Убедить власть в надобности такой системы в условиях усиливавшейся «холодной войны» труда не составило, тем более что на бумаге все выглядело гладко. Правительство СССР предложение приняло, и 24 марта 1955 года было подписано соответствующее постановление. Новая система ПВО получила наименование «Даль». Согласно документу, ее ракеты должны были поражать цели, летевшие на высотах от 5 до 20 км со скоростью от 1000 до 2000 км/ч на удалении до 160 км от позиции ЗУР, но наземные РЛС должны были обнаруживать противника на расстоянии не менее 300 км.
Эскизный проект системы предписывалось предъявить заказчику во втором квартале 1956-го, а опытные образцы ракет передать на испытания в первом квартале 1958 года. Начало же испытаний системы в целом запланировали на второй квартал 1959 года.
Головным исполнителем и разработчиком ракеты вместе с контуром ее наведения, как и следовало ожидать, стало ОКБ-301. В создании же «Дали» участвовало свыше 20 предприятий различных отраслей промышленности.
Ракета системы «Даль» перед испытательным пуском
В 1956 году требования к «Дали» ужесточили. Теперь она должна была обнаруживать самолеты типа фронтового бомбардировщика Ил-28, летящие на высоте 20 км на удалении до 200–220 км, а размерности Ту-16 на той же высоте – на расстоянии 260–280 км. Что касается крылатых ракет, по своим габаритно-весовым характеристикам близким к самолетам-истребителям, то для них задавались высота перехвата 5 км и дальность от 190 до 200 км.
Эскизный проект системы «Даль» предъявили заказчику с опозданием, в августе 1957 года, что было связано с пересмотром требований к ней. Согласно документу, управление боевой работой «Дали» должно было осуществляться с помощью управляющей электронно-вычислительной машины наведения. Тогда еще свежи были воспоминания о борьбе с космополитизмом, и короткое иностранное слово «компьютер» не вошло в обиход советских граждан.
Согласно эскизному проекту, ЗУР, обозначавшаяся в ОКБ как изделие «400» (после принятия на вооружение – 5В11), была выполнена по одноступенчатой схеме, причем с твердотопливным двигателем. Но когда стало ясно, что достигнуть заданной дальности не представляется возможным, то перешли к двухступенчатой схеме, причем с использованием на маршевой (второй) ступени ЖРД, а сбрасываемый стартовый ускоритель (твердотопливный двигатель ПРД-70, разработанный в КБ-2 завода № 81) – как и на ракете знаменитого комплекса С-75.
Существенным же отличием нового изделия от В-300 стала не только радиолокационная ГСН, но и наклонный старт ракеты, позволивший снизить тяговооруженность и, следовательно, при равном запасе топлива увеличить дальность.
На разных этапах в создании двигателей для маршевой ступени «четырехсотки» участвовали коллективы Д.Д. Севрука, А.М. Исаева, Л.С. Душкина и С.А. Косберга. Именно на долю Семена Ариевича, главного конструктора ОКБ-154, выпала честь создания ЖРД, получившего заводское обозначение Р01-154, а в серии – 5Д11.
Двухкамерный двигатель (при двух работающих камерах развивал максимальную тягу 6 тс, минимальную – 2 тс, а при одной работающей камере 3 и 0,6 тс соответственно) получился удачным и уже на этапе летных испытаний на полигоне Сары-Шаган, расположенном у озера Балхаш, продемонстрировал высокую надежность и простоту в эксплуатации.
Думаю, читателю будет интересно узнать, что для полного использования топлива на маршевой ступени применили вытеснительную систему подачи топлива с использованием мягких синтетических мешков, что, помимо всего прочего, служило эффективным демпфером колебаний жидкости в баках.
Ракета системы «Даль» в экспозиции Артиллерийского музея в Санкт-Петербурге
План 1958 года выполнили, отчитавшись 30 декабря первым пуском изделия «400». В следующем году провели еще 12 подобных пусков, в основном удачно, но об автономной отработке ракеты речь не шла, поскольку смежники опаздывали с поставкой комплектующих изделий. По их результатам доработали ракету, сняв с первой ступени оказавшиеся лишними органы управления и рулевые приводы, задействовав для управления по крену на стартовом участке элероны крыла маршевой ступени. Одновременно изменили форму рулей второй ступени, увеличили жесткость несущих поверхностей и уплотнили стык корпуса с днищем твердотопливного ускорителя.
В начале 1960 года специальная комиссия, проанализировав основные технические решения, заложенные в зенитно-ракетной системе, подтвердила правильность направления, выбранного головным разработчиком при ее создании.
К лету 1960 года приступили к перехвату реальных воздушных целей. Как рассказывал Г.В. Кисунько, в качестве эксперимента в присутствии С.А. Лавочкина на полигоне состоялся пуск ракеты по воздушной цели без применения предусмотренных в системе «Даль» наземных радиолокационных средств. Вместо них в контуре наведения ракеты использовались кинотеодолиты, предназначавшиеся для траекторных измерений в ходе испытаний. В одном из таких пусков ГСН захватила цель, и ракета успешно ее поразила. Оставалось дело за главным – ускорить ввод наземных радиолокационных средств.
Создание «Дали» шло, хотя и с отставанием от графика, в целом успешно, и тогда никто не подозревал, что скоропостижная кончина С.А. Лавочкина, последовавшая 9 июня 1960 года на полигоне в Сары-Шагане, вскоре приведет к прекращению работ по системе «Даль».
Дело, начатое Лавочкиным, продолжил его заместитель М.М. Пашинин, но он не обладал той пробивной силой и связями, свойственными основателю фирмы.
Автономные испытания ЗУР завершились в конце 1960 года, отсутствие штатных ГСН, управляющей машины наведения и наземных РЛС сильно затянули создание «Дали». Из 18 пусков, проведенных в 1961 году, три производились боевыми ракетами по реальным мишеням, но без использования замкнутого контура управления. За все время испытаний к концу 1961 года выполнили 57 пусков ракет.
Развертывание системы «Даль» предусматривалось в непосредственной близости от ограниченного числа важнейших объектов практически во всех районах Советского Союза. Первые комплексы предполагалось разместить, в частности, под Ленинградом, Москвой.
Последние усилия по доводке «Дали» предпринимали в 1962 году, выполнив 14 пусков. При этом полигонный образец системы продемонстрировал возможность стрельбы управляемыми ракетами на большую дальность и правильность построения контура управления. В том же году правительство в последний раз попыталось оказать давление на промышленность с целью завершения создания «Дали», но все оказалось тщетно, и в следующем году все затраты по этой теме списали. А незадолго до этого ОКБ-301, реорганизованное после смерти Семена Алексеевича в «Машиностроительный завод имени С.А. Лавочкина» (бывшее ОКБ-301), в ноябре 1962 года передали в качестве филиала В.Н. Челомею, подчинив его Министерству оборонной промышленности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
