ты отрезал его ему?!
И снова собравшиеся загудели, но теперь в этом гуле присутствовало чувство сомнения в словах Руса. Возникла классическая вилка: слово против слова, да еще равных по статусу спорщиков.
– Зачем мне это? Если говорить откровенно, Истр никогда звезд с неба не хватал, он не был для меня опасен, если ты об этом.
– Чтобы еще больше возвыситься над остальными! – начал указывать Коман на присутствующих здесь же Леха, Чеха, Кия и других сыновей Пана. – И чтобы уничтожить через эту интригу меня! Так он потом до всех доберется!
«Вот же змея подколодная!» – мысленно ругался Рус, чувствуя, что в глазах остальных все может обернуться против него самого.
Но тут Коман, распалившись, допустил ошибку, продолжив обличительные речи. Не зря говорят, что во всем надо знать меру, и про то, что молчание – золото. Но, увы, сказалась молодость, коей свойственна излишняя порывистость, стресс опять же из-за тяжелого обвинения и желание вывалить как можно больше доводов в свою пользу, ну и еще такой фактор как вино – опьянение тоже не способствует критичности мышления и при этом хорошо развязывает язык.
– И вообще, ты все это придумал! Чтобы укрепить свои позиции в глазах отца, ты решил приплести богов, дескать они с тобой говорили и через тебя предупредили об опасности со стороны авар! А на самом деле ты об этом как-то узнал от тех же торговцев, вот и решил сплести все вместе и повысить свой авторитет за счет божественного проявления!
– Вот как? А как же подтверждение события со стороны Ведомира?
– Сговор! Ты сговорился с ним! Что-то ему пообещав за его поддержку!
«А вот это он зря», – мысленно усмехнулся Рус.
Если сказанное ранее еще могли воспринять и принять, пусть с оговорками, но все же… то вот то, что верховный жрец Сварога пошел на какой-то сговор… это уже сильно сомнительно. По факту – святотатство. Не то сейчас восприятие мира, в богов верят искренне и истово, люди всюду видят подаваемые им знаки, в природных явлениях и самых неожиданных вещах, вплоть до того, что ветер перышко птички мимо пронесет, а значит, в понимании людей, стоит только кому-то, в том числе и жрецу (ему как бы не в первую очередь), прикрыться именем бога в такой сомнительной задумке, как неизбежно последует божественное наказание.
И вот тут уже встает вопрос, как сам Коман вообще допустил возможность того, что бог может спустить кому-то такое злодеяние-святотатство с рук. Влияние бабки, в прошлом христианки? Для верховных иерархов уже вошло в привычку прикрывать свои мерзости именем бога, дескать ему так угодно… Учитывая, что Елена не являлась простой селянкой, то и для нее такое отношение естественно, тем более если она не уверовала в славянских богов, оставшись в душе христианкой, то для нее возможная кара того же Сварога – пустой звук. Рус даже подумал, что Коман может вообще оказаться тайным христианином, но такого обвинения он, конечно, бросать не стал – не доказать.
– И что же я мог такого пообещать Ведомиру?
– Больше власти и богатства, когда станешь каганом!
– Вот как? – послышался голос в дверях.
В зал вошел сам Ведомир со своим помощником-преемником.
– И что же за дополнительную власть я получу?
Коман стушевался под тяжелым взглядом жреца и промолчал, не то осознав, что наговорил лишнего, не то просто по каким-то причинам не желая говорить…
– Молчишь… Может, просто не знаешь, повторяя слова своей бабки Ели? Ну да ладно, не будем об этом… пока. Что до слов этого отрока неразумного о том, что я сговорился с Русом, это не так. Клянусь в этом своей душой, и пусть ее пожрет Чернобог, если я лгу.
Присутствующие загудели. Клятва более чем серьезная.
– Сварог действительно явил свою суть перед Русом, поведав ему о многих вещах и предупредив об опасности со стороны авар.
– Благодарю тебя, Ведомир, – после короткой паузы сказал Пан, явно прилагавший усилия, чтобы выглядеть достойно и невозмутимо, как положено верховному правителю. – Истр, за свое предательство – привод на нашу землю степняков-гуров, чтобы они напали и разорили наши городища, с целью убийства твоего брата Руса, а также прочих братьев и сестер с другим людом, – ты приговариваешься к смерти у столба…
Истр вздрогнул, и его можно понять. Та еще смертная казнь. Во время нее вспарывают живот, вытягивают кишку и прибивают ее конец к этому столбу, после чего жертву заставляют ходить вокруг столба, наматывая на него свои кишки.
– Коман, – продолжил каган, тяжело роняя слова, заставив того вздрогнуть, побледнеть и расширить глаза от ужаса. – Истр подтвердил, что именно ты науськивал его привести кутригуров, но ты это отрицаешь…
– Да! Клянусь, что это ложь!
– Что ж, слово против слова… И значит, все должен решить божий суд.
Все с некоторым удивлением посмотрели на кагана, подумав, что Коман будет биться с Истром.
– Но Истр уже приговорен, и значит, ты будешь биться с его заменой.
– Я заменю Истра, – сказал Рус.
– Да будет так. Бой состоится завтра с первыми лучами солнца. Казнь состоится сегодня, на закате…
Сказав это, Пан все-таки встал и, шаркая ногами, вышел из зала в свои покои. Коман, прошипев что-то нечленораздельное Русу, выскочил из помещения.
Увели Истра. Удалился вместе с жрецом Рус. Остальные остались в зале, начав обсуждать произошедшее между собой, не забывая опрокидывать в себя брагу.
52
Казнь Истра оставила гнетущее впечатление. Ведомир вспорол ему живот ритуальным ножом, вытащил кишку, обрезал ее, а его помощник Богумил прибил ее к столбу. Истр, словно сомнамбула, тяжело дыша, начал обходить его по часовой стрелке. Стоило ему только замереть на месте, как Богумил бил по спине казнимого хлыстом, и тот продолжал движение, и так до тех пор, пока все нутро не оказалось намотанным на столб.
Судя по поведению Истра, ему дали перед казнью что-то, затуманивающее мозги и боль, да и сомневался Рус, что можно вот так, в твердой памяти, ходить на своих двоих…
После того как Истр скончался, его все-таки сожгли, обложили хворостом прямо у столба и запалили гигантский костер, а то для большего позора могли на куски разрубить да в реку бросить.
Спал после такого зрелища Рус отвратно, сначала долго не мог заснуть, потом снились кошмары. Хотелось напиться, но делать это было, мягко говоря, опрометчиво, ведь с первыми лучами солнца должна состояться дуэль – божий суд, а драться насмерть с похмелья – это даже не глупость.
Проснулся Рус незадолго до рассвета
