Зубчатые скалы, огромные гранитные глыбы, которым ветер и столетия придали причудливую форму, создают вдоль пути фантастические кулисы. Термометр показывает 36 градусов внутри машины, а на солнце стрелка останавливается на 52. У дороги валяются выбеленные солнцем скелеты верблюдов. Затем колея на время приближается к Нилу, и в Агабе встречается с железной дорогой. Вслед за тем перед вами снова появляются горы, напоминающие изображения Китайской стены в школьных учебниках. Дорога ныряет бесчисленными зигзагами между выветренными скалами точно так же, как и плоский гребень стены, которая когда-то служила защитой Китаю от нападения монголов с севера.
Солнце постепенно склонялось к западу, когда мы миновали живописную деревню, строения которой террасами буквально лепились к скале. Вскоре перед нами снова появился Нил, а в сумерках мы выехали на асфальт. Кажется странным, что на этом куске асфальта кончается дорога на юг. В Асуане заканчивается и железная дорога. Единственным транспортным средством, соединяющим север Африки с югом, остается нильский пароход.
Вакуум между Каиром и Кейптауном
Во время подготовки к путешествию вокруг света, когда мы кропотливо собирали карты из всех возможных источников, нам удалось запастись довольно точной информацией о состоянии, километраже, проходимости в различные времена года и трассе дорог почти всех стран, через которые лежал наш путь. В нашем архиве имелась копия карты дорожной сети на Суматре и вновь строящихся участков стратегического шоссе в Бирме. Мы заранее изучили диаграммы подъемов на дорогах Эфиопии, отдельные высоты горной дороги у Памира и недостроенные участки южноамериканской автострады, соединяющей Бразилию и Аргентину с Мексикой.
Лишь наземное сообщение между верхнеегипетским Асуаном и суданским Хартумом оставалось для нас таинственной загадкой. Ни в одном из десятков новейших описаний путешествий не было никаких упоминаний о том, возможен ли проезд по этому участку. Все экспедиции, которые когда-либо направлялись с севера на юг, доходили до Асуана, а дальше поднимались только по Нилу. Ни в специальных библиотеках, ни в комплектах дорожных карт не было ни малейшего намека на подробные данные о местности, расположенной к югу от Асуана. Попытки заполнить этот вакуум протяженностью более чем в тысячу километров терпели неудачу.
Лишь в американском военном атласе 1945 года на очень крупномасштабной карте Африки была нанесена коммуникация между Асуаном и Вади-Хальфой по западному берегу Нила, но и на этой карте она занимала каких-нибудь 12 миллиметров. О доступности и характере местности не было никаких упоминаний.
Поэтому незадолго до отъезда из Каира мы побывали у английского полковника Ле-Блана, который был начальником транспортной группы штаба маршала Монтгомери во время североафриканской военной кампании и считается одним из лучших знатоков транспортных условий в этих местах. Несколько месяцев тому назад он закончил пробную поездку по Египту и Судану. От Асуана ему удалось добраться на двух «виллисах» до Вади-Хальфы, следуя по восточному берегу Нила, однако при этом пришлось испытать необычайные трудности, несмотря на то, что он ехал на специально оборудованных для бездорожья машинах. Напрасно добивались мы в Каире через Суданское агентство разрешения суданского правительства на проезд по пустыне к югу от египетской границы. После длившихся несколько недель хлопот нам пришлось удовольствоваться обещанием, что ответ будет сообщен нам по телеграфу в Асуан. В соответствии со строгими предписаниями суданских властей проезд между Вади-Хальфой и Хартумом разрешался лишь в особых случаях колоннам автомашин, да и то только с начала октября и до конца июня, то есть в бездождный период. Отдельным машинам разрешения вообще не выдавались.
Первые общие сведения о Нубийской пустыне мы получили от Суданского агентства в Каире, однако подробных карт нельзя было получить и здесь. В Египетском автоклубе мы достали отрывочное описание пути, проделанного Ле-Бланом, с примерным маршрутом и перечнем самых трудных участков дороги по восточному берегу Нила. Частные сведения, полученные от отдельных лиц, с которыми нам приходилось сталкиваться, были настолько противоречивы, что ни одно из них нельзя было принять всерьез.
Вступление на «ничейную землю»
По европейским дорогам не принято ездить с компасом на коленях.
Не ездят так и в Африке, во всяком случае, на северном побережье, где автомобилист сейчас может наметить точный маршрут от Касабланки до Александрии и не отклоняться от него, ибо путь, превышающий шесть тысяч километров, он проделает по асфальту, хотя местами и дырявому, причем его будут вести более или менее приличные дорожные указатели.
Ездить с компасом не принято и у египетских границ на юг от Асуана.
После окончания войны такие поездки совершали отдельные группы демобилизованных южноафриканских солдат, которые хотели попасть домой, не дожидаясь, пока их через год или два доставят туда ставшие редкими океанские пароходы. Несколько колонн специально оборудованных машин, нагруженных главным образом лишь необходимым запасом воды и бензина, проделало этот путь, но потом это не удалось двум экспедициям. Прошло несколько дней, прежде чем аскеры на верблюдах отыскали полузанесенные песком грузовики. В пустыне выкопали общую могилу, а возвратившись в Шеллаль, аскеры направили военному министерству в Каире краткое служебное донесение о случившемся.
Не удивительно поэтому, что теперь автомобилисты вместо того, чтобы ездить с компасом на коленях, предпочитают спокойно опираться о борт нильского парохода, пробирающегося вверх по течению самой большой реки в мире. При такой поездке у них достаточно времени как для созерцания коварной пустыни, так и для разработки плана продолжения пути по суше от Хартума на юг.
Вот почему мы потратили долгих шесть дней в Асуане на переговоры с египетскими властями, на телеграммы, объяснения, доказательства, убеждения, снова телеграммы и ожидание…
— О, это трудно, — сказал нам асуанский мудир, глава административной власти Верхнего Египта, прочитав в своей канцелярии рекомендательное письмо из Луксора. — Очень трудно. Все, что я могу сделать для вас, это поговорить с капитаном пограничной стражи. У него свои инструкции. А разрешение из Каира у вас есть?..
— Нет. Там нам сказали, что разрешение выдается в Асуане…
