покои, и окликнула соседку, но никто не ответил. В помещении было пусто, что позволило мне окунуться в свои размышления.
Проплывающие мысли о Касе чуть не заставили меня расплакаться. Но этого не произошло, потому что в дверь постучала Лиза.
– Привет, подруга, ты как?
– Привет, – я жестом пригласила ее войти.
– Не вижу уверенности во взгляде, – улыбалась она. – Ты не готова к сегодняшнему мероприятию?
– Я не знаю…
– Мы тебя нарядим, накрасим, и ты точно воодушевишься.
– Лиз… Дело же не во внешнем виде…
– Ты не выбрала сторону?
Я смотрела сквозь подругу, думая не о сторонах, по большей части. Принять сторону означало сделать выбор в моей личной жизни. На каком-то инстинктивном уровне мне казалось, что Люцифер возненавидит меня, будь я ангелом, словно я предам его. И в этот миг я поймала себя на понимании того, что я беспокоюсь сильнее о том, что подумает демон, а ни кто угодно другой.
– Эта жизнь просто не для меня, – я выдохнула.
– Алекс, ты никогда не была обычным человеком. От того, что ты узнала об этом сейчас, ничего не меняется. Ты нефилим. И ты нужна этому миру.
Я закрыла глаза, задрав голову к верху, и постаралась отпустить все накаляющие меня эмоции.
– Мы справлялись и с вещами похуже, – усмехалась рыжая.
Мои внутренние желания, моя боль, мое естество – ничего этого не имело смысла, если этот мир погибнет. Больше не будет как прежде. Когда внутри тебя что-то умирает – ты никогда не сможешь стать прежним. Внутри меня, казалось, уже и вовсе не осталось той прежней Алекс. Она умерла в тот день, вместе со смертью отца. А потом снова со ссылкой Каса в Небытие. И еще раз вместе с Адамом. Я никогда не смогу вернуться на исходную позицию. Теперь можно либо застрять тут, либо двигаться дальше.
– Ты права, Лиз. Сегодня все изменится.
И чтоб начать, что-то менять, я в первую очередь должна поговорить с Люцифером и Касом. Все должно быть правильно. Я… Я должна сделать выбор, который, в общем-то, приняла еще много месяцев назад.
– Найду Мэнди? Ты же хочешь выглядеть на все сто сегодня?
– Мэн наряжать нас только в радость.
Лиза испарилась, сказав, что вернется сюда с нашим стилистом, а я принялась убирать на столе. После инициации мне больше не понадобятся тетрадки и старые книжки, ведь я буду учиться в классе с ангелами и демонами.
Откладывая в сторону кипу очередных блокнотов и записей, я наткнулась на книгу, подаренную мне Люцифером. Волна приятных воспоминаний прошлась моим организмом.
Я присела на кровать и открыла на произвольной странице свою любимую прозу. Мое внимание привлекла ровно подчеркнутая простым карандашом строчка: «Человек не для того создан, чтобы терпеть поражения. Человека можно уничтожить, но его нельзя победить».
Демон говорил, что книга не новая, а по всей видимости его. Меня тронуло до глубины души выделенная цитата. Люцифер, который всем своим нутром ненавидел смертных, подчеркнул слова именно о них.
Я решила полистать еще несколько листов и вновь наткнулась на серый карандаш.
«Два раза ничего не повторяется».
И что бы для него это могло значить?
Листая дальше, я уже намеренно искала выделенные цитаты демоном, но ничего не попадалось под руку. Я приуныла, но на одной из последних попыток я увидела самую главную фразу для себя, точно так же подчеркнутую простым карандашом.
«Пусть она думает обо мне лучше, чем я на самом деле, и я тогда буду и в самом деле лучше».
Странная дрожь от испытуемых эмоций окатила меня. Все, что делал Люцифер, доставляло уйму проблем, заставляло меня пылать синим пламенем, и видеть мир без розовой призмы. Но благодаря ему, каждый раз я чувствовала себя живой! Я ощущала себя человеком. А это все о чем я мечтала с момента попадания на Небеса. Быть человеком. Я не хотела терять его.
– Я не могу больше это слушать, – Мэнди ворвалась в помещение, притянув за собой Лизу.
– Я говорила ей, что подслушивать не хорошо, – стала оправдываться рыжая.
– Я не подслушивала! Просто ты, – демоница указала на меня пальцем. – Думаешь слишком громко!
– Мэнди!
– Что? Я должна сказать это! Потому что ты делаешь это постоянно!
– Что я делаю?
– Думаешь о нем! Твоя энергия меняется. Ты перестаешь ее контролировать, когда думаешь о Люцифере. И
