– Объясняю, – Кельвин устало вздохнул. – Хрусталь-Ключ открывает круглые врата Сада Желаний. Не спрашивай меня что такое "круглые врата" – я сам их никогда не видел. Знаю только, что в этом Саду, о котором я говорю, исполняются все желания. Именно ради того, чтобы найти Сад Желаний, мы покинули Сферу Серого Солнца и направлялись сюда, в Архипелаг. Ты один из лучших магов, Хитроцельс, и ты должен знать, что прямой дороги из Сферы в Архипелаг уже давным-давно нет. Поэтому сперва нам пришлось воспользоваться Треугольным Лазом, который приводит на планету Джангл. Там, на Джангле, мы намеревались достичь Белого Дольмена, который, если ты знаешь, умеет перебрасывать путников в тридцать три разных мира. Нас, разумеется, интересовал мир под названием Земля. И когда мы сделали один-единственный привал на пути от Треугольной Двери к Белому Дольмену, этот вот лопоухий негодяй, – Кельвин, не оборачиваясь, указал через плечо на Тишу, – украл у нас Хрусталь-Ключ! Он вскочил в круглую посудину, на которой эти примитивные существа путешествуют с планеты на планету, и был таков!
– Так-так, это я все понимаю, – покивал Хитроцельс. – И мне не составляет труда догадаться, что в конце концов вы все равно направились к Белому Дольмену, все равно переправились на Землю и преследовали хомо элефантикуса до сего момента. Но я так и не услышал, почему Хрусталь-Ключом можно будет через неделю только бутылки открывать?
– Все дело в том, – вступил Корвин, – что еще в Сфере Серого Солнца нам было дано очень двусмысленное и туманное прорицание. Оно гласило, что круглые врата будут доступны лишь пять дней после появления в небесах второго солнца. Но, несмотря на прорицание, мы не отказались от своего путешествия и решили все равно отправляться в Архипелаг, чтобы во всем разобраться на месте. Ведь, как ты знаешь, прорицания бывают самые удивительные и странные. Очень часто их подлинный смысл не совпадает с буквальным значением слов. Могло, например, оказаться, что "Солнце" – это название какого-нибудь воздушного шара. Или еще что-нибудь в подобном духе... Никто из нас и предположить не мог, что это прорицание имеет буквальное значение! Но раз уж мы воочию видели восход второго солнца, значит и "пять дней" следует понимать буквально!
– Ха, это просто потому, что вы не приняли во внимание гениальность Хитроцельса Великого! – морда дракона-волшебника расплылась в самодовольной зубастой ухмылке. – Что ж, прорицание звучит вполне правдоподобно, ибо научно. Ведь, если вдуматься, появление Солнца Хитроцельса не могло не сказаться на свойствах этих ваших круглых врат, ведущих в Сад Желаний. А может быть и самого Сада Желаний! И, таким образом...
– Дражайший Хитроцельс! – взмолился Кельвин. – Мы с радостью заслушаем твои соображения о свойствах круглой двери, но – в другой раз! А сейчас я прошу тебя рассудить все по справедливости, то есть – вернуть нам Хрусталь-Ключ и разрешить нам наказать по нашим законам подлого вора, из-за которого между нами с тобой вышло то досадное недоразумение на острове До Свиданья!
Хитроцельс покачал головой.
– Не так быстро, господин Кельвин. Я, знаете ли, во всем люблю ясность и логику. Вот, скажем, я приму на веру все ваши слова и отдам вам Хрусталь-Ключ. Но возникает резонный вопрос: а куда вы его намерены засунуть? Может быть, я чего-то не расслышал, но, кажется, местоположение означенного Сада Желаний вами не оглашалось?
– Все дело в том... – голос Кельвина был лишен обычной уверенности. – Все дело в том, что мы пока не знаем, где находится Сад Желаний... Его местоположение связывают с каким-то Четвероистоком... Но мы не знаем, что такое Четвероисток!
– И я о таком первый раз слышу, – пожал плечами Хитроцельс. – Я вообще не уверен, что место с таким названием существует в Архипелаге по сей день. Таким образом, мы возвращаемся к исходному: раз вы не можете найти Сад Желаний, значит вам и Хрусталь-Ключ не нужен, а раз он вам не нужен, я могу забрать его в свою лабораторию!
– Тогда, раз нам Хрусталь-Ключ не нужен, значит и ты, Хитроцельс, нам не указ. И мы можем спокойно перейти к следующему пункту: наказанию вора и его пособников. Наказывать их мы будем смертью и никак иначе, – будничным тоном сказал Корвин. – Таковы суровые, но справедливые законы Сферы Серого Солнца.
Оба витязя, как по команде, повернулись к Денису и Тише. То, что матросы Страхена давно утащили их мечи от греха подальше, их не смущало: судя по их горящим холодной ненавистью глазам, они были готовы разорвать Тишу голыми руками.
И вот когда их судьба снова повисла на волоске, Денис вдруг понял, что злоключения на Мокреце были не напрасны! Очень даже не напрасны! Ведь, перечисляя чудеса Броселианда, фея Бефинда среди прочего упоминала и Четвероисток! И нужно быть полным тупицей, чтобы не догадаться, откуда берется это название: от общего истока четырех ручьев, которые струятся через Броселианд и впадают в ту самую бухту, где они с Максимом посадили на мель ладью Твердислава Зуболомича!
А значит, он, Денис, владеет бесценной информацией! Которой нет ни у бледных витязей, ни у Хитроцельса, ни у капитана Страхена!
Не дожидаясь, когда Корвин и Кельвин направятся к нему, Денис превозмог страх и первым сделал три шага навстречу бледным витязям. Краем глаза он видел, что Леся и Максим стоят в дверном проеме домика и с опаской наблюдают за разворачивающимися на борту левиафан-каравеллы событиями. "Стой, ты куда?" – тихонько пискнул за его спиной Тиша, но Денис даже не обернулся.
– Господа витязи, – сказал он, – Четвероисток найти не так уж и сложно...
– Ты знаешь где он? Говори! – Кельвин решительно шагнул к нему, но его остановил грозный окрик Хитроцельса, который на удивление быстро ориентировался во всех переменах обстановки:
– Только попробуйте тронуть Дениса или кого-то из его друзей пальцем – и я вышвырну Хрусталь-Ключ в море!
– Мы его не тронем, – пообещал Кельвин Хитроцельсу и снова повторил свой вопрос:
– Так ты знаешь?
– Да, знаю, – спокойно кивнул Денис. – И, если уж для вас так важно попасть туда как можно быстрее, мы с друзьями поможем вам туда добраться. Тем более, что нам очень стыдно перед вами за то, что наш друг Тиша оказался воришкой. И все-таки, нам не хотелось бы, чтобы его наказывали. Ведь он даже представить себе не мог, насколько украденная им вещь для вас важна. Верно, Тиша?
– Совершенно верно! – моментально согласился приободрившийся шошарр. – Не имел ни малейшего представленья! Я был уверен, что это обычный штопор! Думал, возьму сувенирчик себе на память! У нас на Джангле есть такой обычай: если видишь бесхозный штопор – можешь взять его себе на счастье...
Тиша начал врать так вдохновенно, что, если бы только Денис не знал его, как облупленного, мог бы даже на минуту поверить – насчет обычая воровать бесхозные штопоры и так далее. Чтобы тарахтенье шошарра не разозлило бледных витязей и не сорвало переговоров, Денис поспешил властным жестом прервать излияния своего инопланетного друга и сказал:
– В общем, если вы поклянетесь нас не трогать, то, я думаю, господин Хитроцельс Великий поклянется, в свою очередь, никуда не отлучаться с "Веселого Голландца" и вернуть вам Хрусталь-Ключ, как только мы окажемся возле Четвероистока. Еще нам, конечно, потребуется разрешение капитана Страхена на немедленное изменение курса "Веселого Голландца". Ведь Четвероисток находится вовсе не на Буяне. А где именно – о том я скажу на ушко одному лишь капитану Страхену.
– Да к чему все эти сложности? – удивился Корвин. – Если мы дадим вам честное сферическое слово никого из вас не трогать, господин Хитроцельс может смело отдавать нам Хрусталь-Ключ, а ты – во всеуслышание заявить, где находится Четвероисток!
Денис покосился на Хитроцельса. Волшебник скроил скептическую мину.
– Пусть у каждого будет своя часть тайны, – сказал Денис. – Я знаю про Четвероисток, у Хитроцельса есть Хрусталь-Ключ, а вы наверняка знаете как именно с его помощью отпереть круглые врата Сада Желаний.
– Знаем, – согласился Корвин. – Там целая поэма из заклинаний.
– Ладно, будь по-вашему, – сдался Кельвин. – В конце концов, я вижу, что все вы – отважные, достойные и умные люди. Я, конечно, с удовольствием всыпал бы этому ушастому проныре сотню розог... эх... ну, может как-нибудь в другой раз...
ИСТОРИЯ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ. КОНЕЦ КОРОЛЯ-МОЛОТА
Тот безумный вечер, когда звенели клинки и звучали удивительные признания, закончился довольно мирно.
Левиафан-каравелла изменила курс с северного на южный и полным ходом помчалась к Мокрецу.
Тиша, специалист по контрамотам, убрал тикающее волшебное устройство из-под ног Конрада и Кевина, а Кельвин быстро ввел своих недоумевающих товарищей в курс дела.
Грифоны были накормлены заботливым Кубелланом и определены на постой в подходящие домики "Конский №1" и "Конский №2".
